"Мне пенсию Зеленский платит. Точнее Америка". Луганский дневник

Борьба с системой. Это то, что происходит сейчас. Бесконечная борьба с огромной ветряной мельницей, рядом с которой ты крошечная букашка, маленький клопик, раздавить которого может каждый.

В Архиве сплошь пенсионеры. Объясняют всем в очереди, что справедливости нет. Работали всю жизнь, много, долго, интенсивно, а им посчитали по минималке. А соседке, которая не делала ничего - больше. Где справедливость?

Надели лучшее. На нем похоронный костюм  и комнатные тапки, она в вычурных бусах в несколько рядов и пышный начес из крашеных волос. 

Чтобы прийти в Архив, нужно было сходить несколько раз в Пенсионный.

Знаете, какой вообще алгоритм? Вначале все мучительно засовывались в очередь в надежде на хорошую пенсию. Каждый был уверен, что у него будет хорошая, потому что он работал, работал официально и много.

Потом, когда пенсия приходит уже пересчитанной, почти все признают, что ждали большего. И первая реакция - побежать и доказать в пенсионном, что они не правы. При чем доказать голосом - скандалом, слезами, визгом, матом, кулаками.

Работники пенсионного имеют к этому иммунитет, - «считали не мы». Им до этих слез дела ровно никакого. И эти проклятия в их адрес дело будничное - издержки профессии, так сказать. То ли в качестве троллинга, то ли всерьез, они создали  группу в Телеграмме с пояснением "Для наших любимых бабушек и дедушек"…

Так вот,  первая реакция стариков - прибежать и выкричать все. Вспоминают то, что не уезжали в 2014-м, и что в отличие от соседки работали всю жизнь, и не воровали, и всю жизнь честно.

Чтобы вы понимали, все эти хождения - время, силы, нервы, здоровье… Потом, когда становится ясно, что местные девочки не знают ни черта и ни на один вопрос ответить не могут, приходит очередь звонков на горячую линию. Там ситуация не лучше. Консультант из России знает не больше, но сочувствует - поносит местный Пенсионный, считая, что наши не могут самого простого.

На эти дозвоны уходит по полдня. И снова - силы, время, здоровье.

Потом черёд поиска нестыковок и ошибок. Не учли детей. Не учли какой-то потерянный стаж. Начинается этап доноса справок и ожидания повышения. Жалобы. Письма в администрацию Путина. Часто пустое ожидание.

Каждый такой фальстарт - нервы, здоровье, бессонница, слезы.

Потом сердобольные друзья подсовывают номера телефонов тех, кто может помочь. Светы, Вики, Маши. Они берут 2000-4000-6000-8000 за услуги. У них в Пенсионном свой человек. Он пробивает дело по СНИЛСу и находит те погрешности, которые пропустили при пересчёте пенсии. Деньги наперёд. И только оригиналы документов. Может, выгорит, а может и нет. Никому не отказывают, но предупреждают - без гарантий. Снова ожидание. Многие ведутся на это. Успокаивают себя тем, что 2000-4000-6000-8000 сейчас - не деньги. Потерю пережить можно.

Еще один ход конём - новые справки в архиве. Архив принимает один день в неделю.  Справки выдает не все. Какие-то нужно брать на самих предприятиях, какие-то их никак уже не взять. Чтобы узнать это, нужно ехать на предприятие, заказывать, ждать…

Разговоры о пенсиях сейчас основная тема. Кому и сколько. За что. Как. Везёт! Самые ловкие получают две пенсии. Их видно сразу - хорошо одеты. Хорошо питаются. Конфеты. Сыр. Масло. Завтрак интеллигента. Берут не самое дешёвое, выбирают. Мясо - вырезка. Это миф про бедных стариков. Спрашивают определенные конфеты, которые любят. Покупают обновки. Боятся сглазить удачу. Их видно по многим признакам. Внукам подарки. Детям помощь.

Возможность хоть немного пожить хорошо. "Мне пенсию Зеленский платит. Точнее Америка", - смеётся пенсионерка, выбирая конфеты. Берет то, что любит. Легко тратит, смеётся и кичится достатком. Те, кто живёт на зарплату, рядом с ней - нищие. Жить честно можно, но тяжело. Особенно, когда рядом с тобой пенсионеры тратят вот так легко и не считая. 

Еще вариант - жалоба в прокуратуру. Но это лотерея. Пусть нестыковки ищет прокуратура. И находят! Потом заметка в новостных каналах - осчастливили бабушку, повезло.  И для многих это стимул бороться дальше с системой. Не опускать руки.