«Мы живем как под колпаком «большого брата». Луганский дневник

Как мы живем? Нормально, наверное. В очереди в хлебном ларьке мать и сын обсуждали, что изображено на рекламном бело-синем зонте времен Януковича, который продавали бабушки с тряпочек.  Он не помнил, она забыла, но сообща сошлись на том, что именно тогда они жили как при коммунизме или в раю. А потом, пока шла очередь, плавно сползли на тему войны, пытаясь понять причину: они напали первыми, - да нет же, они в ответ на наши действия… Это как вечный двигатель, конца и краю этим разговорам нет. Но мать и сын препирались мило, давно сойдясь на том, что правы они оба и первопричин всех событий за давностью им уже не определить никогда.

Мы живем как под пристальным колпаком «большого брата». Да, звучит смешно. Но как назвать иначе то, что все наши данные взаимопроверяемы, а понятия «безработный» уже не существует. Мы сдаем тонны справок на работу. О несудимости, о своем психическом здоровье и сертификат из наркологии. Мы активируем госуслуги и привязываем к ним электронный школьный дневник ребенка. Данные о наших доходах стекаются в какие-то прозрачные источники, которые не позволяют оформить нам единое пособие на ребенка – любые наши действия прозрачны и находятся под пристальным вниманием. Даже новая игрушка Алиса не слушает, что мы говорим, а подслушивает, улавливая каждое наше слово. И знакомая удивляет заявлением, что не покупает ее именно поэтому – она не хочет, чтобы ее слушали и анализировали.

Много нового, напрягающего и бодрящего. Росреестр. Машины с украинскими номерами будут штрафовать с 1 января. Нет граждан с украинскими паспортами - их выселили или они уехали сами. Запрещено кормить во дворах бездомных животных. Запрещено заниматься сексом в лифте. Запрещено держать дома много животных (на каждого 18 квадратных метров). Запрещено хоронить животных – только кремировать и только за плату и в определенных местах. Запрещено, запрещено, запрещено…

Встреча родительского актива с представителями отдела по борьбе с наркотиками. Пересказ услышанного на родительском собрании. Запрет любой нацистской (или кажущейся такой) символики как призыва к экстремизму. Запрет чайлдфри и гомосексуализма. Запрет любых высказываний, порочащих армию…

 Сбор сведений, заполнение таблиц, справки о месте работы. Справки, порождающие справки. Страх не разобраться и не сдюжить новые правила жизни. Система, в которой теряется человек. Реестр, в котором учтены все.

Миграционная служба, под которой с утра толпятся мужчины азиатской внешности – новое для Луганска. Дома, которые растут как грибы. Светофоры, новая дорожная разметка, отбойники, мосты, парки, больницы. Быстро, в любое время суток. Как заведенные строят, прокладывают дороги и дорожки. Им не помеха ни снег, ни ливень. Как будто эти строители знают что-то, чего не знаем мы. Да, еще штраф за клевету и нецензурные выражения в адрес соседей. Штрафы, суды, бумажная волокита. Если только понять, как это все работает, ты сможешь жить в ногу со временем. Только если не бежать вдогонку за всем, а успевать, делать вовремя, правильно.

Еще полиция на мотоциклах. Запрет самостоятельных прогулок детей. Запрет украинских сайтов и книг. Запрет трогать чужое, даже если это чужое ничье. И еще новости, которые тиражируются, распростираются, множатся. Теперь это не запугивание – это реальность.

У знакомой пропал без вести муж. Хотел заработать, подписал контракт. Пообещали без боевых. Пропал сразу же. Искали, нашли спустя год в ДНР. Показали какие-то куски, в которых уже не опознать ничего, даже человека. Весь год семья жила надеждой, что в плену, что жив, что в госпитале. Отдали целое состояние гадалкам, которые поддерживали огонек надежды, выискивали зацепки, убеждали.

Это параллельная реальность. Рождаются Миши и Софии, и погибают-погибают-погибают мужья, братья, отцы. Навстречу машины с пугающей цифрой 200. Одна, вторая, третья. Машины-холодильники. Разные, много. И ты на миг забываешь, что хотел обновить постельное, мечтал о новом диване и зимних каникулах где-то. Ты замираешь, выдыхаешь и живешь дальше - читая о запрете мата на лавочках, секса в лифтах и новорожденных Мишах.

Я не знаю, стали ли мы счастливее, но мы просто перестали думать об этом. Мы спешим жить, спешим все успеть. Хвастаем, что разобрались с чем-то новым и освоили что-то. Что научились заказывать справки на Госуслугах, что освоили новые функции МФЦ. Мы освоили Озон и Вайлдберис. Мы научились оформлять возврат за товар. Мы завели карточки в разных банках и оформили детям именные карты. Мы научились жить в новом мире, в котором так много нового, что пугает стариков и обескураживает молодежь.

Мы учимся каждый день, на миг останавливаясь, чтобы снова идти вперед – карабкаться, бороться, спорить, радоваться, мечтать, жить. Мы перестали ждать и следить за новостями, давно усвоив, что жизнь и новости - это параллельные реальности.  Иногда пересказывая что-то кому-то мы теряемся: наши взяли Новоивановку, Новогерасимовку, Ново..? Никто уже не следит за новостями так, как это было три года назад.

Мы пропускаем на дороге военные машины, мы восхищаемся теми, кто продолжает помогать и собирать деньги, вязать сети, сдавать кровь. Мы продолжаем жить в новом измерении жизни, в котором много новых правил, много запретов, много ограничений, но есть самое главное – сама жизнь, и люди, которых мы смогли уберечь, которые рядом с нами, которые были прочным тылом нам все эти годы…