О российских пенсиях на Донбассе. Луганский дневник

Самая загадочная структура в Луганске сейчас – Пенсионный фонд. Это как НЛО – все верят, что оно есть, но реально приблизиться к нему невозможно.

С 1 марта,  даты принятия документов на перерасчёт пенсии по российским стандартам, начались смертоубийства и ажиотаж. Для перехода на российские пенсии нужен сам пенсионер, его российский паспорт с пропиской, трудовая и СНИЛС. Все будто просто. Но тут обнаруживаются нюансы, которые есть в каждом конкретном случае. Например, не все пенсионеры ходячие, не у всех есть российский паспорт, а «ЛНР-овский» не подходит, и всякое прочее, чего даже не представить себе.

Но это одна сторона, а есть ещё и другая – бешеная вера в то, что жизнь наладится после назначения российской пенсии. Пенсии жителей «ЛНР» у большинства были одинаковыми – 10 000. Поэтому у всех была вера, что жизнь существенно наладится с российскими пенсиями. Однако, многие обманулись…

С самого начала, с 1 марта, была живая очередь по обозначенным почтовым отделениям в дни приёма. Очереди – это вообще символ последних 9 лет. Поэтому, наученные опытом, люди занимали очередь с пяти утра и вели рукописные списки. С российскими паспортами сразу оказалось все не просто. Кто оформлял российский паспорт в первых рядах, у того в паспорте нет прописки. А у кого-то еще нет самого российского паспорта. А кто-то элементарно физически не может стоять в очередях.

За месяц проклятий и скандалов дверь Жовтневого Пенсионного фонда Луганска оказалась пробита в нескольких местах, ступеньки стерты, а охранник люто возненавидел всех.

Было ясно, что нужно что-то менять. В первую очередь – систему живых очередей. В ответ на жалобы ввели электронную очередь, но оказалось ещё сложнее – не все имели знания и ресурс, чтобы записаться с помощью телефона в какую-то эфемерную очередь. А самое главное, было очень сложно понять, почему в апреле 2023 мест нет уже на февраль 2024.

И снова начались атаки на пенсионный фонд. Звонки, жалобы, угрозы, отсылы к слабому здоровью и психологическое давление на сотрудников. Но дозвониться в Пенсионный фонд оказалось весьма непросто, а пройти без очереди – вообще невозможно. И пока кто-то пытался попасть в первом пуле очереди, появились те, кто сдал документы в марте и интересовался, почему им ничего нет до сих пор – пенсия все ещё прежняя.

О размере повышения ходили легенды. Посчитать, понять процент повышения не мог никто. Уже с мая начались разговоры о том, что какому-то мужчине подняли вполовину, а другому всего на 500 рублей. И стаж в обоих случаях был одинаковым, поэтому понять, почему все происходило именно так, было невозможно. И снова самые стойкие начинали сутками набирать телефон пенсионного.

Везло тем, у кого в пенсионном были связи и знакомства. Кто мог зайти туда и задать вопрос. Но чаще все возгласы и недовольства принимал на себя охранник – он выслушивал проклятия и внимал рыданиям. Каждый случай был уникален. По крайней мере так думали сами пенсионеры. Истории о повышенной пенсии были сродни видениям: подошёл к банкомату, а там... "А я ведь подавал всего 2 недели назад, у меня и стажа впритык, и зарплата всегда была маленькой...".

Кроме повышенной пенсии, пенсионер получал перерасчёт с марта. У кого-то эта сумма было до 1000 долларов. В шутку размер повышения исчислялся в плазменном телевизоре или старых Жигулях. И то, и то умещалось в эту сумму.

Если кто-то получал новую пенсию неожиданно маленькой – это было трагедией куда большей, чем война. Вот тут были и рыдания, и проклятия, и инфаркты. Особенно, если большую сумму получал сосед, искренне поделившийся радостью. Но даже пробившись на приём в пенсионный, понять, как насчитывали повышение – невозможно. Сотрудники разводят руками: все документы отсылают в Россию. Вроде бы считают по двум категориям – стаж и возраст. Доплачивают неплохо тем, кто старше 80 лет. Им выгоднее всего.  

У знакомых – очень разные суммы новых пенсий: и 10500, и 20000. Но здесь важна не только сумма, но и рачительность пенсионера, его уклад жизни. Кому-то не будет хватать и 20 000, хотя это вдвое больше прежних 10000. Но как бы там ни было, именно пенсионеры покупают домашний творог и свежее мясо на рынке, являя собой самую благополучную прослойку жителей Луганска.