Вверх

Западные журналисты отошли от прогнозов и размышлений и сосредоточились на фактах. Сложенная из них картина недели, где уже отсутствуют «или - или», выглядит поэтому гораздо мрачнее, чем все, что было написано до сих пор.

«Поля справа и слева рябят вороноками. Заросли на обочинах выглядят так, будто по ним проехал мощный зерноуборочный комбайн. Не видно ни одного кустарника. Сам контрольно-пропускной пункт - картина опустошения. Грузовик, лопнувший, как пузырь жевательной резинки, танковые гусеницы, танковые корпуса, сгоревшие, покоробленные, скрученные, лежат вперемешку на асфальте. Несколько сепаратистских бойцов стоят на посту, как будто тут еще есть, что охранять. Двое убитых украинцев лежат, босые, уставив глаза в небо. Никому за четыре дня после штурма не пришло в голову их закрыть. Но все-таки какая-то милосердная душа положила каждому на грудь по изображению святого: Богоматерь и Христа Вседержителя», - описывала немецкая Frankfurter Allgemeine Zeitung  то, что осталось на поле боя после оставления украинскими войсками города Дебальцева.

«Сразу не было понятно, как много солдат бежали и как много остались в городе и вокруг него, - писала The Washington Post , рассказывая об отступлении украинских войск. - Высокопоставленные военные чиновники сообщили, что 85 процентов солдат отступили в среду вечером. Остальные могут либо до сих пор скрываться, либо быть убитыми или взятыми в плен, сказали они. Некоторые солдаты рассказывали, что позади осталось много тел. Передовые войска в среду на вопрос о том, почему понадобилось так много времени на приказ об отступлении, ответили, что их ситуация стала безнадежной намного раньше. «Речь не о Дебальцеве как городе; речь о Путине, демонстрирующем, что он может делать, что хочет», - говорит Виктор Коваленко, действующий заместитель командира батальона, который отвечал за защиту железнодорожных путей в Дебальцеве. По его словам, несколько человек в его колонне были убиты в ходе отступления, которое началось в 3 часа ночи в среду, и как минимум 50 солдат были захвачены в плен, пытаясь бежать. Коваленко говорит, что боеприпасов стало так мало, что одна из украинских позиций была захвачена в начале этой недели только потому, что у нее закончились боеприпасы. Другой солдат описал мучительное ночное бегство по черным полям, затвердевшим от мороза. «Мы шли под обстрелом, и мы молили Бога позволить нам выйти. Было много раненых и убитых», - говорит 47-летний Игорь Севастян, который выехал из Дебальцева в среду на зеленой радиостанции. Автомобиль был изрешечен крупными дырами от пуль, и одна из шин была прострелена. Они продолжали продвигаться, используя обод».

«Травматологическая больница в удерживаемом правительством Артемовске - около 30 миль на северо-запад от Дебальцева - была в основном очищена от раненых солдат, которые были тут днем ранее, однако в коридорах стоял запах грязи, пота и крови. Врачи и медсестры не могли бы сказать, за сколькими солдатами они ухаживали. Но 29-летний Юра Садыха, солдат, вернувшийся с фронта несколькими днями раньше и вызвавшийся помогать носить раненых в больницу, сказал, что в среду на лечение поступили свыше 200 раненых солдат. «Это ужасная ситуация, потому что намного больше людей остались на поле боя», - сказал Садыха, протирая глаза после 24-часовой беспрерывной работы в больнице», - говорится в другой статье The Washington Post.

Статья The Associated Press, которую также опубликовала The Washington Post, рассказывает о том, что «для повстанческих бойцов, которые захватили этот стратегический город, четверг стал днем празднования и бахвальства победой. Отступающие украинские солдаты были мрачны, потрясены и чувствовали облегчение от ухода живыми, когда стал яснее размер их потерь: как минимум 13 убитых и сотни пропавших, захваченных в плен и раненых. На следующий день после падения яростно оспариваемого железнодорожного узла бойцы повстанцев бродили по замусоренным обломками улицам Дебальцева, смеясь, обнимаясь и позируя для фото».

«На дорогах за городом десятки украинских военных машин, многие - изрешеченные дырами от пуль и разбитыми ветровыми стеклами, направлялись к удерживаемому правительством городу Артемовску, - продолжает АР. - Солдаты описывали недели страшных повстанческих обстрелов, за которыми последовало поспешное отступление. «Мы остались под мощным огнем, перемещаясь по проселочным дорогам, - сказал солдат, назвавший только свое имя, Андрей. - Когда мы уходили, нас атаковали артиллерией и гранатометами. Мы шли под повторяющимися атаками танков и штурмовых групп». В то время, как повстанцы размахивали сепаратистскими флагами, Николай Козицын, лидер российских казаков и известный командир на контролируемом повстанцами востоке, разъезжал на автомобиле вроде бронированного джипа, захваченном у украинской армии. Всюду вокруг лежали разбитые остатки украинских бронированных машин. Бойцы повстанцев, многие из которых - казаки, обыскивали бункеры и палатки брошенного военного лагеря в поисках трофейного оборудования и одежды. Два повстанческих бойца осматривали оставленный танк, объявив его «подарком» от украинской армии. Затем они схватили окровавленный желто-голубой украинский флаг и истерли его на замерзшей земле своими сапогами. Но в напоминание об опасности одна машина, везущая казаков, подорвалась на фугасе, убив одного бойца и ранив другого».

По словам корреспондента The New York Times, «в то время, как насилие продолжало свирепствовать на востоке Украины, деморализованные украинские солдаты разошлись по городу Артемовску, жалуясь на некомпетентное руководство и вспоминая безнадежную ситуацию и изуверские убийства, когда они спешно отступали из стратегического города Дебальцева».

«Выстрелы звучали на центральной площади, когда многие солдаты начали пьянствовать. Один солдат стоял, качаясь, на тротуаре, бормоча что-то про себя. Другие, бежавшие из Дебальцева после недель стрельбы, брали такси, не оплачивая. Было непонятно, все ли из них получили места для ночлега, и одна группа стояла в молчании, дрожа, на улице возле гостиницы «Украина». В «Библиосе», элитном ресторане, солдаты топтались в зале, заказывая бренди, которое они не могли себе позволить, а затем стреляя в потолок, когда платившие посетители тихо оставляли помещение. Солдаты, оцепеневшие с выпивкой, многие - стоя на улицах с бутылками пива и автоматами. В одном месте танк кружил по городской Артемовской площади. «Парни расслабляются, - сказал один явно пьяный солдат в подворотне поздно ночью, до сих пор в грязной форме, в которой он был, когда бежал из Дебальцева. - Чего еще вы ожидали после боя?».

Расчеты и просчеты

Чего еще ожидать? Как сообщили на прошедшей неделе западные СМИ, включая The New York Times, «Британия и Европейский Союз совершили «катастрофическую ошибку» относительно России и президента Владимира Путина и вошли, подобно лунатикам, в украинский кризис, сочтя его торговым вопросом, а не чувствительным вызовом международной политики,- отметили британские законодатели в пятницу в своем резком отчете. В отчете говорится, что Европейский Союз провалился в оценке «исключительной сути» Украины и ее отношений с более агрессивной Россией во время последнего срока Владимира Путина в качестве президента. Британия провалила свои обязательства по Будапештскому меморандуму 1994 года, подписанному с Россией, Соединенными Штатами и Украиной, гарантирующему Украине территориальную целостность и предлагая «гарантии» безопасности в обмен на отказ Киева от его обширного ядерного арсенала, говорится в отчете. «Британия несет особую ответственность относительно этой страны, и она не была настолько активна и настолько заметна, как должна была быть», - говорится в нем».

Как отметил, в свою очередь, корреспондент Die Zeit, «Минск - это поучительная пьеса политической режиссуры. В то время, как это настолько важно, чтобы остановить войну на востоке Украины и остановить, наконец, все эти смерти, нужно придерживаться соглашения. Это последняя попытка обеспечить мир посредством дипломатии. Это маленький остаток политической надежды или, как сказал разочарованный украинский подполковник уже в первый день официального «перемирия», «Европа с США ведут себя так, будто верят Путину, пока это для них удобно. Если бы они признали, что он лжет, они вынуждены бы были действовать». Однако представления о том, как нужно было бы действовать, обстоят далеко друг от друга. В логике американцев действовать означает поставлять оружие Украине. В логике украинцев - поставлять оружие и защищать новоустановленную границу полицейскими силами ЕС. В логике большинства европейцев - напротив, ни в коем случае не давать Украине оружия и, в случае провала Минска ІІ, ввести дополнительно еще немного санкций, и не более. Это конфликт характеризуется асимметрией не только между Украиной и сепаратистами, но и между европейцами и Россией: воля к переговорам с одной стороны - воля к эскалации с другой».

«Поэтому не может быть того, чему не позволено быть - даже когда действительность все еще звучит, как тяжелая артиллерия, отвод которой уже должен был бы начаться. Даже когда она все еще продолжает жертвы, которые, в принципе, нельзя приносить, поскольку официально борьба не ведется. Даже когда она проводит территориальную границу, которая уже перенесена. Признать, что война продолжается, означало бы признать собственную беспомощность. Поэтому придерживаются Минских соглашений, хоть они и провалились, как и первые», - заключает немецкое издание.

В статье The Associated Press на сайте The Washington Post  отмечается, что «Париж и Берлин, по-видимому, надеются, что после того, как спорная территория Дебальцева перешла в руки повстанцев, перемирие может сохраняться. Высокопоставленный французский чиновник, говоря на условиях анонимности, поскольку не был уполномочен выступать относительно продолжающихся переговоров, описал настрой как «прагматический», сообщив, что продолжающиеся бои «не были для нас допустимы». Германия снизила ожидания относительно перемирия в Украине. Меркель сказала своим сторонникам, что «Германия и Франция вместе и не отступят от того, чтобы сделать все возможное, чтобы Украина могла идти своим путем и сохранить свою территориальную целостность, - но мы хотим сделать это с Россией, а не против России». Аналитики говорят, что, несмотря на гражданское недовольство в Киеве относительно падения Дебальцева, всеобщее перемирие на востоке Украины было, пожалуй, более важным, чем контроль над одним городом. Германия «более четко понимает, чем многие в Киеве, что Украина на самом деле нуждается в перемирии или заморозке конфликта намного сильнее, чем Москва, - сказал Густав Грессель, приглашенный научный сотрудник при Европейском совете по международным отношениям в Берлине. - Киеву нужно рано или поздно увидеть, как выйти из войны».

Лунатики

Тем временем, констатирует The Washington Post, нарастает тревога в Мариуполе, и широко распространенное подозрение таково, что портовой город в свободной части Донбасса станет следующей целью путинских «ополченцев».

«Городские чиновники пытаются успокоить панику, друг за другом отрицая угрозу и предлагая жителям гарантии, что объединенные местные вооруженные силы не дадут Мариуполю стать вторым Дебальцевым - выжженным войной и ставшим территорией повстанцев. «Как раз сейчас мы строим сильную линию обороны вокруг города. И это поможет построить другую линию обороны, - сказал в интервью мэр Мариуполя Юрий Хотлубей. - Им не будет так легко войти в город». Эта уверенность контрастирует с беспокойством населения и других чиновников, работающих ближе к земле. Петр Гук, командир операций по укреплению Мариуполя батальона «Азов», сказал в интервью, что батальон «готовится» к уличным боям в городе».

«В пятницу мэр и военные чиновники в Мариуполе провели открытый форум, чтобы ответить на вопросы, - рассказывает The Washington Post. - Настроение было напряженным, и напряженность возросла, когда один из членов Национальной гвардии, к которому мэр обращался как к Ярославу, спросил, почему люди должны верить, что Мариуполь будет защищен от пророссийских повстанцев, когда то же говорилось о Дебальцеве, Донецке, Луганске и Крыме, и все они были потеряны. Особенно если чиновники в Киеве до сих пор регулярно обвиняют Россию в отправке танков через границу в направлении Мариуполя… «Если мы собираемся отрицать все это, - сказал Ярослав, - мы собираемся остаться без Мариуполя».

При всем этом, как утверждают в The Times, «Россия запустила тайную кампанию по разжиганию националистического восстания в Украине и дестабилизации ее осажденного правительства после серии разгромных военных поражений, которые достигли пика на прошедшей неделе с потерей стратегического восточного города Дебальцева».

«Украинские источники заявляют, что спецслужбы Кремля готовят «новый Майдан» - ссылка на прошлогоднее восстание, которое сбросило пророссийский режим, - говорится в статье британского издания. - Источники говорят, что Россия планирует использовать растущее общественное недовольство тем, как киевское правительство ведет войну против поддерживаемых Россией сепаратистов. Как часть этого плана, говорят они, внимание Кремля сдвигается в сторону традиционно тяготеющего к Европе запада страны в стремлении организовать оппозицию к президенту Петру Порошенко в городах вроде Киева и Львова. Эта операция проходит параллельно продолжающейся скрытой операции Москвы по разжиганию сепаратизма в преимущественно пророссийском востоке, где в последний год были сконцентрированы бои. На прошедшей неделе тайники с оружием и сепаратистской пропагандой были найдены в черноморском порту Одессе и в Харькове около российской границы. «Они (российская разведка. - ред.) очень эффективно работают над использованием общественного недовольства против Порошенко для возбуждения националистических протестов и отвлечения внимания правительства от востока», - сказал высокопоставленный источник в службе безопасности, утверждая, что в заговор вовлечены украинские политики среднего звена. «Их цель - националистический взрыв, ведущий к новому Майдану и сопровождаемый экономическим и политическим хаосом. После последних событий это будет несложно».

«В западных регионах страны растет возмущение войной на востоке, согласно киевским источникам разведки. Последний мобилизационный призыв дал скромный результат, когда большинство призывников отказалось от поступления на службу. «Многие люди в западных регионах Украины считают, что они и так уже близки к Европе и не хотят умирать, воюя с Россией на востоке, - говорит украинский источник в разведке. - Они говорят «Давайте сократим наши потери». Это чувство используется Кремлем, чтобы раздуть проблемы в нашей стране», - цитирует The Times.

Но проблем и поводов для взрыва хватает и без Кремля. Рассказывая о первой годовщине «Евромайдана», западные журналисты констатируют разочарование новой властью - не только собственное, но и разочарование украинцев. Статья об этом, опубликованная немецкой Die Zeit, называется «Петр Порошенко: Человек, который не держит своего слова».

А британская The Times  пишет о свойствах украинского военного командования…

«Шесть из десяти потерь среди украинских добровольцев происходят из-за дружественного огня и неспособности обращаться с оружием», - говорит человек, согласившийся назвать только свое имя, Саффрон, - говорится в ней. - «Было понятно, что Дебальцево обернется катастрофой для Украины, но военное командование и его политические начальники только наблюдали, как это происходит, в замедленном темпе», - сказал он. Саффрон, отец двоих детей, живущий в Лондоне, оставил свой полк в прошлом мае, чтобы присоединиться к борьбе Украины против сепаратистов, вооруженных, обученных и управляемых российскими агентами. Сначала его назначили обучать Национальную гвардию, войска добровольцев с небольшим или отсутствующим военным опытом. Затем он воевал в добровольческих батальонах на конфликтном украинском востоке, включая Дебальцево».

«Восхищаясь украинскими спецподразделениями и десантниками, Саффрон сказал, что их командиры не соответствуют задаче бороться в опосредованной войне против России. «Командование настолько плохо, что угрожает жизни солдат, - говорит он. - Они путают тактику со стратегией; они начинают атаки, не предупреждая друг друга и без видимой стратегической причины. Есть около 30 добровольческих батальонов и множество регулярных частей, но каждая группа ведет собственную войну. У них нет центрального командования, они не координируются, и они даже не делят между собой радиочастоты, что делает коммуникацию невозможной». Саффрон описал, как обучал товарищей использовать цифровые радио «Моторола», которые делали возможным зашифрованное общение, но сказал, что бойцы ради удобства прибегали к использованию мобильных телефонов - вопреки факту, что телефоны легко отслеживаются и прослушиваются с помощью элементарных систем разведки, которые россияне дали сепаратистам. «Они не только используют телефоны, но и твитят и постят фотографии в Facebook, - сказал Саффрон, вернувшийся из Украины в прошлом месяце. - Все, что я видел, было противоположно всему, чему меня учили в британской армии».

«Ему пришлось учить их даже тому, как использовать их собственные украинские и советские противотанковые ракеты и другое оружие, руководствуясь знаниями, полученными в британской армии. Саффрон также жаловался на широко распространенную культуру мачо среди солдат, особенно среди ветеранов прошлогоднего восстания на Майдане в Киеве. «Активисты Майдана - хуже всех: многие из них, похоже, безработные, не имеющие целей люди, которые присоединились к армии, но не хотят обучаться дисциплине, - сказал он. - Я бы пытался учить их чему-то, но они отвечали: «Ты кто такой, чтобы читать мне лекции? Я бросал коктейли Молотова во время Майдана»…

Обзор подготовила Софья Петровская, «ОстроВ» 


Присоединяйтесь к "ОстроВу" в Facebook, ВКонтакте, Twitter, чтобы быть в курсе последних новостей.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: