Понедельник, 30 ноября 2020, 12:491606733382 Написать нам Реклама на сайте Мобильная версия English

Вверх

Спецтема: COVID-19 в Украине

Пьесы белорусского драматурга и режиссера Дмитрия Богославского в украинских (а также во многих странах) театрах востребованы как среди режиссеров, так и среди зрителей. Сейчас он в Киеве - 24-25 октября режиссер выпускает премьеру спектакля "Людина з…." в театре драмы и комедии на Левом берегу Днепра. В основе - пьеса российского автора "Человек из Подольска", с которой Дмитрий работал на сцене других театров. В украинских реалиях текст адаптировали и героев "трансформировали" в максимально узнаваемые образы. Однако смысловые акценты спектакля отнюдь не в географической локации. Про спектакль, современный театр и ситуацию в Беларуси Дмитрий Богославский рассказал в интервью "ОстроВу".

- "Человек из Подольска" - это пьеса российского автора Дмитрия Данилова, которая адаптирована и переведена украинским драматургом Павлом Арье. Чем обусловлен выбор этого материала?

- Стас Жирков (руководитель театра на Левом берегу - ред) видел спектакль по этой пьесе, который я поставил в Минске. Для меня в этом материале важен момент гражданственности, нежели абсурд или юмор. Ведь театр должен говорить о важных вещах, которые есть в этой пьесе. Мне кажется, она важна для всего постсоветского пространства: мы еще порой существуем по старым лекалам, оглядываясь на старую систему.

-По каким лекалам?

- Например, отношение к полиции. Не у всех, но у части людей еще есть внутренний страх перед человеком в форме, хотя ты ничего не совершил: допустим, тебе навстречу идет патруль, а ты опускаешь глаза в пол. И по-иному себя ощущаешь, когда видишь полицейского в Берлине, у которого татуированная шея, лицо, пирсинг в носу и он спокойно чувствует себя. И ты смотришь на него с доверием, без предрассудков. Чего совершенно не скажешь про ситуацию у нас, особенно после августовских событий в Беларуси: как после этого полиция сможет ли вообще хоть как-то вернуть доверие своих граждан…

-Пьеса адаптирована к украинским реалиям настолько, что мы видим персонажей из Броваров и Ирпеня. Вы лично были в каком-то из этих городов? И какие лично ваши впечатления о них?

-Я был только в Броварах. Нормальный город. Честно, я был приятно шокирован, когда увидел, что в центральном парке прорезинены покрытия на детских площадках. Это же великолепно! Если чуть дальше пройтись, вглубь города, то перед тобой "хрущевские" пятиэтажки и все в этом стиле. В таком дворе мы там снимали промо-ролик для спектакля: на детской площадке полицейские кружат на качелях главного героя. Слышим, как женщина из окна кричит: "Что вы творите?!". Со стороны это выглядело, как будто полиция издевается над парнем. А реакция жительницы этого дома говорит об ее уровне гражданской ответственности. Но не надо привязываться к конкретному городу. Мы говорим про Бровары, но у нас нет какой-то скрытой задачи кого-то оскорбить или унизить. Надо идти от себя в первую очередь. Это история про человека; про то, как мы себя ощущаем в этой ситуации; почему именно так живем. И спектакль скорее именно об этом, нежели про конкретное место.

Промо-ролик спектакля

- В постановке Театра.doc доминируют абсурд, гротеск. В вашем спектакле акценты в иной плоскости?

- Конечно, спектакль имеет свою структуру, и в нем есть над чем пошутить, поплакать и про то, чтобы сопереживать герою. Для меня остается открытым вопрос - с каким математическим знаком можно этих полицейских ассоциировать - плюс или минус. Главный герой - и неважно он из Подольска или Броваров - это человек, который перестал замечать реальность, и живет какой-то автоматической жизнью изо дня в день, садясь в одну и ту же маршрутку, едет в Киев на работу, а вечером - обратно. И вопрос в том, виноват он сам в такой жизни или это созданные вокруг него условия подвели его к этому. И каждый зритель для себя сам решит - это история про человека из Броваров или про полицейских. Я не люблю театр, где четко говорится, что это хорошо, а то плохо. Поэтому эта история совершенно другая.

-То есть, у вас более философский спектакль?

- Я на эту ситуацию смотрю сквозь призму психологического насилия. Потому что человек подвергается насилию, как бы то ни было, - трогают его руками, или бьют его дубинками или заковывают в наручники. Ведь по сюжету, герой проводит целую ночь полицейском участке. Кому-то хочется провести ночь в полиции? Думаю, вряд ли.

-У вас был личный опыт с полицией в какой-то абсурдной ситуации?

- Да, это было еще до моей женитьбы. Мы с будущей супругой уже подходили к станции метро и я выбросил окурок в урну, где лежал брошенный кем-то кошелек.

Конечно, денег там не было, но был студенческий билет и банковские карты. Я тут же пошел в отделение полиции на станции метро, где провел 1 час 45 минут. Меня долго спрашивали про все: во сколько я проснулся, почему поехал к своей девушке и т.д. Видимо, они меня подозревали. Ситуация была абсурдной, учитывая, что за дверью меня ждала моя возлюбленная.

-Аналогично абсурдным вопросам, как и в пьесе?

-Абсолютно.

-Вы периодически приезжаете в Киев и, наверное, ходили в другие театры?

-Да. Ходил в Молодой театр, "Золотые ворота".

- Исходя из увиденного, насколько сейчас украинский театр соотносится с понятием современный?

-Отвечу коротко: у вас все отлично с современностью.

-По Вашему мнению, современный театр - это какой театр?

-Он либо трогает, либо нет. То есть, зрителю либо интересно, либо ты спишь, либо уходишь. Современный театр - это про каждого из нас, про человека. И театр, если он создается не для человека, а для «кассы», скажем так, то он не сможет быть современным. Если у нас одна задача - сделать спектакль для современного зрителя и попытаться ему что-то рассказать и задать какой-то актуальный вопрос - тогда театр и будет современным. Должен быть внутренний импульс, направленный на диалог со зрителем, а не выполнять «план».

-Классику можно поставить/сделать современной в театре сегодня?

-Да. Хотя я сам ни разу не ставил традиционного текста. Моя позиция в том, что если у нас есть пьеса, говорящая со зрителем на его языке, то мы должны этим воспользоваться в первую очередь.

-Вы же сами пишете пьесы, но не ставите по своим текстам спектакли. Почему?

- Мне это не интересно. Если я берусь за пьесу, допустим, Паши Арье, то вникаю, пытаюсь разобраться в тексте. А в своей пьесе я знаю многое, поэтому моя внутренняя эмоциональная работа заканчивается.

-Если говорить о перспективе развития в целом театра - какие, плюсы, возможно, есть в этих условиях?

- Уход в онлайн - здорово, если у кого-то получается, но это не театр. Для меня театр - это передача живой энергии, а в случае с экраном - это не срабатывает. Ни одного плюса не вижу. Могу сказать только о минусах. Например, в какой-то момент нахлынула волна пьес о пандемии. Стоп! Ситуация с коронавирусом еще не закончилась, мы не отрефлексировали, потому что не знаем финала, а уже пытаемся что-то писать?! Как? Есть прекрасное слово - созерцание, про которое мы все забываем и не замечаем ничего вокруг. Как и герой пьесы - человек из Броваров, который в какой-то момент перестал обращать внимание на то, что его окружает, потому что мир движется в ускоренном темпе. В случае с пандемией, могу сказать только про плюсы в личной жизни: мы с семьей посмотрели и объездили в Минской области все парки, замки, частные зоопарки. А когда у нас в городе из кранов потекла отравленная чем-то вода, то есть непригодная даже для мытья посуды, мы открыли для себя массу мест, где есть родники. И это великолепный плюс.

-В одном из интервью, вы сказали: "Я прихожу к тому, что театр – это все-таки гражданский институт". Что вы имеете ввиду и есть ли такой театр?

-Нет, в Беларуси пока такого театра не вижу. Есть отдельные спектакли - либо документального, либо остро социального характера. Для меня, система взаимодействия театра и зрителя должна строится на определенном обучении себя всем этим понятиям. Вот сейчас ситуация в Беларуси: звукорежиссеры на митинге включили песню Виктора Цоя "Перемен", после чего оказались в полиции. И за сутки для них собрали 30 тысяч долларов помощи. Ребята сейчас в эмиграции - в Литве. Они оставили себе небольшую часть денег, а большую отправили в фонды поддержки задержанных. Этот момент консолидации общества очень важен. Когда на митингах за колонной активистов идут волонтеры и собирают мусор. Это никто не проплачивает. Никто. И театр должен способствовать такому единению народа, взаимоподдержке. Это гражданская позиция. Ты либо гражданин, либо нет. Другого нет. Все строится на мелочах. И когда все по крупицам сольется воедино, то мы увидим, что у нас есть дороги, если их делать по стандартам, а не воровать; есть медикаменты, если их закупать прозрачно, а не воровать. В любом случае надо начать с себя.

-Какая сейчас ситуация среди протестующих граждан - как долго люди готовы отстаивать свои право? И как вы видите дальнейшее развитие ситуации?

- Митинги, проходящие каждое воскресенье, - показатель того, что как минимум в Минске уже сформирован некий «блуждающий», но костяк людей в 100 тысяч человек. Никто из моих знакомых или родственников не слышал фразы о том, что надо останавливаться. К чему это приведет или нет - нельзя загадывать. Однозначно, что это не должно пройти бесследно и безрезультатно.

-Насколько есть вероятность, или предпосылки к проявлению физических действий со стороны протестующих на фоне массовых избиений их полицией?

-Беларусь - не та страна, где есть радикализированные группировки в обществе. И число зарегистрированного оружия минимально. Повсюду работают спецслужбы- во всех сферах. Я всю жизнь работаю в театре: в каждом театре есть какой-то бывший полковник КГБ, ушедший на пенсию. И все про это знают.

Произошедшие случаи смерти, сотни избитых, искалеченных людей - даже это не радикализировало ситуацию среди протестующих. У нашего государства был свой путь по Covid-19, а у общества - свой путь борьбы.

У нас многие понимают, что может помочь экономическая блокада. Но она не может начаться, потому что все "сидят на крючках" кредитов, ипотек. И мало кто готов уволиться, остановить предприятие, потому что в противном случае - людям не на что будет жить. В этом большая загвоздка.

-В конце августа более 60 сотрудников Белорусского Национального театра им. Янки Купалы подали заявления об уходе в связи с увольнением по политическим мотивам директора Павла Латушко, который поддержал протестующих в Минске. Это прецедент в проявлении своей сплоченной позиции театрального коллектива на постсоветском пространстве. Какая сейчас ситуация с этим театром и были ли попытки нового руководства к диалогу с ушедшим коллективом?

- Театр недавно презентовал премьеру "Тутэйшыя" на независимой площадке, и они продолжают работать.

Они пытаются оставаться коллективом - честно делать то, что умеют. И лично для меня стала шоком позиция государства в данной ситуации. Увольнение Павла Латушки (бывший руководитель театра - ред) принималось не Минкультуры, а премьер-министром. И Минкультуры было против его увольнения, понимая, что это главный театр страны. В итоге назначили нового директора, из того же Минкультуры. И он не предпринял ни одной попытки поговорить с коллективом. Сначала закрыл театр два дня якобы на дезинфекцию. Коллектив требовал сбора, общей встречи, но новый директор сказал, что будет встречаться только один на один. Но никто не пошел. Коллектив заявил, что они готовы к диалогу именно как коллектив, но новый директор к ним так и не вышел. Выглядит всё это дико, но, с другой стороны, - это прекрасный показатель системы. Ровно то, что и происходит на улицах на протестных митингах: полиция "давит" людей по одному, а на большие группы людей не идут.

Беседовала Ирина Голиздра, "ОстроВ"

Фото - Анастасия Мантач.

Увидеть премьеру спектакля "Людина з…." в театре драмы и комедии на Левом берегу Днепра можно (из любой точки мира) в онлайн-режиме 25 октября в 15.00 по ссылке https://www.facebook.com/leftbanktheater/

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: