Наказание российских преступников за войну против Украины приобретает такое же этапное значение, какое имели Нюрнбергский процесс и суд над Слободаном Милошевичем

Парламентская ассамблея Совета Европы приняла резолюцию, согласно которой депортация украинских детей в россию приравнивается к геноциду.

Следует начать с того, какое именно решение состоялось. Не являясь специалистом по международному праву, тем не менее, позволю себе акцентировать важные нюансы резолюции ПАСЕ. Во многих украинских СМИ событие представляется как «ПАСЕ признала геноцидом депортацию украинских детей в россию». Однако формулировки содержания пунктов 2 и 10 резолюции, на мой взгляд, скорее дают основание для иного определения: депортация украинских детей в Россию имеет признаки геноцида и может расследоваться в соответствующем правовом контексте.

Исторический аспект резолюции имеет несколько составляющих. Во-первых, документ четко определяет, что принудительные перемещения, незаконные депортации и преступления против идентичности украинских детей начались в 2014 г., а с началом полномасштабной агрессии они стали лишь системными и массовыми. Во-вторых, резолюцию следует рассматривать в более широком контексте дальнейшего совершенствования гуманитарного измерения базовых принципов международного порядка. Наказание российских преступников за войну против Украины приобретает такое же этапное значение, какое имели Нюрнбергский процесс и суд над Слободаном Милошевичем. В этом смысле важно то, что решение Парламентской ассамблеи Совета Европы содержит ссылку на общность позиции с ООН, ОБСЕ и Европейским парламентом.

Резолюцию ПАСЕ следует рассматривать в качестве составной системы международно-правовых решений по осуждению агрессии россии против Украины, признанию различных аспектов ее преступности, а также необходимости наказания за совершенные преступления. Безусловно, резолюция будет способствовать привлечению к ответственности всех виновных, включая руководство РФ. Во-первых, преступная практика принудительного перемещения и депортации украинских детей однозначно увязывается с российской федерацией как государством, а не отдельными лицами или институциями, военными подразделениями. Во-вторых, интенсификация преступной деятельности после 24 февраля 2022 г. несомненно объясняется тем, что она планировалась и организовывалась в рамках государственной политики россии. К тому же речь идет об ответственности всей вертикали и горизонтали российских властей.

И, наконец, институциональное измерение ответственности за преступления очевидно сочетается с персональным. Ассамблея поздравляет ордера Международного уголовного суда на арест президента россии Владимира Путина и российской детской омбудсменки Марии Львовой-Беловой.

Вместе с тем нам следует помнить, что речь идет об укреплении нормативных оснований привлечения к ответственности российских преступников на всех уровнях. Однако реализация правовых предпосылок будет определяться политическими возможностями. Таким образом, если мы хотим увидеть на скамье подсудимых высшее руководство россии, от украинской власти и дальше будет потребоваться эффективное сочетание системной работы по совершенствованию юридической базы преследования российских преступников и последовательных политико-дипломатических усилий по консолидации позиции как отдельных государств, так и авторитетных международных организаций.