У Щербаня не было конфликтов с партнерами в Донецкой области, из-за которых «люди начали бы хвататься за автоматы» - бывший следователь по делу

Народный депутат, донецкий бизнесмен Евгений Щербань, в убийстве которого подозревают экс-премьер-министра Украины Юлию Тимошенко, не имел таких конфликтов с партнерами в Донецкой области, из-за которых «люди начали бы хвататься за автоматы». Об этом Юрий Круть - сотрудник СБУ, входивший в состав следственной группы по расследованию убийства Евгения Щербаня до 1998 года, рассказал в интервью изданию Forbes.

Он отметил, что разрабатывалось восемь версий убийства. «Упреждая ваш вопрос, сразу отмечу: информация о том, что «концы» нужно искать на территории Донецкой области, среди бизнес-партнеров Евгения, не имеет никаких оснований. На этот вопрос мы ответили буквально за пару дней. У Евгения не было таких конфликтов с партнерами в регионе, из-за которых люди начали бы хвататься за автоматы», - сказал Ю. Круть.

В то же время он рассказал и об отсутствии на тот период времени данных о том, что Тимошенко выступала заказчиком преступления. 

«На тот период времени, когда шло расследование, лично у меня не было данных о том, что Тимошенко выступала заказчиком убийства Щербаня. Хочу особо подчеркнуть, что я не выступаю ни в роли обвинителя, ни, тем более, адвоката Тимошенко. Дело, которое рассматривается сейчас, в основном и состоит из ранее приостановленного дела, материалы которого были добыты на этапе следствия тех лет», - отметил Ю. Круть.

Он не исключил, что возможно, сейчас и появились новые доказательства, но отметил, что об этом ему не известно.

Бывший следователь по делу Щербаня подтвердил, что вердикт Луганского апелляционного суда от 17 апреля 2003 года по делу банды Кушнира содержит показания свидетелей о причастности к делу Лазаренко.  «Однако в юриспруденции есть такое понятие: субъект права. Тимошенко и Лазаренко – это два разных субъекта права», - сказал Ю. Круть.

« Лазаренко и Тимошенко «по жизни», может быть, и «одно и то же», но для суда это не «одно и то же». В правовом государстве, а Украина таковой себя пытается позиционировать, людей не осуждают «оптом» или «скопом». И если даже предположить, что они планировали убийство вместе, то вина каждого из них доказывается отдельно, согласно роли каждого в этом деле», - пояснил он.

«Вина в организации заказного убийства не доказывается на основании показаний, в том числе третьих лиц, которые содержат формулировки «возможно», «я думаю…, я считаю…», «это одно и то же» и т.д. Таким образом строить версии можно в разговорах на кухне, а не в суде. Такого рода преступления рассматриваются при наличии реальных доказательств, а не суждений. Следствие озвучило картину примерно по следующей схеме: есть заказчик, несколько посредников и исполнители. Исполнители установлены. Посредников нет в живых. Заказчик пока предполагаем. Поэтому доказательства должны быть такими, которые, даже при отсутствии одного звена, восполнят всю цепочку», - сказал Ю. Круть.