"Минск" за кулисами. Исповедь недипломата. Часть 8

«Некоторые ситуации, уже описанные мной, иллюстрируют дипломатическую тактику Москвы на переговорах. Но, мне кажется, полезнее будет рассмотреть ее не с точки зрения историй, а именно методов и приемов. Это даст более глубокое понимание сути дипломатии вообще, и российской в частности».

«Трехстороннюю контактную группу, название которой было зафиксировано во всех официальных документах, они упорно называли «Контактной группой». Понятно, для чего – убрав число участников из названия ТКГ, ее можно было представить как пятистороннюю: Украина – ОБСЕ – РФ – «ДНР» – «ЛНР». А это как раз и было одним из их главных нарративов. В таком случае «ДНР»/«ЛНР» из приглашенных сразу становились сторонами конфликта и субъектами переговоров. А вот в понятие «трехсторонняя» пять участников никак не помещались».

«Это вообще было колоссальной ошибкой нашей делегации с 2014 года – ОРДЛО должна была представлять общая команда приглашенных консультантов (согласно документам, их функция – «консультации и согласование») из Донецка и Луганска. А вместо этого нам приходилось иметь дело, по сути, с двумя делегациями двух (!) разных политических (!) квази-субъектов. Вот вам цена слов в дипломатии!».

«Но продолжим наш обзор вербально-когнитивных диверсий Москвы. Одной из самых успешных таких операций является миф, четко закрепивший в сознании украинцев (да и не только), что Минские соглашения предусматривают закрепление в Конституции Украины «особого статуса Донбасса»».

«Помню, как очередную просьбу Кравчука к РФ официально представить в ТКГ план действий от российской делегации, Грызлов заявил: «если бы такой план и появился, то это было бы вмешательством России во внутренние дела Украины»…».

«Нужно сказать, что в отличие от Москвы, наши «профессионалы» из Офиса Президента обращались со словами крайне небрежно. И порой сами распространяли в медиапространстве формулировки, которые закрепляли нарративы РФ о ее непричастности к конфликту. Вот один пример…».