Вверх

Несколько месяцев до начала нападения России на Украину в американских и других западных медиа размышляли о том, как и за сколько дней Путин сможет захватить Украину. Сейчас они пишут преимущественно о том, как Украина защищается, с силой, которой от нее никто, кажется, не ожидал. Весь мир смотрит сейчас на Украину - с сочувствием, но также с восхищением.

Одним из ключевых вопросов, которые ставили западные чиновники и аналитики, планируя варианты поддержки Украины в случае российского нападения, это насколько здесь возможно широкое народное сопротивление. Теперь они все с удивлением рассказывают об очередях украинских добровольцев без военного опыта за оружием.

“Самые большие очереди в украинской столице были у центров записи в Территориальную оборону, - рассказали, например, в The Wall Street Journal. - На одном спортивном объекте, используемом с этой целью, несколько сотен добровольцев под командой карьерных боевых офицеров грузили ящики с оружием в гражданские машины и уносились на свои позиции. На улице еще сотни желающих в новобранцы, включая женщин, терпеливо ожидали в очереди, которая вилась вокруг здания. “Я никогда не думал, что придут так много. Весь город сейчас поднялся, - сказал один из офицеров на месте. - Несколько поздно, но лучше поздно, чем никогда.””

“Добровольцы сказали, что у них нет выбора, кроме как воевать сейчас, когда российские войска на пороге Киева. “Российская ракета ударила вчера в здание возле моего дома. Для меня это стало последней каплей, и сейчас время брать оружие. Все в этом городе, кто хотел бежать, уже бежали,” - сказал один из новобранцев, 35-летний IT-специалист. “Бежать некуда, прятаться бессмысленно. Нам нужно только отбить захватчиков и отправить их, откуда пришли,” - сказал другой, специалист по кадрам,” - процитировали в WSJ.

В одном из текстов The New York Times  говорилось, что в пункт записи добровольцев в Киеве “пришли мужчины от 20-летних до тех, кому за 50, всевозможных профессий. 37-летний Игорь, экономист в компании, которая занимается онлайн-продажами, не пожелавший из соображений безопасности, чтобы была опубликована его фамилия, стоял в очереди за своим оружием. Он говорил почти шепотом, губы его тряслись. Вдалеке было слышно глухие удары бомб и артиллерию. “Я никогда не служил в армии или полиции, нигде, - сказал он. - Но люди, которые по-настоящему боятся, сидят дома. Их нет сейчас здесь.” “Любому в нашей стране нужно защищать - женщинам, девушкам, всем,” - сказал 33-летний Денис Маташ, менеджер в Milk, киевском ночном клубе, стоя в очереди с примерно 50 другими мужчинами в центре регистрации новобранцев. “Не думаю, что они понимают, куда пришли, - сказал он о россиянах. - Посмотрите, что здесь происходит.””

В репортаже The New York Times  из Днепра американский журналист рассказал, что “встретил Тимофея Хомяка, музыканта, с которым я познакомился во время предыдущего приезда в Днепр. Менее месяца назад мы пили пиво в богемном баре на берегу реки Днепр. Сейчас, по его словам, он променял гитару на автомат: “Я больше не музыкант. Я теперь солдат.” Рядом люди в гражданской одежде сортировали и ставили в ящики бутылки, чтобы переделать их в зажигательные бомбы. Один мужчина организовывал остальных, разыскивая добровольцев, чтобы еще где-нибудь в городе достать бутылки и наполнить воспламеняющейся жидкостью.”

“Они говорили на русском - языке, более часто используемом в этой части страны, - подчеркнули в NYT. - Но у них не было планов приветствовать российские войска с цветами, стоит тем явиться, как, по утверждениям российских чиновников и телевизионной пропаганды, будут делать украинцы. “Мы все украинцы, и каждый чувствует, что он украинец, - сказал 25-летний Ефрем Коротков, который только что записался добровольцем. - Никто не намерен позволить этим этническим русским прийти сюда и что-то делать. Они все умрут.” Богдану Смолкову в его 15 лет не хватает примерно девяти месяцев, чтобы присоединиться к силам территориальной обороны, поэтому он пытается помогать по-другому и работает в группе людей, которые готовят бутылки для зажигательных бомб. “Это мой долг помогать моей армии, - сказал он. - Что они скажут мне делать, то я делаю. Я сортирую бутылки; они позвали меня смешивать коктейли Молотова.””

В другом тексте The Wall Street Journal  говорилось, что "бои даже привлекают бойцов с украинским гражданством из-за рубежа. “Я выполняю мой долг как гражданин Украины, как отец и как сын,” - сказал Константин Батозский, 41-летний политический консультант, который говорит, что впервые размахивает оружием. Российские войска приближаются к Киеву с севера и с запада, перестрелки происходили уже и в городе. Украинские власти сообщают, что десятки диверсантов, проникших в Киев, были убиты.”

“Растущее массовое сопротивление в Украине представляет одну из наибольших угроз планам президента России Владимира Путина сменить власть в бывшей советской республике, - продположили в WSJ. - Широкая поддержка простых людей, поднимающих оружие против превосходящей военной мощи России, подрывает утверждения, которые он использовал для оправдания вторжения: что этой страной управляют не украинцы, а, как он сказал по телевидению в пятницу, “шайка наркоманов и неонацистов, которая засела в Киеве и взяла весь украинский народ в заложники.” Если российские войска войдут в столицу в крупных количествах, война перейдет в опасную и почти определенно более кровавую фазу городских боев в древней европейской столице, расположенной вдоль двух берегов реки Днепр, дома для примерно трех миллионов человек. Народное сопротивление ставит перед Москвой действительную перспективу затяжной войны государственного масштаба против подавителей восстания, которая может истощить российские ресурсы, обременить Кремль и сделать его лидеров еще большими международными париями, когда количество гражданских жертв возрастет.”

“Украинские и западные чиновники говорят, что российское наступление на столицу нацелено на убийство или захват лидеров страны и установление марионеточного правительства. Но, по их словам, Путин недооценил желание и способность украинской армии и граждан воевать. На польских пограничных пунктах на юго-востоке страны - постоянный поток украинцев, которые жили в Польше и пересекают сейчас пешком или в машинах, отвечая на призывы в социальных сетях присоединиться к борьбе. У любой компании-перевозчике в Европе есть украинские водители, и мы организуемся, чтобы ехать,” - сказал Виталий Кос, 38-летний водитель грузовика, в очереди на границе. Машина за ним и другая впереди также везли мужчин на войну. “Мы не позволим им превратить нашу страну в Сирию,” - сказал Кос.”

По мнению корреспондента The Washington Post, то, что происходит в настоящее время в украинских городах и селах, “означает гражданскую мобилизацию, невиданную в Европе десятилетиями. Но непонятно пока, ближе ли она к действительному стихийному потоку, который может подкрепить военные усилия, или к трагическому последнему рубежу. Хотя Украина удивила многих обозревателей в некоторых первых боях, вторгающиеся российские силы имеют гораздо больше человеческой и огневой силы. И пока они применили только крупицу.”

“Хотя действующая украинская армия имеет менее 200 тысяч военнослужащих и намного меньше, чем российская, она имеет существенные резервные силы, включая новое гражданское ответвление, которое привлекает участников со всех концов - и всех возрастов. Министр обороны Украины сказал на этой неделе, что любого, кто может держать оружие, призывают присоединиться к Силам территориальной обороны страны,” - добавили в WP.

"Я точно понимаю, каково им сейчас"

Как бы ни старалась российская пропаганда, за рубежом ей так и не удалось создать Украине имидж “фашистского” государства. Напротив, едва ли не все крупные организации и исследовательские институты, связанные с историей Холокоста и людьми, пережившими Холокост, выразили сочувствие украинцам и осудили войну.

Также в The New York Times  рассказали, например, что “100-летняя Рут Сэлтон смотрит CNN и читает газету каждое утро в своем iPad, и наблюдает с тревогой, как на экранах возникают знакомые картины: мирные люди, покидающие свои дома, разлучающиеся со своими семьями, бегущие по улицам. Сэлтон, еврейка, бежала из дома в Польше в 1939 году и в итоге оказалась в отдаленном трудовом лагере в Сибири, где в течение года она выполняла тяжелую работу. После войны она присоединилась к подпольному движению по помощи евреям, пережившим Холокост, бежать туда, где теперь Израиль. Она пробила себе дорогу в США и живет сейчас на окраине Далласа с семьей своей дочери. “Я сопереживаю им, мне больно за них, и я точно понимаю, каково им сейчас, - сказала Сэлтон. - Мы бежали, мы были в поездах, это было то же самое. Вы не знаете, каково это, когда вы вынуждены бежать и бояться. Худшее в жизни - это не смерть, это быть испуганной.””

В издании отметили, что “Путин обещал “денацифицировать” Украину - этот шаг критиковали как попытку оправдать нападение на демократически избранное правительство Украины. Президент Украины Владимир Зеленский еврей, у него есть родственники, убитые нацистами в Холокост.”

“Дочь Сэлтон - президентка-учредительница Congregation Beth Israel, синагоги в Коллевилле, Техасе, где в прошлом месяце вооруженный человек захватил четырех заложников, - говорилось дальше в тексте NYT. - Сэлтон не была в синагоге в тот день, но посещала службу накануне своего 100-го дня рождения - менее чем за неделю до происшествия с заложниками. “Думаю, весь мир должен встать и бороться за свободу, - сказала она. - Если мы не поможем им, кто поможет?””

"Его вмешательство будет частью истории"

Поведением Владимира Зеленского, нужно сказать, восхищаются не меньше, чем поведением простых украинцев. Не одно западное издание отметило, что президент Украины показал себя настоящим и достойным лидером - признание тем более яркое, что до 24 февраля некоторые не стеснялись прямо высказывать сомнения в его способности справиться с такого масштаба кризисом, объединив людей вокруг себя. Еще многие выражали те же сомнения намеками и полунамеками. Сейчас они пишут, в частности, как The Washington Post, что “действия Зеленского впечатлили не только украинцев. Афганцы в социальных сетях аплодируют его решению остаться, с горечью отмечая, что их бывший президент Ашраф Гани бежал из страны, когда в августе “Талибан” подошел к столице, Кабулу.”

“Зеленский вдохновил также европейских лидеров делать больше для Украины, - утверждали также в The New York Times. - Появившись на экране во время срочного саммита лидеров Европейского Союза три дня назад, 24 февраля, он произнес страстную 10-минутную речь, которая подвигла некоторых колебавшихся лидеров поддержать более жесткий пакет экономических санкций в отношении России, сказал высокопоставленный европейский чиновник. Его вмешательство будет частью истории, сказал чиновник, который присутствовал в комнате. Оно было очень эмоциональным, лидеры были глубоко тронуты. Молчание в комнате было впечатляющим и результат бы ясен, добавил чиновник. По его впечатлениям, это существенно помогло убедить более колебавшиеся страны, вроде Германии, Италии и Венгрии, согласиться на более жесткие финансовые и банковские санкции и поставку оборонительного оружия Украине. “Это может быть последний раз, когда вы видите меня живым,” - сказал Зеленский.”

"Кремль рассчитывал, что бои продлятся не больше двух недель"

Американские медиа теперь осторожны в прогнозах относительно срока войны и не берутся предсказывать ее результаты, хотя между строк у них все еще прочитывается неуверенность в способности Украины выстоять.

Как написали в The New York Times, “в первый день вторжения президента Владимира Путина в Украину его генералы и войска следовали классической стратегии сухопутного вторжения. Они атаковали военные объекты и системы обороны ракетами, выпущенными с воздуха, моря и суши, пытаясь захватить небо, и гнали войска на Киев, столицу, с целью обезглавить правительство демократически избранного президента, Владимира Зеленского. С тех пор дела замедлились. Одно дело - перейти границу другой страны с танками и артиллерией, защищенными сверху боевыми самолетами, сказали чиновники Пентагона и аналитики. Совсем другое дело - осаждать города и армию с людьми, желающими рискнуть жизнью для защиты того, что они считают своим суверенным правом на самоопределение.”

“В течение дня, когда они вошли в Украину, российские войска замедлились, сказали высокопоставленные американский и британский чиновники, когда украинские бойцы повысили сопротивление. Никакие крупные города не были взяты, сказал журналистам в пятницу высокопоставленные чиновник Департамента обороны в Пентагоне. России также пока не удалось добиться превосходства над Украиной в воздухе, отчасти потому что украинцы используют мобильные системы и отчасти потому, что российские ракеты попали в старые места противовоздушной обороны, что может говорить об изъянах российской разведывательной информации. Украинские системы противовоздушной и противоракетной безопасности были разрушены, сказал он, но военно-воздушные силы страны все еще запускали самолеты и препятствовали доступу России.”

Тем не менее, продолжался текст NYT, “чиновники Пентагона предупреждали, что Россия направила только треть из 150-190 тысяч военных, которых скопила у украинской границы, так что Москва может усилить давление в любое время. Военные чиновники сказали, что Россия все еще на начальных стадиях операции, которая может занять две или три недели для занятия большей части страны… Российская армия с ее решительным перевесом в кибероружии, танках, тяжелом вооружении, ракетах, боевых самолетах, судах и живой силе, затмевает Украину. Но войны ведутся не только на бумаге. Хотя Россия установила линии атаки на три города - Киев на севере, Харьков на северо-востоке и Херсон на юге, - украинские войска борются за удержание всех трех. Что существенно, сказал высокопоставленный чиновник США, украинское руководство остается работоспособным.”

“Российские линии атаки заграждены, сказал второй чиновник, поскольку украинские войска яростно противостоят россиянам. Сопротивлением, по словам чиновника, объясняется то, почему российские войска у границы не вошли все. Но чиновник предупредил, что больше этих войск стекутся быстро в города, особенно в Киев, если их передовые элементы разобьют украинские войска, которые их сдерживают.”

"Когда российские войска вошли в северный район Киева, по городу забили снаряды, ракеты ударили в жилые дома. Если российская разведка выяснила, где прячутся Зеленский и остальное руководство Украины, российские военные, вероятно, уничтожат их ракетными и авиаударами, сказал в интервью высокопоставленный чиновник администрации Байдена. Но если это не сработает, российские войска могут прибегнуть к городским боям, затее более трудной,” - заключали в NYT.

В еще одном тексте The New York Times  содержалось предположение, что “главным определяющим фактором того, что последует, будут, конечно, события на поле боя в Украине: чем дольше продлится война, чем больше будет потерянных жизней и разрушений, тем труднее будет Кремлю изображать войну как ограниченную операцию, не направленную против народа Украины. Андрей Кортунов, генеральный директор Российского совета по международным делам, исследовательской организации, близкой к российскому правительству, сказал, что, по его мнению, Кремль рассчитывал, что бои продлятся не больше двух недель. Если Россия принудит к этому времени украинскую армию к капитуляции, при ограниченных разрушениях и ограниченных российских и гражданских жертвах, сказал Кортунов, Путин сможет рассчитывать на сохранение внутренней поддержки. Но если война пойдет не по плану, предупредил Кортунов, стране предстоит увидеть “серьезные политические последствия и последствия для популярности его руководства.” “Победа многое спишет - не все, но многое, - сказал Кортунов. - Если победы не будет, могут быть некоторые сложности, потому что, конечно, многие сомневаются, что не было никаких политических альтернатив.”

Обзор подготовила Софья Петровская, “ОстроВ”


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: