Вверх

Всю неделю западные издания продолжали обсуждать вероятность российского вторжения в Украину. Многие в то же время поставили вопрос о взглядах на происходящее в самой России. Правда, и тут у них, как в случае с догадками и предположениями о планах президента РФ, мнения разделились.

Самым оптимистичным, пожалуй, оказался у The Times, где отметили, что "восемь лет назад, когда Путин предпринял свои шаги в Крыму, государственные медиа возвели пропагандистские усилия до беспрецедентного уровня, ложно обвиняя украинских солдат в распятии трехлетнего мальчика и изображая прозападное правительство в Киеве как “фашистскую хунту”. Контраст с прошлыми двумя неделями не мог бы быть сильнее. Хотя антизападные настроения все еще распространены на государственном телевидении, это сложно сравнить с тем оголтелым вещанием, даже с тех пор, как НАТО отвергла требования Путина о выводе войск из центральной и восточной Европы."

Так, продолжался текст, "в четверг ни Украина, ни НАТО не заслужили ни единого упоминания в утренней новостной программе на “Первом канале”, главной российской телекомпании. 25-минутный выпуск новостей начался с поездки Путина на Олимпиаду в Пекин и содержал сюжеты о пандемии, пенсиях, магнитных бурях и тиграх, которым угрожает вымирание. Сегодня “Первый канал” критиковал сообщения американских медиа о том, что Россия планирует вторжение, как “фантазию”. В самом деле, прокремлевским медиа гораздо интереснее высмеивать Бориса Джонсона в связи со скандалом из-за вечеринок на Даунинг Стрит, чем разжигать ненависть в отношении украинцев. Опросы предполагают, что все больше россиян считают, что война с НАТО теоретически возможна: их доля выросла за 12 месяцев с 16 до 25 процентов. Доля тех, кто отвечает то же о конфликте с Украиной, выросло с 14 до 25 процентов. Большинство, однако, обеспокоены скорее сведением концов."

В британском издании высказали убеждение, что Путин берет в расчет также, что "миллионы россиян имеют семью и друзей в Украине. Никто, даже самый ярый сторонник Путина, не хочет видеть бомбы, падающие на их теть или дядь в Киеве. На деле, больше россиян имеют позитивное мнение об Украине, чем негативное: 45 процентов против 42, согласно недавнему опросу независимой аналитической организации “Левада-Центр”. Война также разрушила бы имидж Путина как лидера, который принес стабильность после коллапса СССР - нечто, на что россияне, пережившие тот катастрофический период, часто указывают как на его главное достижение. С падением его популярности, особенно среди молодых людей, он едва может себе это позволить. “Мало кто готов умереть за родину и Путина. Короткий изначальный период поддержки властей может скоро обратиться открытым недовольством, в особенности перед лицом серьезных социально-экономических проблем, - написал недавно Андрей Колесников, политический аналитик. - Режим ждет потеря доверия большей части младшего поколения.”"

Основания для скепсиса нашел также The Economist. Как говорилось в его тексте,

"если последует большая война в Европе, вроде той, которая, как считают западные аналитики, логически вытекает из развертывания крупного военного контингента, наряду со вспомогательной инфраструктурой, у Украины с трех сторон, многие россияне будут застигнуты врасплох. Официальная пропаганда к этому не приспосабливается. Элита этого не предвидит. Раздраженная ведущая радийного токшоу признает, что отчаялась искать противоположный взгляд. “Каждый, кого я приглашаю, говорит одно и то же: это путинское нагнетание, а не война.”"

"Этот скептицизм разделяют те, кто помогал формировать политическую систему России, - продолжали в британском издании. - Глеб Павловский, близкий советник Путина в период двух его первых сроков у власти, с 2000 с 2008, говорит, что Кремль считает, что получит гораздо больше от угрозы войны чем от войны как таковой. Видимость быстрой эскалации - ключевая для эффективной угрозы. Это урок, который московские власть имущие усвоили от американского военного стратега Томаса Шеллинга. Это не делает угрозу исключительной иллюзией или блефом. “Опасность в том, что они не контролируют свои красные линии в полной мере,” - говорит он."

"Алексей Левинзон из “Левады” говорит, что Кремль все еще может собрать большинство в пользу войны, если Путин решит атаковать. Основные сторонники президента, в основном - из числа пожилых людей, разделяют его враждебность к НАТО и веру в то, что Украина является не по-настоящему независимой страной, а марионеткой Америки. Такую войну можно продать, и ни местная критика, ни экономические шоки не стали бы существенными препятствиями для вторжения. В этом суть путинского режима," - заключал The Economist.

"О войне как обыденности"

В отличие от британских, американские журналисты отметили во внутрироссийской ситуации нечто иное. "Левада-Центр, одна из немногих независимых социологических организаций в России, говорит, что 50 процентов россиян считают Соединенные Штаты и НАТО ответственными за усиливающиеся трения. Менее пяти процентов винят Кремль," - говорилось, в частности, в тексте The New York Times.

"В последние годы более молодые люди определенных кругов, преимущественно горожане, могли выйти на улицы в качестве протеста, но голоса несогласных заставили замолчать разгоном демонстраций, независимых новостных медиа и правозащитных организаций, который стал истовым год назад. Десятки молодых активистов были заключены под стражу, исключены из университетов и вытеснены из страны. В ответ, говорит Сергей Белановский, социолог, который изучает общественное мнение, многие россияне, включая молодежь, просто отказались следить за новостями," - поясняли сложившееся положение вещей в NYT.

"Многие россияне разделяют мнение, что они бессильны повлиять на события, сказал недавно социолог Григорий Юдин “Эху Москвы”, государственной, но пролиберальной радиостанции. Отсутствие публичного протеста резко контрастирует с реакцией 2014 года, после аннексии Путиным украинского Крымского полуострова. Тогда около 50 тысяч человек вышли в Москве протестовать против боевых действий. Сейчас даже онлайн-петиция, которая распространяется с 30 января, собрала всего пять тысяч подписей."

"Иван Преображенский, независимый политический аналитик, говорит, что апатия россиян, вера в этой ситуации, что война неизбежна, усилились годами политического гнета. “Российское общество не хочет войны, но его большая часть также смирилась с тем, что она, вероятнее всего, неизбежна,” - сказал он в интервью. Он добавил, что с каждым циклом трений, связанных с Украиной, “российское правительство склоняет людей к мысли о войне как обыденности,”" - процитировали в американском издании.

The Wall Street Journal, между тем, поговорил с россиянкой, которая подписала антивоенную петицию. В комментарии WSJ "62-летняя доктор Ольга Мазурова, сказала, что не думает, что протесты поколеблют Путина. Тем не менее, с декабря она собрала группу из двух десятков преимущественно пожилых журналистов, ученых и юристов для единственного вида возможных сейчас антивоенных демонстраций. На выходных на нескольких площадях и пешеходных зонах в центре Москвы они сменяют друг друга в одиночном стоянии, для обхода российского запрета на массовые собрания, и держат плакаты со слоганом “Нет войне.” “Это не прекратится до тех пор, пока каждый из нас, небезразличных маленьких людей в России, не внесет пусть минимальный вклад, - сказала Мазурова. - Или хотя бы не будет соучастником этого преступления.”"

В американском издании также рассказали, что "Денис Волков, директор “Левады”, сказал, что в фокус-группах участники говорят, что переключают канал телевидения или радио, едва услышав об Украине. Это означает, что большинство россиян не пытались активно понять, что вызвало эскалацию, сказал Волков."

В Ростове-на-Дону, одном из ближайших к Украине российских областных центров, The Washington Post, по словам его корреспондентки, на вопросы о возможной войне отвечали, "что слишком заняты повседневными проблемами, плохими дорогами или пандемией коронавируса, когда в России снова резко растет количество больных."

"Российские государственные медиа годами приучали своих зрителей думать об правительстве Украины как хаотичном и агрессивном, высмеивая ее президентов и парламент… Сейчас, пока украинские мирных жители обучаются партизанской тактике на случай российской агрессии, по российскую сторону границы потенциальная война видится как оборонительная. “Какое вторжение? Мы ни к кому не вторгаемся и никогда не вторгались! - Сказал 56-летний Михаил. - Украина не скапливает свои войска у наших границ? НАТО не приближается к нашим границам?”" - Процитировали в The Washington Post.

Обзор подготовила Софья Петровская, "ОстроВ" 


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: