Пятница, 25 сентября 2020, 16:121601039574 Написать нам Реклама на сайте Мобильная версия English

Вверх

Спецтема: COVID-19 в Украине
Физические лица Захарченко и Плотницкий не принимали участия в разработке и утверждении Минского комплекса мер 2015 года. Они даже не находились в отеле, где главы государств Нормандской четверки вели переговоры. Об этом в интервью "ОстроВу" рассказал Министр иностранных дел Украины (2014-2019 г.г.) Павел Климкин.


"Если мы возьмем вот эти, вторые, сейчас такие известные и распиаренные Минские переговоры, которые продолжались 18 часов, то Захарченко и Плотницкий не то что в одном помещении там не были, их никто не видел. Ни я, ни Меркель, ни Оланд, ни Путин, кстати. В этом отеле их не было. Они были где-то, совсем в другом месте в Минске. И когда в результате этот текст был согласован, а текст согласовывался окончательно на уровне глав государств. То есть, там было три встречи, где были только 4 лидера государств, больше никого. Даже не было ни министров иностранных дел, никого другого… А потом, когда было нужно просто получить подписи Захарченко и Плотницкого, просто Путин послал Суркова и сказал ему: "давай полписи". Сурков куда-то поехал и вернулся минут через 20-25 с этими подписями. Вот и всё, как все было", - рассказал П. Климкин.

По словам министра, принимавшего непосредственное участие в переговорах, представители оккупационных администраций Донецка и Луганска никогда лично в официальных переговорах не участвовали.

"Представители оккупационных администраций никогда не принимали участие в живых, прямых или опосредованных переговорах. Все переговоры велись с российской стороной. Это было два трека переговоров. Первый – это был российский посол Зурабов, который был представителем России в Трехсторонней контактной группе. А второй - это Сурков. Вот это фактически два человека, которые реально вели основные переговоры со стороны России. Естественно, в этом никак не принимали участие представители оккупационных администраций" – пояснил П.Климкин.

Отвечая на вопрос, для чего России нужны были подписи Захарченко и Плотницкого под документом, министр объяснил:

"Для России важно было показывать, что они в процессе. Им была важна вот эта мантра, которую они постоянно сейчас повторяют, о гражданской войне, гражданском конфликте в Украине . Ну и вообще показывать, что там не только Россия, а кто-то еще якобы существует, с кем Россия должна, якобы, разговаривать. Вот Путин, неоднократно, во время разговоров по телефону в Нормандском формате делал вид, что договоренности необходимо еще довести к сведению Донецка и Луганска. Вот я помню раза два или три он так говорил. Но потом это все доводилось и исполнялось, если Путин хотел, или не выполнялось, если Путин не хотел".

Павел Климкин обратил внимание, что в договоренностях Берлинского саммита (2016 г.), где была достигнута договоренность о создании "дорожной карты" по прекращению конфликта, ее разработка поручена исключительно министрам иностранных дел и дипломатическим советникам глав государств.

"И более того, - момент, который мало кто помнит, но очень важно на него посмотреть – на договоренности Берлинского саммита. В Договоренностях Берлинского саммита Нормандского, когда в конце концов мы все-таки продвинули то, что называется протолкнули идею дорожной карты. И там четко прописано, вы можете это посмотреть, что дорожную карту должны разрабатывать министры иностранных дел и дипломатические советники лидеров. Там вообще ни про какие оккупационные администрации даже нет речи!", - заявил П. Климкин.

Также, Павел Климкин пояснил, почему ОБСЕ терпит подмену субъектов переговоров в Минске, где Россия, делает вид, что она лишь наблюдатель.

"Способность ОБСЕ к реальному медиаторству очень ограничена. Поскольку в ОБСЕ есть консенсус. Если ОБСЕ будет делать что-то не так, россияне просто заблокируют принятие любых решений в рамках ОБСЕ. Поэтому ОБСЕ, в реальности, в Минске играет роль… вот у нас много кто обижается на ОБСЕ, говорят: ОБСЕ слабое. Это правильно, но давайте не забывать, что ОБСЕ на самом деле играет техническую роль на Минской площадке", - сказал экс-министр.

По мнению П. Климкина, ОБСЕ оказалась в сложной ситуации, поскольку на роль медиатора в Минском процессе претендует также Россия.

"Россия очень хочет стать медиатором. Статус агрессора сменить на статус медиатора. Но ОБСЕЕ – это и есть реальный медиатор" - сказал П. Климкин.

Экс-министр высказал мнение, что ОБСЕ согласилось с таким перераспределением ролей. И Украина должна "толкать ОБСЕ", чтоб та была активнее.

"Это позиция ОБСЕ - сделать себе так как комфортнее, - просто быть пассивным наблюдателем и не заниматься активным вмешательством в процесс. Я вам очень простую вещь скажу, в первый день, когда мы создавали Трехстороннюю контактную группу, мы это делали с самого начала с Хайди Тальявини. И она была фантастическая. Она настолько была четкой, последовательной, активной… И она играла очень активную роль. Несмотря на то, что ей было непросто, несмотря на определенные проблемы со здоровьем, она всегда делал то, что должна. Поэтому ОБСЕ отличается от ОБСЕ. И от нас зависит насколько мы толкаем ОБСЕ, чтоб она была более активной", - завил экс-министр Климкин.




ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: