Служебный роман. Продолжение. Синопсис отклоненного сценария

…Управление статистики, в начале девяностых, лет пять не получало зарплату. Новосельцев подвизался на маркетинговых исследованиях (но слова маркетинг тогда еще никто не знал): он анализировал пустой рынок легкой промышленности и советовал бизнесменам, что лучше развивать. Но легкая промышленность начала девяностых была турецкой и китайской, заказов было мало. А в доме трое детей. И жена – начальница. Товарищ Калугина, которая звонила министру и требовала зарплаты для коллектива. А потом вступила в коммунистическую партию и стала верить Зюганову. В 1996 году она агитировала против Ельцина, а когда Зюганов проиграл, слегла и согласилась на предложение Верочки поработать на нее. На первых порах – продавщицей. Потому что Верочка открыла магазин.

Сначала это была комиссионка, где Верочка продавала свои сапоги, о которых Кулагина как-то сказала, что они «вызывающие». Потом Верочка стала брать на комиссию вещи подруг и китайские куртки, которые начала возить Маша из профкома. Маша из профкома однажды забрала все собранные на юбилей Бубликова деньги, но не купила подарок, а махнула в Китай. Открыла «золотую жилу».

Сам Бубликов тоже ушел из управления статистики. В шоу-бизнес. Он начал организовывать конкурсы красоты и модельные агентства. Среди представителей шоу-бизнеса считался странным, потому что на моделей любил смотреть из-под лестницы. Его кресло в жюри специально ставили внизу. Под самым подиумом. Только с этого ракурса он умел оценивать женскую красоту.

У Самохвалова – все хорошо. Он сразу ушел к демократам, подружился с Чубайсом, подарил ему швейцарскую ручку и заделался младореформатором. Он очень хорошо нажился на ваучерах и приватизации, поэтому продал свою двухкомнатную квартиру и купил участок на Рублевке. А от квартиры оставил себе только мобиле (такая вертящаяся хрень в виде люстры, помните?). Сейчас многие гости не понимают, зачем Самохвалову мобиле и думают, что оно напоминает ему о тех временах, когда люди собирали металлолом и делали на нем состояния. Кстати, жену свою Самохвалов бросил. Потому что Бубликов подкинул пару моделей новейшей сборки, одна из них даже умудрилась забеременеть. И Самохвалов, как честный человек, был просто вынужден на ней жениться. Тем более что модель оказалась из «питерских», понаехавших в Москву в самом конце девяностых.

А вот эта, которая «в жутких розочках», как дурочка влюбленная в Самохвалова, она сначала тоже была в ужасном положении. Муж привык лечиться за государственный счет, сроднился с язвой и санаториями. Бедной женщине пришлось торговать трусами на рынке и заниматься математикой с племянницей местного мэра. Плюс свои сыновья - мальчишки, примкнувшие к «люберецким». (Она же была из Подмосковья, помните?).

Так вот мальчишки-то и спасли ситуацию. Правда, в одного из них стреляли, и теперь он сильно хромает, а другой стрелял сам, но суд не смог этого доказать, потому что никто из судейских лично на стрельбах не присутствовал. В результате мальчик остался на свободе и в полном авторитете. Дела у детей «жутких розочек» пошли хорошо. Они вовремя легализовались, но часть активов перевели в оффшоры. Родителям они купили квартиру на Арбате, клинику в Бельгии, чтобы папа мог лечить язву. Два раза пытались заказать Самохвалова, но с тех пор, как он женился на «питерской», перестали думать об этих глупостях.

В конце концов дети «жутких розочек» согласились с развитием интернет-бизнеса, который им все время предлагали дети Новосельцевых. И не прогадали. Так что Калугина смогла уйти от Верочки и вернуться к своей любимой статистике. А Новосельцев – нет, не захотел.

Старшие сыновья открыли ему маркетинговое бюро.

В общем, они победили. Наши всегда побеждают в войнах.

Только больше они не любили друг друга, не презирали предателей и не умели дружить. Бизнес, один сплошной бизнес.

И ничего личного.