Мертворожденная i-нициатива МВД Украины

На прошлой неделе, несмотря на переизбыток футбольных эмоций, UAнет слегка вздрогнул от новости об инициативе главы МВД "отрегулировать" интернет. Министр Захарченко обосновал свое желание накрыть интернет виртуальным колпаком тем, что Днепропетровские террористы пользовались интернет-рекомендациями. И вообще, министр отметил, что интернет полон информации, к которой население не должно иметь доступ. Чтобы не утомлять читателя, я не буду писать, что я думаю о ситуации, в которой силовик уверен, что имеет квалификацию и полномочия решать, к какой информации у населения должен быть доступ, а к какой нет. Нет смысла всерьез воспринимать угрозу ограничения доступа к информации, т.к. ни глава МВД, ни любой другой чиновник или орган в этой стране не сможет ввести цензуру в интернете. Рассказываю почему: 

1. Введение цензуры в интернете в отдельно взятой стране теоретически возможно, но технически практически нет. Контролировать полностью контент получилось только у двух беднейших и тоталитарных стран мира - Северной Кореи и Кубы. У остальных стран, как у Китая или стран арабского мира, цензура была введена, но эксперты признают, что обойти государственные фильтры может даже школьник. И это не смотря на то, что государство в этих странах выступает монополистом в предоставлении интернета подписчикам. На сегодняшний день без труда можно скачать програмное обеспечение, которое позволит оставаться в сети незамеченным. Даже если у государственного органа появится возможность блокировать доступ к контенту, расположенному на серверах внутри страны, то этот контент в течение суток перекочует за рубеж и будет снова доступен пользователям сети.

2. Введение цензуры немыслимо без поддержки глобальных игроков, которые не собираются сотрудничать с властями Украины. Теоретически, подмяв под себя всех интернет-провайдеров, государство может договориться с глобальными провайдерами контента ограничивать запросы пользователей своих поданных. Также государство может попросить глобальную интернет-корпорацию удалить какую-либо информацию со своих серверов. Так поступают государственные органы в ряде мусульманских стран. Демократические страны тоже иногда прибегают к такой практике, когда это касается контента, запрещенного национальным законодательством и осуждаемого большинством граждан. Это относится, к примеру, к детской порнографии и пропаганде нацизма. Что касается запросов от стран, где есть проблемы с демократией, то они, как правило, игнорируются. Говоря об Украине, мировые лидеры все чаще используют слово "режим", а международные организации отмечают сворачивание демократических процессов. Такие компании как Google и Facebook конечно же не будут подвергать риску свою репутацию, реагируя на запросы от Украины.

3. Сегодня уже очевидно, что ввести интернет-цензуру не позволят сами украинские пользователи. У властей не получилось закрыть даже откровенно пиратский сайт ex.ua. Негодование пользователей сделало развлекательный ресурс первым неприкасаемым бизнесом в стране. Попытка же ограничить доступ к социальным сетям вызовет абсолютно непропорциональную реакцию общества. Ныне пожизненно осужденный бывший лидер Египта был смещен с занимаемой должности через две недели после закрытия доступа пользователей к социальным сетям.

Отсутствие технической возможности, международная репутация страны и отношение украинского общества к каналам коммуникации делают бесперспективными любые потуги государства ввести цензуру в сети. Но это не значит, что нет повода быть настороженным. Желание силовых структур контролировать доступ к интернет-контенту достаточно ярко характеризует сегодняшнее положение дел в стране.