Очередной свидетель встал на сторону Луценко. Вопросы в прокуратуре его напрягали

Свидетель по делу Юрия Луценко Валерий Марецкий заявляет, что его показания во время допроса в Генпрокуратуре были записаны неточно.

Об этом он сообщил во время судебного следствия в четверг, 29 сентября, - сообщает «Украинская правда».

По словам Марецкого, его допрашивали несколько раз и допрос мог продолжаться порядка 4-х часов.

"Там очень морально было тяжело", - сказал он.

Вместе с тем, свидетель отметил, что "по истечению времени" он мог не помнить деталей и тогда, в 2010 году, и сейчас.

Кроме того, отвечая на вопрос защитника Алексея Баганца о том, утверждал ли свидетель на допросе, что именно Луценко дал приказ устроить Леонида Приступлюка и что за невыполнение указания Марецкий мог быть уволен из МВД, свидетель ответил:

"То, что это было указание Луценко, я не говорил. Это было указание моего руководства – а кем оно было дано я не говорил", - сказал Марецкий, старший оперуполномоченный по особым поручениям департамента разведывательно-сыскной деятельности МВД.

На вопрос, в чем тогда состояла заинтересованность Луценко, о которой говорится в показаниях Марецкого на допросе, свидетель ответил: "Не знаю".

"Были вопросы, которые, конечно, меня напрягали (в прокуратуре). Кто-то там мог дать указание – а как записали, я не знаю", - сказал Марецкий.

"Это предположение. Я мог такое сказать, а мог и не сказать", - сказал Марецкий, комментируя протокол допроса в прокуратуре, в котором зафиксировано, что он якобы говорил об указании Луценко взять на работу в МВД Приступлюка.

В суде Марецкий заверил, что принятие Приступлюка на работу было законным: "В законодательном поле нарушений не было. Все было в рамках закона", - отметил он.

Кроме того, Марецкий подчеркнул, что он не отмечал на допросе, что Луценко проводил чистку кадров.

"Такого вопроса даже не стояло", - сказал свидетель.

Вместе с тем, в протоколе допроса Марецкого в Генпрокуратуре указано, что он говорил о "чистке кадров" с приходом Луценко в МВД.

Луценко на это заявил: "Это четвертое свидетельство о фальсификации показаний в Генпрокуратуре".