Не слышит и мочится кровью: в российской армии мобилизованного после 2 контузий на войне снова отправили воевать на Харьковщину

В армии оккупантов мобилизованного из Тульской области после двух контузий отправили выполнять боевые задачи в Харьковской области. Он не может держать оружие из-за дрожи в руках, почти не слышит и мочится кровью, - сообщает российский паблик "Осторожно, новости" 26 августа. 

"34-летнего Алексея Сапунова призвали на СВО во время мобилизации. Он служит второй год и за это время дважды попал под удар беспилотников. В первый раз, в феврале 2024-го, дрон атаковал блиндаж, где находился Алексей: его засыпало землёй, но он смог выбраться и дойти до сослуживцев. Второй раз случился совсем недавно, 25 июля Алексей находился на боевом задании в Харьковской области: ВСУ засекли его по сигналу рации и ударили БПЛА. Сапунов выжил и ещё две недели продолжал выполнять задачи командования", - рассказывает историю россиянина паблик.

"После возвращения в лагерь у Алексея начали отказывать почки, сейчас он мочится кровью. Руки военнослужащего «ходят ходуном», он не может контролировать их хаотичные движения. Помимо этого, Сапунов повредил барабанную перепонку левого уха, из-за чего почти не слышит. Полевые медики подтвердили все травмы мобилизованного и рекомендовали лечение в госпитале. По мнению врачей, Алексею нельзя участвовать в боевых действиях, потому что у него может оторваться тромб. Однако командование полностью проигнорировало жалобы бойца. Вчера его отправили на очередную боевую задачу в Харьковской области", - говорится в сообщении.

При этом Сапунов неоднократно писал рапорты офицерам и требовал лечения. В ответ ему пригрозили уголовным дело о дезертирстве, ямой и подвалом в Зайцево.

Жена военнослужащего также рассказала журналистам паблика, что в мае Алексей подписал контракт, потому что срок службы мобилизованных не ограничен, а по контракту хотя бы полагаются льготы и выплаты за ранения. В итоге семья Алексея не получила никаких денег. В июне военнослужащему также обещали вручить медаль «За отвагу» и Георгиевский крест за спасение раненых, но после жалоб на здоровье командование «забыло» об этом.