Дочь погибшего летчика: "Летая самолетами "Пулково", пишите завещание"

Тела погибших членов экипажа разбившегося под Донецком Ту-154 похоронят на кладбище «Жертв 9 января». Это не пожелание родных, это – условие «Пулковских авиалиний». Именно на этом кладбище у авиакомпании заранее был подготовлен участок земли. Именно там четыре года назад похоронены 14 человек, которые находились на борту Ил-86, упавшего 28 июля 2002 года в Шереметьево. Дочь погибшего в той катастрофе штурмана Валерия Щербины, Виктория, раскрыла корреспонденту петербургской Интернет-газеты Фонтанка.ру некоторые секреты и тайны внутренней «кухни» петербургской авиакомпании, которые, по ее словам, боятся рассказывать журналистам сами сотрудники «Пулково».

Перед тем, как лететь самолетами «Пулковских авиалиний», пишите завещание, советует Виктория Щербина. Весь авиапарк по современным мировым меркам устарел, а многие предписания конструкторских бюро по замене тех или иных дряхлеющих деталей не выполняются. Большинство самолетов давным-давно надо было бы переоборудовать, заявляет дочь погибшего штурмана. Даже купленные за границей «Боинги» выпущены в начале 80-х, а действительно новых самолетов у «Пулково» якобы только два. «Мои слова - не выдумка. Все это рассказывают мне друзья моего отца, имен которых я, конечно, называть не буду - не хочу ломать им карьеру», - говорит Виктория.

Экономят не только на технике, но и на людях. Виктория отца видела редко, потому что все то время, что он был дома – высыпался после смены: «У пилотов – очень плотный график, от этого ведь зависит зарплата. Времени не хватало иногда даже для того, чтобы пройти механический осмотр между полетами». Вообще, у руководства очень сложные отношения с летчиками, утверждает Вика. «Человек, никогда не сидевший за штурвалом, не может понять летчика. Несмотря на то, что пилоты половину жизни находятся на «высоте», руководство все равно относится к ним свысока. Зарплаты у летчиков – 1000 долларов, а пенсию моему отцу установили в 1500 рублей. Какому западному пилоту расскажи – не поверит», - говорит Виктория Щербина.

В самые горькие для семей погибших членов экипажа Ил-86 дни руководство «Пулково» как бы отстранилось от них: «Запретили лететь на место трагедии, заявив, что нам там делать нечего, билетов все равно не дадут. Никого из родственников не допускали участвовать в процедуре опознания. А когда пришло время устанавливать памятник на могиле, они обещали, что сделают все достойным образом, а в конце концов установили какой-то убогий камень с крестом», - вспоминает Виктория Щербина, которая хотела установить другой, более красивый памятник за свой счет. По ее словам, родственникам «настоятельно рекомендовали» не общаться с прессой, намекая на то, что могут быть проблемы с компенсационными выплатами.

Расследование причин аварии разбившегося три дня назад Ту-154 началось и ведется полным ходом, заявляют представители власти. А что привело к гибели воздушного судна Ил-86 - до сих пор не ясно. В начале следствия, по словам Вики, прокуратура попросила членов семей в письменном виде обозначить сумму претензий к авиакомпании «Пулково». Кто-то, говорит она, запросил миллион американских долларов, некоторые – 500 или 200 тысяч. «Если бы вина авиакомпании была доказана – им пришлось бы все это выплачивать», - говорит Вика. Но «дело и не двинется с места».

Никто ничего не может с этим поделать. Даже действующие в авиакомпании профсоюзы бездействуют. По мнению Виктории Щербины, «именно профсоюзы могли взять сильную позицию и сделать так, чтоб летчики не летали на барахле». Добавим, что за 60 лет в авиакатастрофах погибло порядка более 5 тысяч россиян. За это время в США пострадало 9 тысяч человек, но, для сравнения, интенсивность полетов в Штатах выше в 20 раз.

«У «Финэйр» за это время не было ни одной аварии, - заявляет Вика, - дело в том, что частный бизнес зарабатывает деньги на дивидендах, а государственное унитарное предприятие, коим и является «Пулково» - совсем на другом, в частности, на экономии топлива».

«Все это я говорю не потому, что хочу прославиться. Теперь я собираюсь сообщить обо всем в мировые СМИ. Мои друзья уже начали переводить мои заявления на английский, финский и немецкий языки. С этим надо что-то срочно делать, - не сдается Виктория Щербина, - я не прощу себе бездействие, если кто-нибудь еще разобьется».

я-я

«Остров»