Новые призывы к миру: почему в Украине снова заговорили о переговорах с РФ и кто за этим стоит

В украинском политическом пространстве вновь обострилась дискуссия о том, как и на каких условиях может завершиться война с Россией. На этот раз поводом стали заявления народного депутата от "Европейской солидарности" Алексея Гончаренко, который 2 октября призвал "договариваться обо всем на свете", исходя из того, что Украина, по его мнению, проигрывает войну на истощение.

Позже депутат опубликовал развернутый "мирный план", в котором детализировал свою логику. Идея вызвала резкую реакцию даже внутри "Европейской солидарности". В то же время практически параллельно о необходимости искать путь к миру заговорили мэр Харькова Игорь Терехов и нардеп от "Слуги народа" Даниил Гетманцев.

"В Офисе президента откровенно удивлены резкостью заявления Гончаренко. Не самим фактом того, что депутат заговорил о переговорах и завершении войны, а тем, насколько далеко он зашел в вопросах возможных уступок. Есть опасения, что такие заявления могут запустить значительно более широкую политическую дискуссию, которую будет очень сложно контролировать. Сегодня это разговор о переговорах, завтра речь может идти уже о территориях, нейтралитете, санкциях и условиях, на которых Украина должна завершать войну. И здесь важно, чтобы политическая дискуссия не превратилась в соревнование в том, кто предложит больше уступок России", - отметил источник "ОстроВа" в команде президента.

Что предлагает Гончаренко

Нардеп от "ЕС" Алексей Гончаренко начинает с оценки ситуации, которая и является фундаментом всего предложенного им плана. Он считает, что Украина и Россия не могут победить друг друга в войне, но в затяжном противостоянии на истощение Киев постепенно оказывается в худшем положении. Среди причин депутат называет людские потери, разрушение экономики, зависимость от внешнего финансирования и сокращение населения. По его мнению, продолжение войны без изменения подхода означает ежемесячно терять новые ресурсы, людей и предприятия.

"Если ни одна сторона не может выиграть, остается договариваться", - формулирует он свою логику.

При этом Гончаренко принципиально отделяет переговоры от капитуляции. Его аргумент заключается в том, что договоренность предполагает уступки обеих сторон, тогда как капитуляция - односторонний отказ от собственных интересов.

Следующий элемент плана - отказ от идеи одного всеобъемлющего мирного договора. По мнению депутата, сегодня между Украиной и РФ нет достаточного доверия, чтобы сразу договориться о территориях, безопасности, санкциях, пленных и гарантиях. Поэтому он предлагает разделить переговоры на множество узких треков.

Первыми такими направлениями должны стать безопасность Черного моря, энергетика, гражданская инфраструктура и постепенное сужение боевых действий. Например, Гончаренко предлагает начинать с договоренностей о незавдании ударов по школам, больницам, мостам, железной дороге и жилым домам. Каждая выполненная договоренность, по его замыслу, будет создавать опыт выполнения, после чего можно будет переходить к более сложным вопросам.

В этом заключается одна из главных особенностей его концепции: не требовать от Москвы сразу прекратить всю войну, а создавать систему частичных договоренностей, которые постепенно будут уменьшать интенсивность боевых действий.

Второй важный элемент - так называемый "треугольник мира". Кроме Украины и России, к каждой договоренности должна привлекаться третья сторона - государство или международная организация, которая имеет реальные рычаги влияния на Москву, пользуется доверием Киева и сама заинтересована в выполнении договоренности.

Для Черного моря Гончаренко видит потенциальным гарантом Турцию. Для продовольственного трека - Египет и Саудовскую Аравию. В вопросах ядерной безопасности - МАГАТЭ и ряд крупных государств. Для воздушных ударов - США, ЕС и Китай. Для возможного разведения войск на земле он отводит ключевую роль Китаю. Отдельные гуманитарные вопросы могут, по его мнению, сопровождать Ватикан, ОАЭ, Катар и МККК.

Отдельно депутат предлагает пересмотреть подход к санкциям. Его идея заключается в поэтапном снятии части ограничений с российских энергоресурсов в обмен на конкретные шаги Москвы: прекращение дальнобойных ударов, разблокирование Черного моря и ограничение боевых действий. Если Россия нарушает договоренность, санкции должны автоматически возвращаться.

Наиболее политически чувствительная часть предложений касается нейтрального статуса Украины. Алексей Гончаренко предлагает начать говорить о возможности отказа от перспективы вступления в НАТО, но одновременно сохранить сотрудничество с Альянсом, перевооружение украинской армии и создать европейский механизм ее финансирования.

В переговорную повестку он также предлагает включить языковой вопрос, деятельность церквей, связанных с Москвой, и переосмысление отдельных объектов исторической памяти.

Самым сложным вопросом депутат называет Донбасс. Но и здесь он предлагает не начинать с территорий.

"Ошибка предыдущих попыток в том, что с него начинали. Если разговор с первой минуты упирается в самое болезненное, он заканчивается, так и не начавшись. О Донбассе нужно говорить тогда, когда мы уже договоримся о многих других вещах", - отмечает нардеп.

Среди возможных вариантов Гончаренко называет прекращение боевых действий по фактической линии контроля, создание нейтральной зоны, отвод украинских и российских войск или создание территории под международным контролем ООН. При этом он отдельно подчеркивает: фиксация фактической линии контроля не должна означать юридического признания оккупации украинских территорий.

Таким образом, план нардепа от "ЕС" фактически строится на трех последовательных принципах: не пытаться сразу решить все, создать систему взаимозависимых международных гарантов и постепенно обменивать конкретные шаги России на конкретные уступки со стороны Украины и ее партнеров.

Он формулирует конечную цель максимально просто: "Тысяча маленьких договоренностей приведут к большому мирному соглашению".

Где в ОП видят главные риски

В то же время в команде президента считают, что главная проблема предложенной модели заключается не столько в самой идее поэтапных переговоров, сколько в том, что она предполагает готовность России соблюдать логику взаимных договоренностей.

"Мы можем придумать хоть тысячу договоренностей, но вопрос в том, кто заставит Россию их выполнять. Если после каждой договоренности Москва получает возможность взять паузу, перегруппироваться, восстановить ресурсы и потом выдвинуть новые требования, то это уже не путь к миру, а другой формат продолжения войны", - сказал источник "ОстроВа" в команде президента.

Собеседник признает, что сама идея постепенной деэскалации не является чем-то неприемлемым для Киева. Наоборот, отдельные гуманитарные договоренности, обмены пленными, гарантии безопасности судоходства или ограничения ударов по критической инфраструктуре могут быть предметом переговоров. Но, по его словам, принципиальным остается вопрос последовательности.

"Россия должна сначала продемонстрировать, что готова реально менять свое поведение. Не словами, а конкретными действиями. И только после этого можно говорить о том, какие стимулы или уступки может получить Москва. А сейчас у них хорошее окно возможностей кошмарить Киев, заморозить крупные города. Какая мотивация у Путина сейчас остановиться? С точки зрения тыла (не фронта) у Москвы сейчас есть преимущество.

С другой стороны, в команде президента есть понимание, что все может измениться в конце зимы следующего года, когда станет понятно, что Украина нашла способ противодействовать реактивным дронам (а это произойдет), выстояла зиму, сделала собственную баллистику, продолжила выносить российские НПЗ и другую инфраструктуру", - объясняет другой собеседник.

Отдельные вопросы вызывает и предложенная Гончаренко система международных гарантов. В теории она должна сделать нарушение договоренностей невыгодным для России. На практике же непонятно, готовы ли Китай, Турция, Саудовская Аравия или другие государства взять на себя политическую и экономическую ответственность за принуждение Москвы к выполнению соглашений.

"А кто сказал, что Китай будет нам помогать? Пекин действительно не заинтересован в большой эскалации, а тем более в победе России, которая резко усилила бы ее позиции. Но из этого совершенно не следует, что Пекин заинтересован в быстром прекращении войны. Для Китая нынешняя ситуация имеет свои геополитические и экономические преимущества: Россия все больше зависит от Китая, а США и Европа вынуждены тратить значительные ресурсы на поддержку Украины. Поэтому ожидать, что Пекин автоматически станет гарантом мира и будет готов давить на Москву ради завершения войны, было бы слишком оптимистично", - отметил источник "ОстроВа" в монобольшинстве.

В монобольшинстве при этом признают, что общественный запрос на прекращение войны нельзя игнорировать. По словам собеседника "ОстроВа" в Верховной Раде, проблема заключается в том, что политическая дискуссия о мире легко может превратиться в дискуссию об уступках.

"Люди хотят мира - это очевидно. Но это не означает, что они готовы принять любые условия ради того, чтобы перестали стрелять. Между этими двумя вещами огромная разница", - сказал депутат.

Публичная позиция президента оказалась жестче дипломатической риторики о необходимости поиска компромиссов. 4 октября Зеленский, комментируя призывы отдельных депутатов к прекращению боевых действий и переговорам с РФ, заявил: "Как бы нам сложно ни было, нельзя прогибаться под Путина и под Россию, потому что Украину сломают".

Не только Гончаренко: заговорили и другие

Показательно, что почти одновременно с заявлениями Алексея Гончаренко о необходимости искать путь к завершению войны похожую по тональности повестку начали формировать политики, которые не принадлежат к его политическому лагерю.

В частности, о необходимости говорить о мире заявил мэр Харькова Игорь Терехов. По его словам, войну нельзя воспринимать как безальтернативное будущее Украины. В то же время, по его мнению, необходимо искать реальный путь к прекращению войны, а будущий мир должен быть подкреплен гарантиями безопасности и способностью Украины защитить себя в случае новой агрессии.

"Мир должен опираться на нашу оборонную способность и конкретные обязательства партнеров. Гарантии должны определять, какую военную помощь получит Украина и как партнеры будут действовать в случае нового нападения. Таких условий нужно добиваться, используя военные, экономические и дипломатические рычаги. Нашу способность выдерживать войну нельзя воспринимать как согласие жить в ней. Мы стремимся к миру и благополучию", - отметил Терехов в Telegram.

Еще один показательный сигнал поступил из среды монобольшинства. Нардеп от "Слуги народа" Даниил Гетманцев в своих публичных постах также говорит о необходимости завершения войны и возвращения к условиям, при которых Украина сможет восстанавливать экономику.

"Пока продолжается война, люди, бизнес и инвесторы не могут нормально планировать даже ближайшее будущее. А без этого нет ни инвестиций, ни развития, ни полноценного восстановления. Именно поэтому активизация переговоров и мир должны быть нашим главным приоритетом", - написал депутат в Facebook.

В другом своем посте Гетманцев прямо связал завершение войны с возможностью перенаправить государственные ресурсы с военных расходов на восстановление.

"Война - это самое дорогое, что может быть для государства. Поэтому то, что наши расходы на оборону и безопасность растут год от года, - объективная данность. И если мы хотим, чтобы государство перестало тратить огромные средства на войну, ответ один. Нужно, чтобы война закончилась. Чтобы наконец наступил мир в нашей стране", - отметил он.

В новом заявлении Гетманцев пошел дальше и прямо отрицал отождествление переговоров с капитуляцией.

"И убежден в том, что переговоры - это не капитуляция, ведь капитуляция - это то, что происходит без переговоров. И устойчивый мир при условии сохранения независимости и людей - это не капитуляция, это победа. Которая будет развитой тогда, когда мы восстановимся экономически, станем членами ЕС и обязательно вернем свое себе", - написал он.

При этом депутат сознательно не определяет заранее окончательные параметры возможного соглашения.

"И я умышленно избегаю споров вокруг окончательных параметров соглашения. Условия - предмет переговоров. Каждый пункт имеет свою цену, и по нему должна вестись жесткая дискуссия. Так может возникнуть компромисс, а не "капитуляция"", - отметил Гетманцев.

Более того, он выступает за то, чтобы достигнутые переговорной группой договоренности были вынесены на референдум.

Таким образом, позиции Терехова и Гетманцева отличаются от предложенной Гончаренко детальной переговорной конструкции, но в одном они пересекаются: оба считают, что сам разговор о завершении войны больше не может быть вынесен за пределы украинской политической повестки.

При этом в парламенте обращают внимание не только на содержание этих заявлений, но и на их синхронность. По мнению собеседника "ОстроВа" в Верховной Раде, политики все больше понимают, что запрос на завершение войны становится отдельной частью общественной и политической повестки.

"Сейчас мы видим, что многие хотят занять нишу миротворца. Мир становится отдельной политической повесткой, и политики понимают, что молчать о нем уже сложно. Поэтому каждый пытается сформулировать собственную позицию: кто-то говорит о переговорах, кто-то - о гарантиях безопасности, кто-то - об экономической цене войны. Пока это не означает, что между ними есть какая-то координация или общий план. Но очевидно, что формируется конкуренция за право говорить от имени тех, кто хочет завершения войны", - сказал источник "ОстроВа" в Верховной Раде.

Критика

В то же время дискуссия вокруг плана Гончаренко оказалась настолько острой, что привела уже не только к публичному спору, но и к политическому разрыву.

5 октября "Европейская солидарность" объявила об исключении Гончаренко из парламентской фракции. Это объяснили идеологическими разногласиями: публичные позиции депутата относительно завершения войны и будущей архитектуры безопасности, по их словам, разошлись с позицией фракции.

В то же время в "ЕС" не отрицают самой необходимости дискуссии о завершении войны. Там подчеркивают, что Украине нужен разговор о прекращении боевых действий, гарантиях безопасности и справедливом мире, но независимость Украины, ее европейское будущее, вопросы национальной идентичности и право самостоятельно определять систему безопасности не могут быть предметом компромисса.

Реакция внутри "ЕС" также была неоднородной. Владимир Вятрович назвал предложения Гончаренко "мольбой о пощаде". В то же время Николай Княжицкий признал, что сама дискуссия о том, как закончить войну, нужна. То есть даже критика конкретного плана не означает отказа от разговора о завершении войны как таковой.

Эту проблему отдельно поднял дипломат Валерий Чалый. Он призвал политиков не делать далеко идущих выводов из закрытых социологических исследований и не воспринимать усталость украинцев от войны как готовность общества принять любые условия ее завершения. По его мнению, Россия использует военное и психологическое давление не только для достижения результатов на фронте, но и для внутренней дестабилизации Украины.

"Все устали от войны. Только вот говорите правду - враг требует не пойти на справедливый мир, а встать на колени", - написал Чалый в Facebook, призвав украинских политиков "не бежать испуганно впереди поезда" и проявлять лидерство.

Политолог Игорь Чаленко предлагает не присоединяться автоматически к версии, что появление предложений Гончаренко является лишь результатом российского информационного влияния.

"Я не буду присоединяться к мейнстримной версии, что это специально сделанный российский слив. Я предложу несколько иную точку зрения. Нардеп Гончаренко имеет достаточно активные связи с Соединенными Штатами, и это видно из тех тезисов и рамок, которые он озвучивает, в частности в контексте взаимодействия с нынешней администрацией Трампа", - сказал он в комментарии "ОстроВу".

По его мнению, предложенная Гончаренко рамка может иметь еще один смысл - показать, что в украинском истеблишменте есть политики, на которых можно опереться во время переговорного процесса, а Россию готовы привлекать к нему хотя бы на техническом уровне.

"Значительная часть предложенного Гончаренко действительно соответствует американской логике переговоров. Такой подход использовался и во время обсуждения мирного плана Трампа. По ряду позиций стороны продвинулись достаточно далеко: из 20 пунктов было согласовано 18. В военной подгруппе даже договорились о том, что Соединенные Штаты станут стороной мониторинга режима прекращения огня. Но по ключевым вопросам договориться не удалось", - отметил политолог.

В то же время Игорь Чаленко считает проблемным формирование политического разделения, при котором одни политики якобы выступают за мир, а другие - за продолжение войны.

"Хочу сказать, что мне жаль, что своими предложениями ряд политиков, в частности Гончаренко, фактически противопоставляет себя значительной части общества. Создается впечатление, будто есть отдельная когорта политиков, которые выступают за мир, а все остальные - за войну", - сказал он.

По его словам, с политтехнологической точки зрения такая конструкция может иметь смысл в контексте потенциальной будущей избирательной кампании. Но до выборов, подчеркивает Чаленко, еще нужно дожить - сначала должна завершиться война, а сами выборы должны быть объявлены.

"Безусловно, подавляющее большинство украинцев выступает за завершение войны. У нас нет адептов вечной войны. Проблема в другом: продолжительность войны не определяют украинские граждане. Она непосредственно зависит от продолжительности агрессии РФ. Вот и все. Это аксиома, которую, на мой взгляд, не нужно доказывать", - считает Чаленко.

В президентской команде, по словам источника "ОстроВа", видят в этой дискуссии еще один риск - общество может получить много разных рецептов мира, но не получить ответа на вопрос, какой из них реально способен заставить РФ прекратить войну.

"Самая большая проблема сейчас даже не в том, что политики заговорили о мире. Проблема в том, что каждый вкладывает в это слово разный смысл. Для одних мир - это прекращение огня, для других - переговоры, для третьих - заморозка фронта, для четвертых - полноценное соглашение с гарантиями. И если обществу начнут продавать эти вещи как одно и то же, ни к чему хорошему это не приведет", - сказал источник "ОстроВа" в команде президента.

В то же время в парламенте признают, что игнорировать этот запрос власть уже не сможет. По словам собеседника "ОстроВа" в Верховной Раде, политическая конкуренция вокруг "мирной" темы будет только набирать обороты.

"Пока нет партии мира как организованной политической силы. Есть конкуренция за формулировку самого запроса. Кто первым убедит людей, что именно его вариант может привести к прекращению войны без катастрофических последствий для страны, тот и получит политическое преимущество. Думаю, в ближайшее время мы увидим условный план войны или победы от президента, намеки на это уже есть", - считает источник.

Андрей Андреев, "ОстроВ"