Дейтонские соглашения: как «несовершенный мир» остановил войну… и законсервировал конфликт

Появление в СМИ информации о намерении США достичь мирного соглашения между Украиной и РФ до 15 мая, да еще фактически и подтвержденная президентом Зеленским, навевает определенные аналогии с «Дейтонским миром» по Югославии. Опасные аналогии…

Дейтонские соглашения, подписанные 14 декабря 1995 года, часто называют примером успешного международного посредничества. Они действительно положили конец войне в Боснии и Герцеговине. Однако через 30 лет становится очевидно: мир, достигнутый в Дейтоне, не разрешил конфликт, а институционализировал его. Этот опыт особенно важен для Украины на фоне дискуссий о возможных форматах завершения войны.

Кровопролитная гражданская война…

Война началась после того как власти Боснии и Герцеговины в феврале 1992 года объявили референдум о независимости, когда уже от бывшей социалистической Югославии отделились Словения и Хорватия. Однако сербы, составлявшие почти треть населения БиГ, бойкотировали голосование и отказались признавать его исход. Они объявили о создании собственной независимой Республики Сербской, поддержку которой оказали власти Сербии  во главе с президентом Слободаном Милошевичем.  

Надо сказать, что Милошевич относился  к  Боснии  как Путин к Украине. Он считал, что эта республика не имеет никакого права на существование в качестве независимого государства, мечтал о ее оккупации или, в крайнем случае, о разделе территории между Сербией и Хорватией.

Боснийская война была крайне жестокой. Первоначально преимущество в силе и вооружении было у сербов, но довольно быстро боснийцам-мусульманам и хорватам удалось восстановить паритет сил. Боснии активно помогал исламский мир, к которому обратился Алия Изетбегович, и хорваты.

Боевые действия во многом представляли собой беспорядочные обстрелы городов и сел, и геноцид мирного населения. Этим занимались все, без исключения, стороны конфликта. Попытки ООН остановить расправы созданием «зон безопасности» под охраной миротворцев не всегда были успешными. Именно Боснийская война «родила» термин «этнические чистки». Общепризнанно, что обе стороны в той войне совершали ужасающие военные преступления. Однако послевоенный анализ показал, что 82% жертв среди гражданского населения были этническими боснийцами-мусульманами. Так в 1995 году силы боснийских сербов убили 8000 боснийских мужчин и мальчиков в шахтерском городке Сребренице. Это преступление считается самым вопиющим масштабным актом геноцида в Европе после окончания Второй мировой войны.

Финалом-апофеозом  Боснийской войны стали Дейтонские соглашения о прекращении войны. Они «родились» на авиационной базе США 21 ноября. Тогда президенты Боснии и Герцеговины Алия Изетбегович, Хорватии - Франьо Туджман и Сербии – Слободан Милошевич парафировали  Общее рамочное соглашение о мире в Боснии и Герцеговине. Официальное же заключение мирного договора, возвестившего о полном окончании кровопролитной войны, состоялось 14 декабря 1995 года в Париже.

Дейтонский мир - параллели с Украиной…

Логика мирного процесса в Боснии предусматривала учёт интересов противоборствующих сторон. Фактически западные демократии согласились с результатами этнических чисток, устроенных сербами. На территории, с которой были изгнаны мусульмане и хорваты, была провозглашена Республика Сербская. Милошевич также пошел на уступки, позволив Сараево остаться под контролем Федерации  БиГ и согласившись оставить нейтральным (под международным мандатом) стратегический город Брчко. Мусульмане и хорваты договорились между собой и создали совместную федерацию. Эта Федерация вошла с Республикой Сербской в единое государство, разделив страну пополам.

По итогам  переговоров самой непримиримой и неуступчивой оказалась боснийская делегация, которая долго отказывалась уступать предложениям Милошевича, и только угроза США выйти из переговоров вынудила ее пойти на уступки.

После подписания мирного соглашения первый президент Боснии и Герцеговины Алия Изетбегович открыто говорил о неразрешимой дилемме для своей страны – невозможности достичь справедливого мира и невозможности  добиться лучших результатов  на «поле боя». Как отмечают некоторые эксперты, Украина сталкивается сегодня с чем-то очень похожим: она вынуждена выбирать между несовершенным миром и продолжением борьбы, с риском получить еще худшее соглашение. 

Решающую роль в подписании Дейтонских соглашений сыграли Соединенные Штаты Америки. Именно они взяли на себя дипломатическое руководство процессом. Для президента Билла Клинтона главным мотивирующим фактором стало стремление добиться внешнеполитического успеха до выборов 1996 года. И в этом от него не сильно отличается нынешний президент Дональд Трамп, который пытается быстрее завершить войну в Украине, чтобы получить не только Нобелевскую премию мира, но и электоральные дивиденды к промежуточным выборам в Конгресс в ноябре 2026 года.

Подходы США  по  «принуждению к миру» за тридцать лет мало в чем изменились. Как и тогда, Вашингтон хотел остановить войну кнутом и пряником. Спецпредставитель президента США -  Ричард Холбрук, используя методы челночной дипломатии, курсировал между Белградом, Сараево и Загребом и уговаривал региональных лидеров остановить войну, грозя санкциями и потерей американской поддержки.

Проводя параллели между Дейтонскими соглашениями и «мирным планом» Трампа по Украине можно увидеть и другие общие черты.  Во-первых Дональд Трамп, также хочет «быстро остановить войну любой ценой». Президент США добивается прекращения боевых действий, невзирая на то, какими болезненными и унизительными могут оказаться условия мира для Украины, напрочь забывая, кто в этой войне жертва, а кто агрессор.

Во-вторых, общение Трампа-Виткоффа с Путиным также напоминают переговоры Холбрука с Милошевичем. С одной стороны он обещает снять санкции в обмен на прекращение боевых действий, а с другой стороны угрожает усилением военной помощи Украине. Холбрук тоже говорил Милошевичу о снятии санкций, а параллельно устраивал бомбардировки боснийских сербов. В-третьих, сходство Дейтонских соглашений  и «мирного плана» Трампа в предложении территориальных уступок, как части сделки. Тогда приобретение   Республикой Сербской новых территорий благодаря политике этнических чисток стали позором Дейтона. Сегодня требование Трампа территориальных уступок от  президента Зеленского – выглядят не как план мира, а как план капитуляции Украины. В - четверных, как и 30 лет назад, американцы вывели из переговоров европейцев.

Трамп сознательно выводит их «из игры», чтобы заключить сделку выгодную Москве, удобную для себя при этом еще и ослабляя ЕС, как политического игрока.

Тяжелое наследие Дейтона…

Спустя 30 лет после подписания Дейтонских соглашений Босния все еще живет с границами согласованными тремя президентами. Тогда считали, что основные положения Дейтона были дорожной картой на один год и затем последует новое соглашение. Однако политики так и не смогли ни о чем договориться, оставив гражданам, живущим ныне в Боснии и Герцеговине сложную политическую конструкцию, которая в любой момент может «разорвать» страну. 

Еще одно эхо Дейтона - учреждение политической фигуры Высокого представителя по Боснии и Герцеговине – международного чиновника призванного обеспечить соблюдение мирного соглашения 1995 года - явная аналогия с «Советом мира» Трампа.

Факт его существования спустя три десятилетия — это прямое признание того, что:

- система, созданная Дейтоном, не способна функционировать самостоятельно;

- без внешнего арбитра страна рискует вернуться к параличу власти и конфликту.

Что этот опыт означает для Украины

Опыт Дейтона показывает несколько принципиальных вещей:

1. Быстрое прекращение огня не равно устойчивому миру.

В Боснии война закончилась, но конфликт остался встроенным в политическую систему.

2. Территориальные компромиссы без реинтеграции общества создают долгосрочную нестабильность.

Разделение страны по линии фронта стало источником постоянного кризиса.

3. Внешние посредники действуют, исходя из собственных политических целей.

Для США в 1995 году приоритетом было завершение войны, а не будущее боснийской государственности.

4. «Несовершенный мир» имеет свойство становиться постоянным.

То, что задумывалось как временное решение, превратилось в жёсткую рамку на десятилетия.

Вместо заключения

Дейтонские соглашения остановили войну, но не принесли Боснии политической целостности и устойчивого развития. Для Украины этот опыт важен не как модель для копирования, а как предупреждение о цене компромиссов, заключённых под давлением и без ясного понимания того, каким будет государство «после мира».