Вверх

Харьковский договор : опасение «ложного чувства облегчения»

Харьковский договор между президентами Украины и России о продлении базирования Черноморского флота РФ в Крыму остается острейшей темой внутриполитических дискуссий в Украине. Украинские СМИ пестрят выдержанными в одной тональности публикациями: правды нет и Украина продана. Как ни странно, но в значительной степени от общей массы публикаций  отличаются комментарии западных политических деятелей и экспертов, которые в своих оценках   оказались значительно более сдержанны

Так, эсперт Центра за американский прогресс Самуэль Чарп ( «День» № 72-73, 23 – 24 апреля 2010г) пишет: «Мы в Вашингтоне к этому готовились. Понятное дело, что такие переговоры шли бы либо при Януковиче, либо при Тимошенко. Были такие признаки, что будут вестись переговоры о пролонгации Черноморского флота РФ в Украине. В этом мало кто сомневался у нас. Но нас поражает срок пролонгации базирования ЧФ РФ. И в этом плане некоторые будут просто в шоке от длительности срока нового соглашения. Но, в принципе, я не думаю, что стоит ожидать каких-то официальных претензий. Потому, что это свободный выбор суверенной страны, и Вашингтон здесь официально ни при чем».

Ратификация договора в Верховной Раде Украины прошла с кулачными боями и поджиганием дымовых шашек. Дискуссия застыла на стадии окостенения стереотипов предательства и торговли перспективами развития страны. Между тем, луганские заборы до сих пор пестрят предвыборными слоганами: «Юля +Путин =Донбасс!», как бы намекая на то, что, судя по последним встречам Ю. Тимошенко с В. Путиным, такой договор мог состояться и при президентстве Ю. Тимошенко.

Редакция «ОстроВ» понимая, что в данной ситуации немаловажным является мнение     и крымчан, решила обратиться за комментариями к крымским коллегам.

Андрей Клименко, руководитель Таврического института регионального развития, засл. экономист АР Крым (г. Ялта):

Возникает опасность, что сниженные цены на газ на время затормозят начавшиеся активно развиваться процессы внедрения энергосберегающих технологий. Не хотелось бы, чтобы украинский бизнес в этом смысле успокоился и остановил начатые работы. Для экономики Украины было бы гораздо "правильнее", если бы Россия непосредственно  платила в бюджет Украины за базирование флота примерно 4 млрд. дол. США в год, как это получается, если пересчитывать формулу соглашения, а газ продавала бы Украине по цене, которая складывалась бы расчетным путем. Потому что это стимулировало бы украинскую экономику к снижению энергопотребления.

Без сомнения, в данный момент обязательно встанет вопрос о судьбе    "территории открытой экономики и Черноморского сотрудничества" - свободной экономической зоны. Теперь данные проекты, безусловно, потребуют «переосмысления» - европейские, американские, азиатские инвесторы, начавшие задумываться о том, чтобы приходить в Севастополь со своими проектами, сейчас возьмут паузу и будут смотреть, как они будут выглядеть в новом политическом контексте.

Что касается заявлений о вскоре активизирующихся российских инвестициях в экономику Севастополя, считаю, что Россия не является инвестиционным лидером в Черноморском регионе. Таким лидером здесь является Турция, следом за ней — новые страны ЕС-Болгария и Румыния, у которых значительные инвестиционные перспективы. А также Грузия, со своим чрезвычайно льготным налоговым режимом.

У севастопольцев может возникнуть неоправданно "ложное" чувство облегчения. Дескать, ну вот, флот будет в Севастополе и дальше, значит, будут рабочие места, вклад в экономику. Я не думаю, что вклад ЧФ РФ и его инфраструктуры в экономику города сильно вырастет. Потому что есть общие тенденции минимизации "военной составляющей" — в связи с модернизацией техники, оптимизацией числа персонала и так далее. Поэтому севастопольцам нужно не питать иллюзии, а продолжать диверсифицировать и развивать экономику города, понимая, что вклад флота в бюджет города в обозримом будущем будет оставаться, как и сейчас, на уровне 10-15%, а далее он будет снижаться. У российской экономики не меньше внутренних проблем, чем у украинской. У нее сегодня большая проблема, связанная со сланцевым газом, технологии добычи которого уже бурно развиваются в мире и будут развиваться в Европе. Поэтому перед Россией — те же вызовы, что и перед Украиной. России нужно «слезать» с нефтяной и газовой «иглы» и строить современную экономику. Поэтому какие-то политически  мотивированные инвестиции в Севастополь могут быть, но в долгосрочной перспективе рассчитывать только на это — было бы неправильным.

Вообще, в инвестиционной политике нужно рассчитывать не на кого-то одного, а минимум на 5-6 географически привязанных источников. Как говорится, не складывать все яйца в одну корзину. Конечно, у российского бизнеса сегодня может появиться интерес к развитию проектов в Севастополе, например, аэропорта «Бельбек», морских портов и так далее.

Но существующий в Украине уровень коррупции и непрозрачная инвестиционная и предпринимательская среда равным образом препятствуют как российским, так и европейским и каким хотите инвестициям. Поэтому, чтобы инвестиции пришли, надо менять инвестиционный и предпринимательский климат.

В последние полтора года не без участия нашего института начали все больше звучать идеи о создании некоей инфраструктуры объединенных военно-морских сил по поддержанию мира, путем развития БЛЭКСИФОР и других совместных военно-морских проектов в Черном море. Представляется, что сейчас эта идея — на мой взгляд, правильная — тоже несколько застопорится. В то же время, такие страны, как Турция, Румыния, Болгария, естественно, будут рассматривать возможность усиления военно-морской составляющей России на Черном море и вносить коррективы в свои военно-морские доктрины. Конечно, эти события вынудят Грузию активно строить свои ВМС, которые сегодня состоят, в основном, из катеров береговой охраны.

Поэтому есть риск, что в Черном море может проявиться если не гонка военно-морских вооружений, то что-то похожее на это.

Безусловно, последние события подтолкнут Молдавию к более активной интеграции в Европейский Союз. И я не удивлюсь, если Молдавия подпишет соглашение об ассоциации с ЕС примерно в одни и те же сроки, что и Украина.

Если все же говорить не о суетных, а о концептуальных внутриполитических последствиях этого соглашения для Крыма, то здесь появляется некий новый аспект, интересный для экономиста.

Мне представляется, что у Партии регионов и различных общественно-политических движений в Крыму, которые имеют в своих названиях слово «русский», возникает достаточно серьезная концептуальная проблема — после президентских выборов в Украине все лозунги, которые они много лет писали на своих флагах и плакатах, то есть «русский язык» и «Черноморский флот», стремительно утратили электоральную актуальность.

И фактически у этих партий и общественных движений сегодня один выход — резко переходить от простых и всем понятных лозунгов защиты прав русскоговорящего населения к сложным вопросам экономического развития Крыма. Но такая резкая смена жанра  — это очень непросто.

Сергей Усов, профессор кафедры истории и международных отношений филиала МГУ им. Ломоносова в г.Севастополь, капитан 1-го ранга:

Противоречия существуют только между политиками. Российские и украинские моряки ощущают себя единым сообществом все эти годы. Если вернуться в прошлое, то проблема Черноморского флота и Севастополя начала привлекать внимание видных представителей западной политической мысли на исходе XX столетия. З.Бжезинский особо подчёркивал, что после распада СССР независимость Украины "лишила Россию её доминирующего положения" на Чёрном море, оставив с небольшой частью Кавказского побережья и "спорным вопросом с Украиной о правах на базирование в Крыму остатков советского Черноморского флота". Усилия России по сохранению Севастополя в качестве Главной базы флота воспринимались на Западе настороженно, как попытка воссоздания евразийской империи на пространстве бывшего СССР. Поэтому Запад стремился использовать Украину в качестве противовеса укреплению позиций России на Чёрном море. М.Тэтчер прямо указывала, что проблема Черноморского флота должна быть решена с учётом "точки зрения и интересов Запада". Дескать, только при таком подходе это положительно повлияет на "будущее Украины" в контексте её отношений с Западом.

Время шло, расставляя «вещи» по своим местам. Начиная с 1995 -1997гг. на Черном море начинает выстраиваться эффективная модель подлинно европейской системы безопасности объединенных военно-морских сил по поддержанию мира - БЛЭКСИФОР. В нее включились Турция, Болгария, Румыния, являющиеся членами НАТО, а также Россия и Украина - члены СНГ. Данные страны, имеющие немало противоречий, вот уже несколько лет демонстрируют возможность плодотворного, бесконфликтного сотрудничества, в результате чего удалось выстроить беспрецедентный образец эффективной архитектуры безопасности  для абсолютно разнополярных государств.  

Суть проекта состоит в том, что на специальных командных точках военно-морских сил нескольких государств партнеры несут круглосуточное дежурство, каждое государство раз в год  представляет открытое учение по определенной тематике, страны дают возможность друг другу знакомиться с береговой безопасностью  своих баз, несколько десятков объектов являются объектами совместного использования, совместно используются морские и сухопутные полигоны, стороны договорились и совместно укрепляют гражданское судоходство  и т.д.  

Военные дипломаты нашли  в сложнейшей точке мира возможность выстроить  систему безопасности, которая удовлетворила всех участников проекта. Об этом особо никто не кричит, идет нормальная, спокойная, ежедневная  работа. Если на европейском уровне идея  возможной структуры коллективной безопасности только обсуждается, то на Черном море она уже  есть и это  - беспрецедентный факт.

О том, что сотрудничество между Украиной и Россией все эти годы продолжается, говорит и тот факт, что сегодня в Украине поставлена в строй первая за годы независимости подводная лодка «Запорожье», весь комплекс ремонтных работ которой выполнен российским заводом. 

Андрей Мальгин, генеральный директор КРУ Центральный музей Тавриды, кандидат философских наук ( г. Симферополь):

Харьковское соглашение, безусловно, можно рассматривать как очевидный выигрыш, полученный и Крымом, и Украиной в целом. Продолжение пребывания в Крыму Российского флота – это перспектива дальняя, поскольку   еще не истек срок прежнего договора, а вот новая цена на газ - это очевидный выигрыш сегодняшнего дня.  Бардак, который по этому поводу происходит в Верховной Раде, малопонятен трезвомыслящему человеку. Главный результат решения проблемы Черноморского флота и Севастополя состоит не в подсчёте преимуществ сторон, а в их сближении, учёте взаимных интересов и создании условий для сотрудничества России и Украины на Чёрном море.

 Что касается российского инвестора, конечно же, в перспективе возможен его приход в Крым. Но сегодня речь идет в первую очередь о совместном преодолении экономического кризиса. Если даже   такие страны как Индонезия, Греция оказались в сложнейшей ситуации, то Украина   этот кризис может просто не пережить. Поэтому речь идет о том, чтобы в Украине и в частности в Крыму, сформировался некий общий рынок с целью противостояния кризису. С этой точки зрения абсолютно разумным видится объединение Украины, России, Белоруссии, Казахстана.

В Черноморском регионе до последнего времени доминировал турецкий инвестор (с 1991 г. все экономические инвестиции в Крыму – в основном турецкие инициативы). Но можно ли сказать о том, что произошли кардинальные перемены? Нет. Двадцать лет в Крыму пытаются выстроить экономику «по западному образцу», а в результате - разрушено все, что возможно. Данный западный тренд, что, дескать,   крымская экономика должна встроиться в западную модель,    сегодня уже звучит по меньшей мере наивно. Для Западной Европы   мы - это излишний сегмент рынка. Западная Европа   не в состоянии переварить пока еще   и страны Восточной Европы, а Крым, который развивался как составная часть России, и подавно. Он «не воспринимается» и, вероятно, не будет восприниматься западноевропейским инвестором, поскольку с точки зрения Западной Европы, здесь нет ни «культуры», ни «средств».

 К сожалению, никогда не будет востребовано и крымское сельское хозяйство. Крымские фрукты никому не нужны, кроме, как «северному соседу». Крым вообще в целом нужен только северному соседу! Соединенным штатам Крым нужен только в определенном смысле - как военно-политический плацдарм, противовес РФ.

Можно ли сочувствовать реакции оппозиции?   Сегодняшняя оппозиция – это обанкротившиеся и деморализованные люди, которые способны лишь на то, чтобы поджигать «шашки» в Верховной Раде. Они не способные ни на какую конструктивную деятельность.

Андрей Никифоров, Таврический национальный университет, кандидат исторических наук (г.Симферополь)

Могу утверждать, что около 90 процентов крымчан поддержали Харьковское соглашение.   В структуре десяти процентов не поддержавших - определенная часть крымских татар, хотя есть   татары, поддержавшие данный проект.

Благодаря Харьковскому соглашению Крым сегодня получил надежду на то, что   он обретает   перспективу и перспективную политику. Как известно, к 2017г. заканчивался срок договора с РФ, и потому очень остро в последнее время встал вопрос, что будет с Крымом после 2017г. Это в значительной степени создавало нервозную обстановку на полуострове. Сегодня напряжение в определенной мере снято.

Я всегда считал, что пребывание в Крыму военной базы Российского Черноморского флота -   фактор стабильности. А в факте аренды я вижу только один негативный момент – то, что аренду предоставляет   Российскому флоту не АР Крым, а Украина. 

Что касается расположения военной базы на суверенной территории, могу привести немало примеров, когда   размещение таких баз не только не мешало, но и способствовало развитию стран. Например, на Кипре, Гавайах, Кубе. Их наличие   способствовало экономическому развитию стран, туристическому бизнесу.   40 млрд. дол., которые останутся в экономике Украины за счет снижения цены на газ – мощнейшая инвестиция. Большей пока никто предложить Украине не смог.

Николай Кузьмин, кандидат философских наук, доцент кафедры гуманитарных и экономических дисциплин экономико-правового факультета Одесской национальной юридической академии:

Главный вопрос, вокруг которого происходит обсуждение проблемы продления базирования Черноморского флота в Севастополе – это вопрос о суверенитете. Однако суверенитет в современном мире вещь относительная. Более того, суверенитет – это лишь один из признаков государства, а не его задача. Главная функция государства – обеспечение безопасности (военной, экономической, экологической и т.д.). Поэтому суверенитет это лишь инструмент повышения уровня безопасности. Если суверенитет помогает безопасности, то надо его поддерживать. Если в интересах обеспечения безопасности необходимо поступится частью суверенитета, то это можно и нужно сделать.

Здесь возникают вопросы по поводу того, что дает харьковское соглашение Украине. Цену продления нам назвали – 40 млрд $ в течении 10 лет. Однако базирование флота продлено на 25 лет. Получается, что Россия сама назвала стоимость такой аренды: 40 делим на 25 – получаем 1 млрд. 600 млн. в год. Плюс те 100 млн., что Москва платит сейчас и будет платить в дальнейшем. Итого Украина после 2017 г. могла бы получать ежегодно 1 млрд. 700 млн. $ в бюджет. Но, согласно заключенному соглашению, она будет в течении 10 лет получать по 4 млрд. ежегодно, которые будут размазаны по предприятиям потребителям газа, Нафтогазу. То есть за 10 лет мы, грубо говоря, проедим российские миллиарды, а потом будем довольствоваться весьма небольшой суммой.

Понятно, что ожидать того, что Россия будет расплачиваться кэшем за аренду флота бесперспективно, поскольку это для нее негативно в символическом плане. Однако, по-моему, очевидно, что поступаться суверенитетом надо было за более существенные ресурсы, которые могли бы приносить Украине прибыли в дальнейшем. Но, если российское руководство мыслит стратегически, на десятилетия, то украинская власть, независимо от расцветки живет от одной предвыборной кампании к другой, от одного бюджета до другого.

Еще один аспект – это интересы Севастополя и Крыма. Они в данных соглашениях вообще не ночевали. Видимо решили, что крымчанам достаточно радости за флот, глубокого удовлетворения господствующих на полуострове политических ориентаций. Пока мы только слышали об участии России в развитии инфрастурктуры Севастополя. Насколько на постсоветском пространстве можно верить устным заявлениям власть предержащих - мы хорошо знаем.

То есть, главный вывод состоит в том, что ничего страшного в продлении базирования в принципе нет, но то, что Украина получила в ответ, свидетельствует о неумении украинского руководства защищать интересы государства, обеспечивать его безопасность. 

Мнения узнавала Наталия Кононова, «ОстроВ»



ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: