Вверх

Спецтема: COVID-19 в Украине

В наше время век сенсаций - короткий. Утром в топе одна новость, а к вечеру о ней уже все забыли. Хотя за каждой, ведь, реальные живые люди, и их проблемы не заканчиваются вместе в вытеснением новостей из информационных лент… Три месяца назад был арестован и посажен в изолятор СБУ первый командир Батальона "Донбасс", народный депутат 8 созыва Верховной Рады Украины Семен Семенченко. Его арест сопровождался массовой, организованной кампанией дискредитации в СМИ. Вопреки всем правовым нормам человек уже три месяца сидит в изоляторе СБУ. Но главное – до сих пор так и нет четкого понимания, за что, на самом деле, его посадили… "ОстроВ" пообщался с женой комбата Натальей Музыкой.

- Наташа, Ваш муж был героем в 2014 году, а сейчас стал заключенным. За эти семь лет из героя его планомерно превращали в антигероя. Как Вы считаете, - почему?

- Не только в 2014, потом был 2015 год (когда было Дебальцево), он там командовал батальоном и был ранен. И позже он не прекращал свою деятельность по освобождению Донбасса. Вы помните: блокаду торговли на крови 2017 года, блокаду конвоев Ахметова 2014, блокаду «трубы Медведчука» 2017 года. В Верховной раде, когда ему предлагали какие-то деньги или преференции-он никогда, их не брал. Голосовал, по совести. Наверное, в этом одна из причин - в его принципиальности и неуправляемости. С другой стороны, компания по его дискредитации с самого начала управлялась из Кремля. Семену еще в 2014 году генерал СБУ, а затем зам. главы администрации Президента Андрей Таранов (ныне покойный) четко сказал: это информационная спецоперация ФСБ, и она не закончится никогда. Ты можешь только бежать впереди и опережать их, делая что-то новое, чтоб они догоняли. Остановишься – догонят. Так и получилось после того, как он из публичной деятельности ушел в конфиденциальное сотрудничество с нашей военной разведкой.

- Но в кампании против него часто участвовали украинские политики, которые не очень вмещаются в схему "информационной спецоперации ФСБ". Похоже, его не очень любят и в нашем политикуме. Как вы считаете, почему?

- Ну и вы же видите, по тем же "пленкам Медведчука", как тесно наши политики сотрудничали с Россией и насколько тесно их интересы совпадали с российскими интересами…

Многие партии ожидали, что он пойдет на выборы в 2014 с ними. Он к ним не пошел. Думаю, это было основное. Потому что, когда он к ним не пошел, он, соответственно, стал составлять им конкуренцию. Я уже тогда видела в этих «накатах» политику, потому что когда людей, до этого даже не знакомых кто-то собирает на одну пресс-конференцию и к неизвестным людям набивается полный зал центральных телеканалов, то это не случайно происходит? Потом на олигархических телеканалах выходят фильмы, целые сериалы с негативом – этим же тоже кто-то должен был заниматься. И это ж стоило денег. Кто-то платил, платил не мало и годами…

- А кто тогда мог этим заниматься?

- Семен - значительный лидер мнений и своей независимой позицией всегда представляет угрозу для многих. Я думаю, это был не один человек, это были те люди, которые боялись его потенциального влияния на политические процессы и его независимых от власти и олигархов протестных действий «на улице».

- Вы говорите, его звали разные партии, - какие именно?

- Тогда у Семена был очень большой кредит доверия, поэтому, насколько я знаю, его звали практически во все политические проекты: и в БПП, и в Народный фронт, и, по-моему, даже в БЮТ… Честно скажу: я лично была против того, чтоб он вообще шел в "Самопомощь". Он изначально человек действия, военный человек, а позиция "Самопомощи" была скорее наблюдательной, над схваткой - это не его позиция.

- А с кем тогда на Ваш взгляд, он должен был идти на выборы?

- Я была за то, чтоб он шел либо в "Народный фронт", либо в партию Порошенко. Потому что "Народный фронт" – это, по сути, была военная партия, там были все комбаты. У них один язык общения, одинаковые ценности… - если бы они были вместе, то их позиция была бы сильнее. А к Порошенко – потому что, если ты хочешь изменить страну, то ты должен идти туда, где ты можешь это сделать, где есть такая возможность. Семен очень сильный человек и я верила, что он мог бы наладить коммуникацию с тогдашним президентом и повлиять на решение каких-то вопросов, изменить в лучшую сторону. Я видела, как отсутствие прямой коммуникации влияет на отношения и решения в отношении человека или его идей. Потому что в политике все зависит от того, как и кем доносится информация. И в результате, вместо эффективного сотрудничества с властью в интересах национальной безопасности, Семен постепенно превратился из защитника в угрозу для той власти. Это я думаю, вина тех людей, которые видели в Семене угрозу, что они создали такую картинку у Порошенко.

- Я как-то плохо представляю себе Семена Семенченко в компании Пашинского или Гладковского…

- Я исхожу из той позиции, что первоначально, в 2014 году в этих партиях была другая ситуация, и зайдя в них, он мог бы повлиять на них и на события в стране более эффективно, чем он мог это делать в "Самопомощи". Тем более, что он тогда выступал и против олигархов. Например, он блокировал так называемые "конвои" Ахметова. То есть, они видели, что этот человек неуправляем, его нельзя купить, и у них не было другого выхода, кроме как сбить его рейтинг и сделать из него "афериста" и "негодяя".

- А как Вы объясняете то, что инструментом его превращения в "афериста" выступали его же бывшие соратники? Причем те, которых он же завел в парламент?

- А так всегда и бывает. Предают в основном свои. Чужие предать не могут. Во-первых, он мог предложить своим соратникам только борьбу, а им хотелось денег, власти, красивой жизни… Сколько он знал тех, кого завел в парламент? 3-4 месяца? Те, кто должен был идти в начале, с которыми он был на фронте, – погибли под Иловайском. Тех, кого он завел в Раду сразу взяли в обработку очень опытные в этих вопросах люди. Например, одну из депутаток в 2014 против Семена вербовал сотрудник СБУ. Он случайно летом попал в плен под Иловайском вместе с батальоном (занимался контрразведывательным обеспечением батальона НГУ «Донбасс» по линии СБУ). Через месяц он был спокойно отпущен ФСБ в Киев. Без проблем восстановлен на предыдущей должности. И первое что он делает, - начинает вербовку депутата. И вот вопрос: от чьего имени вербует? ФСБ которое его спокойно отпускает (когда сотни сидели в подвалах Донецка), или СБУ?

- Кстати, а как "Самопомощь", после его ареста себя проявила, есть какая-то поддержка от них?

- Нет. Единственное – звонил Олег Березюк (лидер фракции "Самопомощи" в ВР созыва 2014-2019 г.г.), спросил, как он себя чувствует. Я сказала "хорошо". Ну и на этом всё. Политической поддержки практически нет. Сейчас его поддерживают "побратимы", собратья по оружию, которые были с ним в 2014 году.

- А Саакашвили?

- Я видела его пост в ФБ. Сначала он вступился, поддержал. А потом, скорее всего, и с ним, и с Егором Соболевым (коллега по фракции "Самопомощи"), наверное, кто-то поговорил, сказал, что лучше им сюда не влезать. Возможно, представили какие-то ложные аргументы. Потому что в этом деле очень много лжи и давят очень на многих.

- На Вас давят?

- На меня - постоянно. И Семену говорят, что меня тоже посадят. Найдут за что и посадят. За мной постоянно ходят сотрудники СБУ. Я к этому философски отношусь, но, конечно, покоя это не добавляет. Особенно если учесть, что у меня трое маленьких детей…

- А "добрые люди". В Фейсбуке, например?

- Да. Недавно начали приходить сообщения в ФБ с откровенными угрозами. В том числе, угрозами жизни. Я не знаю, откуда у людей столько злости. Думаю, это, скорее, спецоперация по психологическому давлению на Семена, чтоб он начал говорить то, что они хотят. Кроме того, сама ситуация: отец троих детей сидит в изоляторе. Мне это нужно как-то объяснять детям. Они видят, что происходит, "добрые люди" и до них добираются. Мы оказались и финансово не готовыми к этой ситуации, не понятно, где окажемся завтра, потому что мы живем на съемной квартире. У Семена еще мама здесь тоже живет на съемной квартире. Думаю, через месяц мы уже все вместе будем жить, потому что финансово две квартиры не потянем.

- А что детям говорят, где папа?

- Говорим, что папу посадили в тюрьму враги Украины. И что это закончится, если мы будем бороться, не сдаваться до конца… Ну и с 24 марта, когда у нас был обыск дома – с того времени дети ж Семена не видели. А в этот день 10 лет исполнилось младшему сыну, Артему, и мы так и не отметили его день рождения. И он теперь ждет, когда папа выйдет, чтоб мы могли все вместе отметить его день рождения.

- А как все это происходило?

- У меня был коронавирус, пошло двухстороннее воспаление легких, я сидела дома на самоизоляции, детей отправили к бабушке, я уже закупила лекарства и собиралась идти в больницу. И тут, вдруг, утром, в полседьмого, врываются сотрудники СБУ, "Альфа". Первую дверь (тамбура) они вообще выбили. Проснулась от грохота. Приходят, - "мы ищем Семена". Я говорю: у меня коронавирус, я его десять дней назад видела. Искали оружие. Потом, после первой комнаты, они понимают, что оружия нет, следователь звонит кому-то по телефону и говорит: можно мы тут ничего не будем брать? Ему, наверное, сказали, что надо хоть что-то взять. В итоге, они забрали шевроны батальона "Донбасс", которые уже исторические, детский диктофон и какие-то две карты, на которых мы на балконе картошку хранили. Вот, они все это забрали и пошли к детям, искать Семена у бабушки. Конечно, для детей это был шок. Утро, они готовятся к Дню рождения и тут заваливаются борцы с террористами… А они с автоматами, в масках, в полной амуниции… То, что показывали, как они к Медведчуку приезжали, когда постучались и спросили, дома ли Медведчук… - у нас было совсем не так.

В итоге, после этих обысков, часа через три, СБУ выдала свой фильм, про то, как они двери выламывали, как они браво заходили, штурмовали… хотя, что там нашу дверь штурмовать – позвонили бы, - я б открыла… Или как они зашли на эту ветеранскую базу в Сувиде, там что-то штурмовали. Там пять человек всего и те гражданские. Выдали этот страшный фильм, где НЗФ, куча оружия… Хотя, это для обывателя – оружие, а военные ребята говорят, что там показывали помповые ружья и ничего ужасного в них нет. Ну и в этот же день выходит фильм "Слидство.инфо", в котором говорят, что у Семена армия, и эта армия работает на олигарха, что на ней рейдерство самой крупной шахты…

А через день был суд и оказалось, что на суде никакого рейдерства ему не вменяется, а обвинили его в организации незаконного вооруженного формирования, как средстве для свержения конституционного строя в Украине. При этом, - вообще без каких либо доказательств!… И на основании того, что за 1 километр от базы ветеранов нашли тайник с помповыми ружьями, сказали, что именно Семена надо поместить в изолятор СБУ, в одиночку, и там держать. Ну судья Константинова (это Печеркий суд), - она у нас все время по нашим делам, - сказала, что да, закрываем.

Все это сопровождалось волной в медиа, достали на разных каналах фильмы с 2014 года и рассказали, что Семен "на самом деле аферист", "на самом деле не воевал"... По центральным каналам прошла массированная такая волна дезинформации. Одновременно заблокировали в Фейсбуке его страничку, сначала на 7 дней, потом на месяц. Ну и получается две картины: одна в СМИ, где все грехи на нем и весь негатив, и другая в суде – где обвинения в НВФ и потом еще обстрел медведчуковского канала добавился… То есть, такое впечатление, что задача была в первую очередь очернить, а потом, решив таким образом, проблему с общественным мнением, давить уже на него совсем по другим делам.

- Да, но благодаря этой кампании дезинформации и тому дешевому фильму " «Слідства.Інфо» , где показали, как одна компания по официальному контракту работала с другой компанией, умным людям как раз и стало очевидно, что все это дело сфабриковано. Иначе, не нужна была бы такая информационная завеса.

- Но умных, к сожалению, не так много…

- А с чем вы связываете, почему, вдруг, все это дело возникло именно сейчас?

- Я не знаю. Но допрашивают его по запросу КГБ Белоруси. Причем это очень подробный запрос, в нем указываются все места, все контактные данные белорусской оппозиции, и даже работников нашей разведки. Это уже третья картина. Одна – в СМИ, другая – в суде. И третья – реальная, - то, о чем его допрашивают и в чьих интересах…

- Вы говорите, что СБУ на допросах по запросу КГБ Белоруси, задает вопросы о данных наших сотрудников разведки?

- Да.

- А почему КГБ Беларуси решило, что Семен может знать контакты белорусских оппозиционеров или наших разведчиков?

- Я думаю это связано с тем, что в феврале в Беларуси вышел фильм, который называется "Тротил протеста" в котором утверждается, что Семен общался с Автуховичем (участник белорусской оппозиции, арестован КГБ РБ - ред.) , и якобы с Украины оружие завозили в Беларусь для протестного движения…

- Да, но если это правда, то получается, что СБУ ведет деятельность, направленную против украинской разведки и против Украины?

- Получается, что да. Я не знаю, как это объяснить. Может это война спецслужб. Более того, даже после того, как этот факт (о запросе КГБ) был обнародован в СМИ, следователь опять настойчиво требовал проведения допроса по белорусскому запросу. Первый раз Семен отказался от такого допроса, но они настаивают "в рамках международной правовой помощи".

- Был уже допрос по этому вопросу?

- Да, был. Обещали "продолжение".

- А что вы знаете об этом незаконном вооруженном формировании. Семен мне еще год назад о нем в интервью рассказывал. Да и не мне одному. Почему оно вдруг стало незаконным?

- Я не знаю, почему оно стало незаконным и тем более, вооруженным. Потому что на самом деле, - и меня это очень радовало, - много ветеранов проходило там крутую реабилитацию. Да, кто обладал какими-то навыками и не имел проблем с алкоголем, - они впоследствии могли пойти, например, в охрану, какую-то работу найти. Но некоторым в прямом смысле нужна психологическая реабилитация. Все, кто приходили, они там бегали, отжимались, подтягивались. Им вообще очень важно быть вместе, в своей среде. Такие же лагеря, на самом деле, есть у многих ветеранских организаций. Я член комиссии по оценке проектов Министерства ветеранов. Если мы посмотрим проекты, которые подают ветеранские организации – там половина таких проектов, когда они выезжают куда-то, тренируются – так что, теперь - это все незаконные формирования?

- Кстати, а Министерство ветеранов как-то проявляет себя в этой ситуации с Семеном?

- Нет, периодически смотрят мои стримы из суда. Но, как орган, они в принципе стоят в стороне, и активно не вмешиваются.

- Но я помню, когда-то министр даже брала на поруки ветерана, который мост метро захватил…

- Ну, это все политика, пиар, Вы ж понимаете…

- Семена уже почти три месяца держат в изоляторе СБУ, в одиночной камере. Это незаконно. Вы поднимаете этот вопрос?

- Конечно. Это абсолютно незаконно. Его должны держать в СИЗО. Но не выпускают. Потому что идет психологическое давление, и ждут, когда он сломается. Это уже ни для кого не секрет, что Семен последний год работал с Главным управлением разведки и выполнял определенные задания. Я так понимаю, что ждут, когда он начнет об этом рассказывать… Потому что пока все допросы у него только по Беларуси. У нас государство вроде заявляет о поддержке белорусского народа, а на деле помогает как раз режиму Лукашенко…

- Если он работал с ГУРом, и ГУР даже официально признал это на суде, то почему он не защищает его?

- Я не знаю. Может и защищает, но видимо, это очень сложно сейчас. Вы же видите, что сейчас творится вокруг Беларуси. Но я знаю одно: если бы Семену дали судью с допуском к гостайнам и он мог защищать себя, не рискуя выдать государственную тайну, которую используют против Украины, то ему было бы намного легче доказать свою невиновность.

- Вы не боитесь за безопасность мужа?

- Боюсь, конечно. Даже за психологическое его здоровье. Вы знаете. как выглядит одиночка в Изоляторе СБУ? – Это помещение размером с купе в вагоне. И ты всегда под круглосуточным видеонаблюдением. Представьте, прожить в этой будке три месяца…

- Вы не пытались обращаться к Зеленскому, например. Сейчас модно обращаться к президенту.

- А я к Зеленскому обращалась, еще 6 апреля. Видеообращение записала с детьми. И многие СМИ, в том числе "Цензор" и "Украинская правда" его публиковали.

- И что?

- И ничего. Правда на суд, 7 апреля, пришла председатель Совета по вопросам осужденных атошников (как-то так) Алена Вербицкая. Она пришла, послушала, сказала написать ей обращение. Я написала. Потом адвокаты написали другое. Ну и после этого всё, общение прекратилось.

Беседовал Сергей Гармаш, "ОстроВ"


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: