Понедельник, 24 сентября 2018, 08:301537767027 Написать нам Реклама на сайте Мобильная версия English

Вверх

«Мы влезем в ту беду, из которой потом не выскочишь» - эксперт по ядерной энергетике

Сегодня у Украины, точнее, ее нового руководства, происходит перезагрузка отношений с Россией. Частью этого процесса стала украинская ядерная энергетика. «Зеркало недели» в конце апреля опубликовало проект межправительственного соглашения, предложенного Россией правительству Украины. 

Исходя из этого документа, в сфере атомной энергетики Россия заинтересована в заключении долгосрочного контракта на эксклюзивные поставки ядерного топлива для энергоблоков украинских АЭС, кредитовании и строительстве двух новых блоков по российскому образцу, а также в создании СП по разработке Новоконстантиновского месторождения урана в Украине и снятии государственно-монопольных ограничений на участие российской стороны в этом проекте. Хотя пока что действующее законодательство не разрешает иностранным субъектам принимать участие в разработке таких стратегических залежей этого сырья.

Лидер БЮТ Юлия Тимошенко на митинге оппозиции 11 мая заявила, что украинская власть намерена «сдать» России топливно-энергетический комплекс.

На тему этих проектов, а также прозвучавших от российского руководства предложений в сфере ядерной энергетики, «ОстроВ» пообщался с кандидатом физико-математических наук, старшим научным сотрудником отдела «Циклотрон-U120» Института ядерных исследований Национальной академии наук Украины Анатолием Шведовым.

- Анатолий Архипович, как выглядит схема ядерно-топливного цикла?

- Для того, чтобы создать топливо для ядерного реактора, необходимо добыть урановую руду, выделить уран, затем обогатить его изотопом 235 с помощью ряда технологических процессов. Потом делаются из делящегося материала таблетки, которые пакуются в ТВЭЛ (тепловыделяющий элемент). Они опускаются в активную зону реактора, где уже происходит процесс деления урана и выделения тепловой энергии. Ядерная энергия деления урана передается ТВЭЛами через теплоноситель дальше на турбины в виде пара под высоким давлением. А паровая турбина уже генерирует электрический ток в сеть. Обычно говорят о том, что реактор имеет определенную тепловую и электрическую мощности, то есть он может передавать и тепло в городскую тепловую сеть, и электричество. По этим параметрам характеризуются все блоки как ядерных так и других электро- и тепловых станций.

- Насколько реально создать в Украине полный цикл?

- В Украине все необходимые компоненты, кроме мощностей по обогащению урана, есть. Полностью весь цикл можно создать в Днепропетровской и Кировоградской областях. Мы с коллегами, которые занимаются ядерными технологиями, ядерной наукой, такие предложения правительству и Президенту дали. Надо привести в порядок свои рудники, которые дают все ядерные материалы – уран, цирконий, гафний. Краматорский и другие наши машиностроительные заводы могут делать корпуса для реакторов. Те же наши «Турбоатом», «Хартрон» могут производить всю силовую часть. Индустрию создания генерации электричества для ядерных электростанций, имея проект реактора, мы можем воспроизводить самостоятельно. Здесь необходимо принятие политического решения и выстраивания правильной финансовой политики в государстве. Ведь мы сейчас ориентируемся не на собственные силы, а на то, что нам кто-то даст кредиты. Никогда в мировой практике не было, чтобы внешний мир давал деньги на развитие стратегических базовых отраслей. Ресурсы всегда изыскивались внутри.

В 1996 году к нам приезжали «Électricité de France», «Westinghouse», и предлагали – давайте мы тут топливный цикл сделаем: 10 млрд.долл. и 7-8 лет. Мы отказались тогда. Потому что у нас был российский «ТВЭЛ» (корпорация, занимающаяся выпуском тепловыделяющих элементов), было пророссийское лобби или проТВЭЛовское. И было много тех, кто вышел из «Средмаша», нынешнего «Росатома». Стратегически это было неправильное направление. Люди не думали о детях, о внуках, о стране как таковой.

По нынешнему состоянию дел в мире, члены ядерного пула - те, кто этими технологиями владеет (Китай, Пакистан, Россия, Франция, Англия, США, Израиль, Северная Корея), они категорически против, чтобы основная эта часть ядерной энергетической технологии – изотопное разделение урана (обогащение), передавалось как технология в страны, которые не входят в пул. Эти условия, которые являются следствием двойных стандартов, привели к тому, что вроде как есть запрет на передачу технологий. С другой стороны, Индия, как и Китай – они ни у кого не просили и не просят разрешения на использование ядерных технологий не только в мирных но и в военных целях. Надо – купили технологии изготовления реакторов, построили. Наша политическая элита никак не может сделать этот шаг – сказать, что да, нам это надо, это стратегическая задача для Украины. Не ядерное оружие, а использование ядерных технологий в мирных целях.

- Сколько сейчас будет стоить создание ядерно-топливного цикла?

- Это не стало дороже. Цены, в принципе, остались те же. И вложения на создание 1 МВт мощности остались те же – 1 млн.долл. Может миллионов на 500 будет дороже в связи с новым оборудованием, в связи с увеличением мощности самих реакторов. Поэтому это вопрос не времени, а концепции, идеологии, которую для себя сформирует Украина – что мы хотим на этом этапе? Хотим ли мы повысить наши мощности, которые есть - это можно сделать на 25%, или хотим модернизировать наши сети с учетом продления ресурса - Институт ядерных исследований доказал, что срок эксплуатации корпусов реакторов можно увеличить на 10-15 лет, а это значит - продлить срок эксплуатации станции. В общем, запас по времени есть. А что делать дальше, это вопрос обсуждения, серьезного анализа. Самое первое, что в этой ситуации делается - люди определяются, что они хотят и просчитывают результат применения того или иного варианта.

- Российский премьер-министр озвучил идею создания между Украиной и Россией «крупного холдинга, который включал бы в себя объединенную генерацию, атомное машиностроение и топливный цикл»…

- Это фантазия. Со стороны Путина это не экспромт конечно, а как говорят в Одессе, «метода» проверить на способность стратегически мыслить наших руководителей. Ни один нормальный человек этого сейчас делать не будет. Для того, чтобы холдинг этот делать, надо понимать, кому он нужен. Украине он не нужен. Мы можем войти в СП, которое для Украины будет обогащать уран. Это правильно. Но остальное мы будем делать сами. Нам надо создавать рабочие места для своих людей, нам надо иметь технологию производства ядерного топлива для реакторов ВВЭР.

- Премьер-министр Украины Николай Азаров на заседании правительства 5 мая заявил: «Мы получим российский кредит на строительство 2-х ядерных реакторов, вместе будем строить в Украине завод по производству ядерного топлива».

- Россия никогда не даст кредит как таковой. Она дает деньги под то, что Россия изготовит реакторы, построит промплощадку, купит оборудование для ядерной электростанции. Но из России не выйдет ни одного цента. Будут оплачены работы, материалы, а мы еще будем платить за это проценты. Это поддержка российской промышленности за наши деньги. Так же, как мы добываем свой уран, которого в России очень мало, они его обогащают за наши деньги. Потом мы покупаем топливо, платим за вывоз отходов выгоревшего топлива, из которого россияне изымают плутоний для реакторов нового поколения. К тому же топливо в реакторах выгорает не все, а только треть. Невыгоревшее топливо идет на новые ТВЭЛы. На годовой загрузке россияне имеют 600 млн.долл. – это стоимость плутония, который мы им отдаем. А мы платим 70 млн.долл. за то, что они забирают эти отходы. В год мы платим 238 млн.долл. за топливо на все блоки. Всего в за год в этом технологическом цикле крутится миллиард долларов, который проходит через границу два раза – раз пересекают границу уран и топливо, второй раз отработанные ТВЭЛы. Украина в этом в этом межгосударственном движении теряет 600 млн. Это очень серьезные деньги, серьезная политика.

- В этом году истекает контракт на поставку ядерного топлива российской корпорацией «ТВЭЛ». Шли переговоры с американской компанией Westinghouse, уже проводились испытания их топлива. «Росатом» хочет продлить контракт на 15-25 лет, обещая скидки. По Вашему мнению, будет ли заключен контракт с американцами?

- Американцы нормальные ТВЭЛы делают. Россияне говорят, что это топливо нелицензированное. Я им говорю, а кем у вас лицензированное? Делается все нормально, все адаптировано. Теперь надо дальше проводить работу, загружать им треть сборки. Американское топливо более эффективно за счет того, что у них более чистые сплавы для сборок – лучше выгорает топливо, лучше теплоотдача.

- Относительно завода?

- Я читал их предложения по заводу – там, где предлагают начать эту деятельность по строительству завода даже не по договору, а сразу после подписания меморандума. Здесь нельзя сказать, что это отсутствие квалификации российских менеджеров. Это неприкрытое наглое давление. Вот давайте сделаем так, как мы хотим. Вот Россия сейчас с США кроме договора о сокращении вооружений подписывает соглашения по каждому пункту – чего можно передать, чего нельзя передать, в какой области сотрудничать. Почему мы не можем подписать эти соглашения по пунктам – мы договариваемся об этом, об этом и об этом. В этой области лучше отложить бумажку, пригласить экспертов, политиков и обсудить эти предложения. Дискуссия дает одну вещь – становится ясным задача, возможность и механизмы ее реализации.

А вообще мы не можем построить этот завод по производству ядерного топлива по российской технологии по одной простой причине – у нас нет Енисея и Северного ледовитого океана. Это- радиохимические технологии технологии конца 50-х-начала 60-х годов, и такой завод как в Ангарске мы построить не можем. У нас нет экологических мощностей, чтобы природа все это перенесла, у нас нет мощностей, чтобы вся эта радиохимия здесь работала. С россиянами можно договориться, чтобы они делали часть – то же обогащение урана. У нас нет этих установок для изотопного разделения урана. Хотя это не есть проблема технологическая - при нормальной политической воле их можно создать в Украине. Можно сей час возить в Украину полученный в Росси уран UО2, и тут делать таблетки для ТВЭЛов, то есть топливо. Входить в это предприятие мы можем 50 на 50. Но мы не можем иметь здесь полный цикл производства топлива по российской технологии. К тому же продать нам эти технологии невозможно, так как они запатентованы, и законодательство РФ не разрешает их продавать. Да и МАГАТЭ не разрешит. Вот если бы мы строили завод под новый реактор, под новый вид топлива, то это было бы правильно. А так, получается, мы поставим у себя реакторы ВВЭР, построим здесь завод для производства топлива под ВВЭР. И этот завод будет делать топливо для всех заказчиков России. Мы не будем управлять этим процессом. Просто на нашей территории будет завод, который россияне не могут построить у себя за свои деньги.

- Тогда зачем он нам?

- Вопрос правильный. Зачем он нам? Мы в свое время писали, давайте сделаем так: в России есть это производство, мы покупаем топливо, оно нас устраивает. Если они дают нам неправильные цены на топливо, мы поднимаем цены на уран. Зачем тогда России строить здесь завод? И нам зачем его строить под старые модели реакторов? Нам надо думать о новых типах реакторов, о новых типах топлива, которое выгорает полностью.

- Какие существуют технологии?

- Есть разработки международные, в которых используется топливо более современное. Россия в них участвует, и мы должны участвовать. Почему Россия увозит плутоний к себе? Плутоний является топливом для следующего поколения реакторов – оно выгорает полностью, больше энергетическая эффективность топливного элемента. Работая на реакторах ВВЭР, мы фактически на этих реакторах первого поколения нарабатываем топливо для энергетики будущего. Мы какое-то время ничего не делали для участия в международных проектах по разработке реакторов нового поколения и топлива для них. А сейчас в один момент хотим решить все вопросы, накопившиеся в ядерной энергетике и в ядерных технологиях, как хотелось бы кое-кому, кто «сидит на этом вопросе» и протежирует интересы ТВЭЛа, «Росатома» Однако все сразу не бывает.

У России, кстати, ситуации тяжелая в атомном комплексе. У них «Атоммаш» не работает. У них нет «Турбоатома», у них нет «Хартрона», тех предприятий, которые есть в Украине и делают 60% ядерной энергетики.

- Каких типов реакторы и какого поколения используются в мире?

- Сейчас есть широкий спектр ядерных реакторов. Все зависит от задач, которые мы поставим. Если нам нужны маленькие региональные реакторы на 100 МВТ, это могут быть бриддеры на тории – у нас природных запасов тория в Украине много. Канадские реакторы САNDU работают на низкообогащенном уране. Этот вопрос имеет ответ только в процессе всестороннего обсуждения на уровне независимых экспертов.

- То есть нам не нужно будет обогащать уран?

- Да, но это будет другая конструкция и другая технология работы с отходами. Сейчас те мощности, которые работают, это реакторы первого поколения, пусть второго, модернизированные. Мы предлагаем их не трогать – пусть работают сколько им положено. Лет на 15 нам хватит этого запаса мощностей. Но давайте делать новые реакторы – это третье-четвертое поколение. Давайте построим один САNDU, поработаем с ним, с технологией, обслуживанием, подготовим людей. Давайте построим один реактор на быстрых нейтронах . Нам надо определиться, какие реакторы нам нужны. Потом мы будем думать, какое топливо нам надо для этого реактора. А потом уже должны будем строить завод под это топливо. Да, мы могли бы взять новый ВВЭР у России, которые они анонсировали. Но они же его не разработали, и документации на эти реакторы у них нет. Лучше поработать год-полтора, выбрать тип реактора. Можно один ВВЭР экспериментальный, один САNDU, один ториевый бриддер. И научиться работать с этим всем ядерным хозяйством. Надо же чтобы были технологические кадры, инфраструктура под новые технологии.

Это диверсификация источников топлива и систем генерации – тогда и будет энергетическая независимость Украины. Необходимо желание владеть этими технологиями для себя, своих детей и внуков. Тогда не будем ходить и просить у дяди: дай дрова, потому что зима и холодно. Так только бомжи живут, а страна так жить не может. Нужны прагматические и осмысленные политические решения в этом плане.

- Подытоживая по реакторам: то есть нам нет смысла брать кредит и строить российские ВВЭРы?

- Конечно. Какой смысл? Мы влезем в ту беду, из которой потом не выскочишь – есть зависимость технологическая. С Россией мы должны, наконец, перейти на нормальные отношения по эксплуатации этих реакторов, которые сейчас работают (у нас же даже нет всей технологической документации, она нам не передана). Как мы можем эксплуатировать эти установки? Как это может быть за 40 лет эксплуатации ядерных электростанций? Что делает «Энергоатом», как он будет разбираться в случае аварии в каком-то узле на каком-то блоке?

- По Вашему мнению, оправдана ли передача высокообогащенного урана России?

- Если говорить честно, то ядерное оружие – это блеф. Сейчас существуют более серьезные виды вооружений - бактериологическое, фармакологическое. И для этого не надо сбрасывать ядерные бомбы. Это будет как Чернобыль – там нельзя работать, нельзя жить. И чего с такой Землей делать? Просто сделать пустыню – так на земле такого много. Поэтому смысла совершенно нет применять это оружие. А соглашение о передаче урана из исследовательских реакторов было подписано еще в начале 2000-х годов с американцами. Поскольку документ был подписан, американцы свои обязательства выполнили – они дали деньги на эти все работы по выемке топлива из реакторов, закладку нового топлива. И Украина эти деньги использовала, но топливо не отдала. Отдать должна была России в рамках военной конверсии. Поэтому возврат этих 90 кг. - это расчет по долгам.

- А как же наука обойдется без него?

- В Украине сейчас нет программы по созданию современного реактора или ядерной установки, нет программ исследовательских в этой области. Исследованиями можно заниматься на низкообогащенном уране. Поэтому острой необходимости для фундаментальной науки эти 90 кг. не имеют. Политически это правильный путь. А теперь нужно выстраивать свою научную работу, исследовательские программы под то, что мы хотим. Подумать, какие реакторы мы хотим, и под это принимать исследовательские программы. Здесь нужна продуманная, последовательная работа, которой у нас не ведется. Системной работы нет – ни в научном, ни в технологическом, ни в организационном плане.

- Ваше мнение относительно идеи создания СП по разработке Новоконстантиновского месторождения?

- Категорически против. Зачем СП создавать? Для кого? Для России, чтобы они могли деньги зарабатывать? Так мы и сами можем их зарабатывать. Чего нам не хватает, чтобы это месторождение разрабатывать? У нас есть Ахметов, Коломойский. По 100 млн. можно скинуться и делать бизнес в Украине. Предприятие будет работать здесь и платить налоги здесь. Как говорится, не надо нам помогать продавать нашего «кабанчика».

- Какие будут последствия, если все эти инициативы будут реализованы?

- Система не будет работать по одной простой причине – задача не выполнима. Нужны финансы, люди. Финансов у России нет. Россия потеряла генерирующие мощности – Саяно-Шушенская ГЭС, сейчас взорвалась шахта «Распадская», которая дает три четверти коксующегося угля, это сейчас вся металлургия стала. Ни Россия, ни Украина печатать деньги под эти проекты не будут. Вопрос в том насколько новая власть адекватно воспринимает ситуацию. Это наша энергетическая независимость, здесь надо сначала анализировать, обсуждать, а потом принимать решения.

- Относительно использования ядерной энергии в мирных целях. Каковы ее возможности и дальнейшие перспективы как источника энергии и тепла в сравнении с углем и газом?

- 1 КВт ядерной электроэнергии у нас стоит 0,7-0,8 цента. А продаем по 4-5 центов. Сравнение между КПД угля, газа и урана бессмысленно. Потому что 1 кг. урана производит в миллион раз больше энергии, чем 1 кг. угля и газа.

- Почему тогда она не используется более активно?

- Потому что у нас есть бизнес, который занимается углем, газом, автомобилями, для которых нужен газ, нефть. Газ по большому счету нужен химикам, и для металлургии. Также у нас вся инфраструктура завязана на газе и угле. Чтобы создавать инфраструктуру для ядерной энергетики, это ж мозги надо иметь, приложить усилия, привлекать людей. Но за ядерной энергетикой будущее. К сожалению, обычному человеку это не надо, ему главное, чтобы в розетке было 220 вольт. В будущем надо переводить потребителей на ядерную энергетику, а газ и уголь оставить для промышленности. Но надо создать инфраструктуру. У нас все молчат о том, куда идет мир и какие тенденции в развитии цивилизации на планете Земля. Ведь та вакханалия, которая происходила и происходит с газом, с нефтью в Украине – это технологический идиотизм, Этим вообще не надо заниматься. Но на все надо время, к этому надо прийти.

- Насколько наши АЭС могут покрыть потребности страны в электроэнергии?

- Из 100% генерации имеющихся мощностей, 40% не используется. Происходила переориентация на ЖКХ – обеспечение электроэнергией новых домов, но сейчас все остановилось, заводы тоже стоят. Мощности не используются полностью по причине отсутствия инфраструктуры, неразвитости передающих сетей. Она не развивается. 1 блок Запорожской станции мог бы работать на весь Крым. А там есть всего лишь 62 МВт генерируемых мощностей, которые можно использовать. Между тем там необходимо порядка 1000 МВт. Но от Запорожской АЭС до Крыма нет высоковольтной линии, которая могла бы эти мощности донести. У нас есть недостаток электроэнергии на Донбассе, в Днепропетровской области, Запорожской, в Киеве. Также мы можем больше экспортировать. При всем этом мы все равно за счет АЭС покрываем 50% потребностей Украины в электроэнергии.

Чтобы сделать модернизацию инфраструктуры, запустить какие-то новые технологические мощности надо каждые 5-6 лет запускать по 2 блока. Какой-то блок останавливается на регламентные работы, где-то на модернизацию, и надо иметь резервные мощности. А потом нам нужны будут в ЖКХ электрические мощности. Ведь легче подвести кабель, чем тянуть ТЭЦ. Сделать скважину,- уже есть вода холодная, горячая, отопление. Газ – это хорошо. Но газ дороже, чем электроэнергия. Последняя безопасней, - конечно при соблюдении правил техники безопасности. И даже если мы переведем часть на солнечную энергию, ветряки, это составит не больше 10-15% от требуемой генерации для Украины. Ядерная энергетика в ближайшие 100 лет будет основным элементом электрогенерации.

Беседовала Светлана Кузьменко, «ОстроВ»

 


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: