Воскресенье, 18 ноября 2018, 00:161542493001 Написать нам Реклама на сайте Мобильная версия English

Вверх

Нерешенность проблемы валютных кредитов создает риски не только для украинской банковской системы, но и ставит под вопрос дальнейшую перспективу нынешней власти.

Кость в горле у банкиров

По данным Национального банка Украины, на 1 января текущего года кредитный портфель банков в гривне составил 545,5 млрд грн., в инвалюте - $30 млрд в эквиваленте. По курсу $/25 грн. это 750 млрд грн.

Т.е. объем валютных кредитов в целом по банковской системе превышает гривневые в 1,5 раза. И это головная боль как для заемщиков, так и для самих кредиторов.

В чем здесь проблема – понятно. Все эти займы брались еще до первой волны кризиса, когда курс был $/5 грн. и ничего не предвещало катастрофы.

Тогда, кстати, достаточно распространенной была практика валютных расчетов и многие получали зарплату в долларах – неофициально, разумеется.

Кроме того, ставки по валютным кредитам были ниже, чем в гривне – поэтому многие выбирали этот вариант. Совершенно не учитывая, что гривна может обесцениться и платить придется гораздо больше, чем было изначально.

А ведь если разобраться, то поводов задуматься при выборе валюты кредитования у заемщиков хватало. Взять, к примеру, кризис 1998 г., когда курс с $/1,8 грн. обвалился сразу в 2 раза.

Да, стоило вспомнить об этом – что при выпуске гривны в обращение обменный курс был установлен $/1,8 грн. Т.е. к моменту валютно-кредитного бума гривна уже успела подешеветь в 2,5 раза по отношению к доллару.

Также следовало вспомнить, что в период "оранжевой революции" 2004 г. курс обвалился с $/5 грн. до $/8 грн. Правда, после того, как политическая обстановка стабилизировалась, он быстро вернулся к прежнему значению.

Тем не менее, это был тревожный звонок и серьезный повод для размышлений. Правда, тут сразу надо подчеркнуть, что задним умом все крепки.

И сейчас легко рассуждать о том, насколько очевидным выглядел тезис о чрезмерных рисках долларовых и других валютных кредитов.

На самом же деле многие помнят, как тогдашний премьер Юлия Тимошенко в конце 2007 г. – первой половине 2008 г. на полном серьезе уверяла сограждан, что мировой кризис не коснется Украины.

Ей вторил экс-глава Нацбанка Сергей Тигипко, еще в сентябре 2008 г. заявлявший, что не верит в девальвацию гривны. И они сами верили в то, что говорили.

Ведь и сами банкиры, если на то пошло, никак не ожидали столь стремительного пике от национальной денежной единицы. Иначе просто не раздавали бы налево и направо валютные кредиты, которые теперь все как один перешли в категорию проблемных.

Рады ли этому банкиры? А вы были бы рады, одолжив деньги человеку, который внезапно лишился работы, стал инвалидом и теперь объективно не может их вернуть?

Международное рейтинговое агентство Moody’s Investors Service в начале декабря 2014 спрогнозировало рост доли проблемных кредитов в банковской системе Украины до 55% из-за девальвации гривны. С ней связана проблема обслуживания валютных займов.

Очевидно, что когда они брались по курсу $/5 грн. и экономика страны была на подъеме (т.е. любой желающий заработать деньги мог это сделать, как наемный работник, так и предприниматель) – вопрос платежеспособности клиентов не возникал.

Теперь же валютные расчеты между гражданами сведены к минимуму, валюта исчезла из повседневного оборота – не без помощи Нацбанка. Платить зарплату в долларах всем уже давно перестали.

Следовательно, платежи по кредитам для заемщиков увеличились в 5 раз. Между тем не так много найдется людей, которые смогут сказать, что за этот период их зарплата выросла хотя бы в 2 раза.

Кроме того, деловая активность упала ниже плинтуса, остановилось либо сбавило обороты большинство промышленных предприятий. Соответственно, возможностей заработать, для экономически активного населения, тоже сейчас почти нет.

Такова логика Moody’s и других экспертных организаций. С ней согласны и сами участники финансового рынка. Для сравнения: в январе 2011 г. проблемными по классификации Нацбанка в Украине были лишь 11,1% кредитов.

Т.е. рост доли займов, по которым клиенты перестают платить, получается в 5 раз к тому посткризисному периоду, когда банковская система постепенно пришла в себя от первой волны девальвации с $/5 грн. до $/8 грн.

Это соответствует уровню обесценивания гривны за весь период кризиса, еще раз подтверждая взаимосвязь данных процессов. Кстати, на самом деле проблемность кредитного портфеля у банков гораздо выше.

Ведь в статистике Нацбанка, используемой аналитиками Moody’s и других рейтинговых агентств, учитываются только балансовые показатели проблемной задолженности.

Это займы с относительно новой просрочкой платежей, еще не переведенные на внебалансовые счета и под которые еще не сформированы резервы.

А если учесть кредиты на внебалансовых счетах банка и проданные коллекторам, а также списанные уже с внебалансовых счетов как безнадежные к взысканию (по которым были проиграны судебные разбирательства) – то становится понятно, что сейчас ранее выданные валютные кредиты для банкиров стали настоящей костью в горле.

И они сейчас тоже платят свою цену за прежний бездумный азарт, когда увеличение активов банка за счет выданных им кредитов было единственной целью работы.

Во-первых, это прямые убытки от списания и формирования резервов. Во-вторых, дополнительные налоговые обязательства - поскольку государство трактует курсовую разницу по валютным кредитам как прибыль банка.

Т.е. если заем на $100 тыс. выдавался по курсу $/5 грн., а сейчас он $/25 грн., в гривневом эквиваленте имеем увеличение обязательств клиента на 2 млн грн.

Теперь из расчета этой суммы банк должен отстегнуть государству по установленной ставке налога на прибыль. Банкиры с таким подходом категорически не согласны.

Они говорят: постойте, какая прибыль, если теперь клиент нам не может платить именно из-за того, что курс стал $/25 грн.? Но государство в лице Кабинета министров Украины их пока отказывается слышать.

Налогообложение прибыли от курсовой разницы, как утверждают представители банков в неофициальных комментариях, - основная причина того, почему проблема валютных кредитов до сих пор никак не урегулирована.

Хотя о необходимости такого решения заговорили еще в 2014 г., когда курс просел с $/8 грн. до $/12 грн.

Искра для нового взрыва

Как известно, первые протесты валютных заемщиков начались еще в июне-июле и осенью они усилились. Это и акции протеста под Нацбанком и даже попытка штурма Верховной Рады 16 декабря, когда в ход пошли горящие покрышки.

Под давлением заемщиков, объединившихся в ряд общественных организаций, ВР предыдущего созыва 3 июля 2014 приняла закон о конвертации валютных кредитов в гривневые – но только в первом чтении, т.е. предварительно.

И далее отложила проблемный вопрос в долгий ящик. Он повис в воздухе.

Дело в том, что одобренные в первом чтении законопроекты могут без движения годами лежать в профильных комитетах ВР – в данном случае в комитете по финансам и банковской деятельности.

И депутаты о них даже не вспомнят, если это никак не касается их собственных интересов. Таких примеров сотни. Ничего удивительного, что в итоге ВР VII созыва была досрочно распущена осенью, а долгожданный закон так и не приняла.

Поэтому уже осенью прошла волна новых акций протеста и в секретариате ВР появились сразу 2 законопроекта о конвертации валютных кредитов.

Кроме того, в 20-х числах декабря прошли трехсторонние переговоры представителей НБУ, банкиров и валютных заемщиков. По большому счету они закончились безрезультатно.

Даже, несмотря на то, что теперь банкиры согласились перевести валютные кредиты в гривну по $/7,99 грн., т.е. по официальному курсу Нацбанка перед второй волной девальвации, совпавшей с началом Евромайдана.

С их стороны это безусловно была значительная уступка, если сравнить с первой волной девальвации 2008-2009 гг. Поскольку тогда тоже принималось решение о конвертации валютных кредитов – но на текущих рыночных условиях.

Т.е. не только по новому курсу $/8 грн., но и с повышением ставки до 17-20% по сравнению с 11-14%, под которую выдавались валютные кредиты. Таким образом, заемщик получал на выходе завышенный платеж по сравнению с предыдущими условиями.

Единственное, в чем для него заключался плюс – так это в том, что дальнейшая девальвация гривны уже никак не влияла бы на его обязательства перед банком. И сейчас по факту можно сказать, что те, кто согласился на такие условия, приняли правильное решение.

Но тогда мало кто воспользовался предложением банков, поскольку в дальнейшую девальвацию не верили даже самые просветленные экономисты. Вот почему доля валютных кредитов населения в портфеле банков осталась высокой.

На 1 января 2015 г. – $6,3 млрд. По текущему курсу получается 157,5 млрд грн. против 107,2 млрд грн. в национальной денежной единице. В соотношении это 60%.

Показатель слишком высокий, подталкивающий к поиску решения самих банкиров. Они понимают, что сейчас ситуация в разы хуже, чем в прошлую волну кризиса: как в экономике, так и в обществе.

Отсюда и согласие на обмен по курсу $/7,99 грн. Другое дело, что тут уже самим представителям валютных заемщиков, участвовавшим в переговорах под эгидой Нацбанка, не хватило мудрости согласиться на предложенные условия.

Вместо этого они стали требовать пересчет по $/5,05 грн. – т.е. по курсу на тот момент, когда брались валютные кредиты. Очевидно, что такой ход был не от большого ума.

Во-первых, начиная с осени 2008 заемщики исправно платили по курсу $/8 грн. и требовать пересчета 5 лет спустя - по меньшей мере странно.

Во-вторых, сама суть любых переговоров заключается в поиске компромисса. А он, в свою очередь, предполагает взаимные уступки. Если же пересчет по $/5,05 грн. – то в чем уступка от заемщиков?

Тогда это уже не компромисс, а капитуляция со стороны банкиров. А капитулировать они не намерены, нет для этого условий. Одним словом, свою птицу счастья уполномоченные представители заемщиков бездарно упустили. Они поверили обещаниям лидера Радикальной партии Олега Ляшко бороться за их права и добиваться конвертации валютных кредитов населения по $/5 грн. Действительно, такие законопроекты от депутатов РП зарегистрированы в парламенте.

Другое дело, что шансов на их принятие не больше, чем в предыдущем созыве у законопроекта коммуниста Петра Симоненко о национализации предприятий, приватизированных олигархами за бесценок.

Тем не менее, меморандум о путях решения проблемы валютных заемщиков путем конвертации кредитов по $/8 грн. 25 декабря был подписан банкирами и представителями Нацбанка.

Но потом, воспользовавшись отсутствием согласования с заемщиками, банкиры нашли более выгодное для себя решение. Его в конце января предложила Независимая ассоциация украинских банков (НАБУ).

В соответствии с новым меморандумом, подписанным НАБУ и НБУ, переводить валютные кредиты в гривну вообще не будут. Но при этом спишут 50% суммы долга.

Оставшуюся сумму придется платить по текущему курсу и на прежних условиях – имеется в виду действующая по кредитному договору процентная ставка.

При нынешнем курсе $/26 грн. это по сути означает конвертацию по курсу $/13 грн. Т.е. для заемщиков это гораздо худший вариант, чем тот, от которого они отказались ранее в надежде на помощь О.Ляшко.

Между тем предложенный НАБУ вариант может считаться приемлемым лишь отчасти, поскольку решает проблему только на текущий момент и не учитывает мрачных перспектив дальнейшего ухудшения ситуации в Украине. А они, к сожалению, весьма реальны.

Продолжение войны на Донбассе (а пока нет намеков на ее прекращение, "Минск-2" уже можно считать сорванным), дальнейшее падение промышленного производства (на 21,2% только по итогам января, при этом процесс идет с ускорением), остановка предприятий, лавинообразный рост безработицы, тарифов ЖКХ и цен на все группы товаров из-за вброса в оборот все новых тонн гривневой массы (а по другому правительство не в состоянии обеспечить выплату пенсий и пособий) – все это создает предпосылки для дальнейшего обесценивания гривны.

Сейчас она уверенно валится к $/30 грн., а к концу года может запросто достичь и $/50 грн., и $/100 грн., в зависимости от развития военно-политической обстановки в стране.

Совершенно очевидно, что при курсе выше $/32 грн. списание 50% валютного долга уже не поможет сохранить платежеспособность заемщиков. По такому курсу они все равно не смогут платить даже за половину прежних обязательств.

Не говоря уже про $/50 грн. И несмотря на то, что принципиальная договоренность между банкирами и НБУ достигнута, до окончательного урегулирования проблемы еще далеко.

Камнем преткновения остается вопрос налогообложения курсовой разницы по валютным кредитам. Ее списание государство трактует как прибыль заемщика и хочет, чтобы ее уплатил банк – как налоговый агент. А он потом, дескать, пусть взыскивает эту сумму с клиента.

Банкиры с этим не согласны: мало того, что за счет списания части долга они идут на определенные убытки, так еще и правительство пытается повесить на них дополнительные платежи.

Они со своей стороны предлагают правительству вообще отказаться от налогообложения курсовой разницы при реструктуризации валютных кредитов – апеллируя к тому, что государство тоже должно взять на себя часть ответственности за происходящее с гривной.

Нацбанк в данном случае поддержал банкиров. И поэтому, по словам главы НБУ Валерии Гонтаревой, решение о реструктуризации валютных кредитов будет принято специальным постановлением НБУ – но только после того, как Верховная Рада внесет соответствующие изменения в Налоговый кодекс.

Сейчас предполагается, что реструктуризации со списанием 50% долга подлежат кредиты, взятые на покупку социального жилья: до 60 м2 для квартир и не более 120 м2 для частных домов.

Для остального жилья сумма списания составит 25% валютного долга. Но заемщик не должен иметь просрочек на момент реструктуризации. Еще одно условие – сумма долга в пересчете не должна превышать 2,5 млн грн.

Банкиры в неофициальных комментариях "ОстроВу" отмечают, что считают предложенный НАБУ вариант хорошим решением проблемы.

"Но окончательное слово тут не за менеджментом, а за собственниками банков. Мы им направляем соответствующие письменные предложения и они рассматривают. Думаю, что все банки с европейским происхождением согласятся на такую схему, потому что это европейский подход", - сказал один из них.

В настоящее время, по данным В.Гонтаревой, к меморандуму между НАБУ и НБУ присоединились только 12 банков. Между тем некоторые банки не дожидаются официального урегулирования процедуры и самостоятельно проводят реструктуризацию, утверждают источники "ОстроВа".

По их данным, в частности, клиентам одного крупного банка, в который сейчас введена временная администрация НБУ, предлагалось конвертировать валютные кредиты в гривну по курсу $/10 грн.

"Но тут надо учитывать само состояние банка. Возможно, в каких-то случаях они считают, что лучше получить от заемщиков хоть что-то, чем совсем ничего. Но если у банка хороший кредитный портфель, он не будет соглашаться на такие варианты", - пояснил собеседник издания.

Ну а пока правительство и депутаты Верховной Рады, что называется, тянут резину с решением проблемы валютных кредитов, курс продолжает падать к отметке $/30 грн.

Тем самым создается благоприятная почва для новых, еще более массовых протестов со стороны заемщиков, уже получивших название Кредитный Майдан.

А он в свою очередь может запросто стать искрой для очередной по счету революции, благодатная почва для которой – анонсированное правительством А.Яценюка повышение тарифов на газ в 2,8 раза с 1 апреля.

Виталий Крымов, специально для "ОстроВ"


Присоединяйтесь к "ОстроВу" в Facebook, ВКонтакте, Twitter, чтобы быть в курсе последних новостей.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: