Вверх

Неубитый медведь луганских недр

В конце октября завершилась долгая судебная тяжба за право разработки семи газоносных площадей в Луганской области. Высший административный суд лишил этого права компанию «Недра Луганщины», позволив начать эксплуатацию спорных участков с запасами голубого топлива на $8 млрд шахте им. Засядько.

Комментировать вердикт Высшего админсуда никто не вправе. Однако вопросы остаются.

Метан с разных сторон

Добыча и использование шахтного газа метана — весьма актуальное сегодня направление.

Мировые запасы метана угольных пластов оцениваются в 260 трлн. кубометров. На долю Украины приходится примерно 12-25 триллионов «кубов». Из них около 3-4 трлн. составляют промышленные запасы — это почти в 50 раз выше количества ежегодно потребляемого в стране природного газа. А современные технологии позволяют в обозримом будущем довести годовую добычу шахтного метана до трех миллиардов кубометров в год.

Есть и другая — экологическая — сторона проблемы. Метан, содержащийся в угольных пластах и вмещающих породах, — постоянный, длительный по времени и значительный по интенсивности источник загрязнений атмосферного воздуха. Его добыча позволит сократить выбросы в атмосферу в несколько раз.

Пока же по количеству выбросов метана угольных шахт в атмосферу Украина занимает пятое место в мире — ежегодно в воздух «уходит» около 1,2 миллиарда кубометров газа. По подсчетам специалистов, сегодня в стране утилизируется лишь десятая часть шахтного метана. Возможно, это объясняется тем, что шахтный метан традиционно воспринимался, прежде всего, в качестве источника отравлений и взрывов. Отсюда вытекала и главная задача — избавиться от него. Сегодня примерно 15% объема метана улавливается системами дегазации шахт, но используется лишь не более половины этого количества. А львиная доля шахтного газа не только уходит «на ветер», но и представляет потенциальную угрозу здоровью украинцев.

Наибольшее количество шахтного газа, по мнению экспертов, накопилось в недрах Донбасса.

Так, в Луганской области сегодня действует 36 угледобывающих шахт, выделяющих метан. Дегазация угольных пластов осуществляется на 15 шахтах при обработке 19 выемочных участков. Шахтами области ежегодно выбрасывается в атмосферу 258,6 млн. кубометров метана.
Нужно учитывать, что метан выделяют и закрытые шахты, зачастую создавая тем самым опасность для проживающих неподалеку людей.

В рамках Программы устойчивого развития Луганской области, реализуемой при содействии ООН, специалисты ищут оптимальные пути решения наболевшей в регионе «метановой» проблемы. ООО «Недра Луганщины» — одна из наиболее активно участвующих в этих процессах компаний.

Компанию связывают с именами угольного «барона» Ивана Аврамова и его бизнес-партнера депутата Верховной Рады от Партии регионов Юрия Иванющенко. ООО «Недра Луганщины» получило широкую известность в 2007 г., когда подписало с Луганским горсоветом договор о совместной деятельности по утилизации метана на местном полигоне твердых бытовых отходов. Чуть позже компания стала разработчиком Есауловского участка известняков и оператором одного из крупнейших месторождений песка в Луганской области — Боровеньковского (площадь более 100 га). Но настоящий расцвет ее деятельности пришелся на 2008-2009 гг.

«Нужны тысячи скважин…»

ООО «Недра Луганщины» занимается «метановой» проблемой с 2008 года, — рассказал «ОстроВ» руководитель предприятия Александр Павленко. В 2009-м через аукцион нам удалось получить пять специальных разрешений по использованию недр с целью геологического изучения с опытно-промышленной разработкой шахтного газа метана угольных пластов. Нынешней зимой получили еще одну лицензию. Так что есть шесть лицензионных полей, на которых мы сейчас работаем.

Первые площади, которые «осваивали», — Штеровская, Алмазная и Запорожская (в районе Красного Луча). Все они граничат с бывшими шахтными полями, потому и называются по названиям бывших шахт. Уже составлены проекты геологоразведки, частично начаты работы. Газ там есть, сейчас он поступает из дегазационных скважин, пробуренных еще в середине 50-х годов прошлого века. Но дебет очень маленький — всего около 200 «кубов». Нужны тысячи скважин для того, чтобы собрать все имеющиеся запасы воедино и попробовать использовать. И тут старые методы, конечно, не годятся. Необходима специальная современная технология, позволяющая бурить скважины очень быстро. Единственно правильное техническое решение, на наш взгляд, — американская технология горизонтального бурения и соответствующее канадско-американское и китайское оборудование. Если мы все это приобретем, скважину глубиной 800 м можно будет пробурить всего за 3-4 дня. А мы планируем бурить по 100-150 скважин — на тех полях, где есть так называемые угли-целяки (в местах, куда шахтная разработка не дошла, и где никто ничего не делал). Переговоры о закупке технологии и оборудования сейчас находятся в фазе заключения договоров.

Другие лицензионные площади находятся в районе Первомайска — Первомайская и так называемый Марьевский полигон (Попаснянский район). Уже разработаны все проекты, в том числе отдельный — по бурению трех скважин глубиной от 1200 до 2500 м. Одна скважина на 1250 м уже готова, в ней ведутся геофизические исследования. Газ здесь тоже есть, технология его получения сейчас отрабатывается, и, возможно, в ближайшем будущем будет строиться станция подготовки. Ждем только полной картины всех геофизических исследований.
Сейчас на повестке дня — бурение новой скважины глубиной 2500 м (зимой планируем закончить все подготовительные работы).

Лицензия на последнюю площадь — Георгиевскую — выдана нам совсем недавно, здесь еще идет разработка проекта геологических исследований, отрабатывается стратегия разведки.

Разрешить—подумать—запретить

На достигнутом решили не останавливаться. Накопленный за годы опыт работы и нешуточные вложения стали причиной обращения ООО «Недра Луганщины» к Луганскому областному совету с ходатайством о выделении предприятию еще семи лицензионных площадей для разработки метана и природного газа.

Наша стратегия заключалась в следующем, — продолжает Александр Павленко. — Мы определили участки, которые граничат с теми, где работаем сейчас. Что касается добычи природного газа, это реальная, но пока отдаленная перспектива. А в отношении разработки метана эти участки прекрасно дополнили бы наши, уже изученные. Получился бы цельный массив, который мы могли бы нормально разрабатывать, имея соответствующую технологию, разведку, достоверные данные по сейсмике, геофизике и всему остальному. Для нас это было бы оптимально.

В феврале нынешнего года Луганский областной совет одобрил передачу компании семи углеводородных участков. Возможность добывать шахтный газ «Недра Луганщины» получили на Чугинской, Верхнебогдановской, Герасимовской и Кировской площадях, а природный газ — на Кудрящевской, Голиковской и Славяносербской.

Но заняться освоением этих участков предприятие так и не смогло, поскольку с этим не согласился еще один видный «регионал» — бывший и. о. премьер-министра Украины Ефим Звягильский. По информации «Деловой столицы», подконтрольное ему ПАО «Шахта им. Засядько» полгода назад добилось от Луганского окружного административного суда отмены февральского решения Луганского облсовета о передаче в эксплуатацию «Недрам Луганщины» семи злополучных нефтегазоносных площадок.

Издание сообщает, что «из мотивировочной части судебного решения следует: луганская компания не может эксплуатировать данные площади, так как их координаты совпадают с участками, выданными шахте им. Засядько. В подтверждение этого представители Ефима Звягильского предоставили распоряжение Кабмина №2295-р от 22 декабря 2010 г., которым была одобрена выдача шахте спецразрешений на пользование недрами девяти участков, семь из которых (Западнодеркульский, Ямпольский, Севернолобачевский, Золотаревский, Закутний, Сербский и Сиротинский) занимают ту же территорию, что и площади «Недр Луганщины». Это не устроило оппонентов г-на Звягильского, и ООО оспорило невыгодный ему вердикт Луганского админсуда. Свою оборонительную стратегию предприятие выстроило на том, что в момент передачи ему спорных нефтегазоносных площадок в стране не существовало порядка выдачи спецразрешений на пользование недрами, а значит, не было и его нарушения. Но представители Фемиды данным аргументам не вняли: в июле 2011 г. решение первой инстанции оставил в силе Донецкий апелляционный административный суд, а в конце октября и Высший админсуд.

Такой итог судебных разбирательств сделал шахту им. Засядько единоличным распорядителем углеводородных площадок. Сейчас она может начать на них сейсмическую и геологическую разведку. Этот комплекс работ потребует от шахты многомиллионных инвестиций, но они могут окупиться сторицей. Ведь предполагаемые суммарные запасы голубого топлива на отвоеванных Ефимом Леонидовичем площадках составляют порядка 20 млрд. кубометров, что в пересчете на рыночную стоимость газа (около $420/1 тыс. куб. м) превышает $8 млрд. Другое дело, что старожилу донецкого бизнеса данные деньги вряд ли достанутся легко. Ведь господа Иванющенко и Аврамов имеют значительное влияние на Государственную службу геологии и недр, которая при желании может остановить или аннулировать действие спецразрешений шахты им. Засядько. Поэтому Ефиму Звягильскому нужно будет постараться в дальнейшем не портить отношений со своими влиятельными конкурентами, и, возможно, даже пойти им на уступки».

«Предынфарктного состояния нет»

«ОстроВ» обратился в ООО «Недра Луганщины» с просьбой прокомментировать эту ситуацию.

В свое время мы даже не обратили внимания на то, что шахта Засядько занимается вопросами по получению лицензии, — говорит Александр Павленко. — Просто делали свое дело. Конечно, на определенном этапе уже было понятно, что у шахты есть какой-то интерес, но в чем он конкретно, мы не знали. Так что говорить о полном совпадении наших интересов вряд ли стоит. Но, так или иначе, они пересеклись. А вот пути достижения цели не совпали. Шахта Засядько пошла по безаукционному пути, пытаясь получить лицензии через Постановление Кабмина. В этом случае получается, что предприятию на ровном месте дают карт-бланш. А оно не имеет здесь ни инфраструктуры, ничего, просто приходит на «голое» место. Но ему как бы выписывают индульгенцию — идите, работайте. И при этом игнорируется, что другие люди здесь уже чем-то занимались.

А между тем геологоразведка — очень материалоемкое производство, включающее в себя массу затрат, которые могут и не окупиться — слишком уж велики риски. Конечно, потенциально можно получить очень большую прибыль. Но чтобы это произошло, надо пробурить не одну скважину. А стоимость бурения каждой исчисляется миллионами. И даже когда деньги дает инвестор, порой терпения не хватает — одна скважина пробурена, две, вложены уже миллионы. И говоришь: давайте бурить третью, будет газ, будет… Как в казино! А где-то уже срабатывает чувство самосохранения.

Шахта им. Засядько выбрала такую стратегию — «застолбить» за собой эти участки, а там видно будет. Мы же шли к получению лицензий своим путем, как считаем, — правильным, законным. Получили разрешения во всех местных райадминистрациях о возможности заниматься геологоразведкой на этих участках, подготовили соответствующие экологические карты и все необходимые материалы подали на сессию областного совета. Они прошли все комитеты, вопрос был вынесен на повестку дня, за него нормально проголосовали. Но дончанам, чтобы получить эти лицензионные поля, тоже необходимо было решение сессии Луганского облсовета, позволяющее проводить геологоразведку (порядок это предусматривает), Так что последним вопросом на сессии оказался вопрос о тех же самых участках, но уже в связи с шахтой Засядько. И за него тоже проголосовали.

Мы понимали, что если уже начали добиваться получения лицензий законным путем, надо идти дальше, обратной дороги нет. Хотели только одного — чтобы эти площади попали на аукцион, чтобы лицензии были получены в честной конкурентной борьбе, с соответствующими отчислениями в государственный бюджет. Проведение аукционов — дело публичное, объявления о них заранее публикуются в центральной прессе, все желающие участвовать заявляются. То есть, никакого преимущества мы не получали.

Но аукцион не состоялся — все время шли суды. 18 октября принято постановление Верховного суда, которым решение сессии облсовета по нам отменено, а по шахте им. Засядько — оставлено в силе. Так что, согласно Постановлению Кабмина, эти участки им будут выделены.

Но остается еще вот какой вопрос. Как бы мы ни пытались сохранить свои разработки в тайне (а это действительно коммерческая тайна), все равно вынуждены предоставлять отчетность в Геоинформ и другие организации. Так что эти данные, так или иначе, в какой-то степени становятся публичными. И когда мы провели комплекс работ за свои деньги, а рядом вдруг появляются «товарищи», которые просто пользуются нашими данными — это как-то не совсем правильно.

Компания «Недра Луганщины» серьезно пострадала материально?

Конкретно в эти участки мы еще ничего не вложили. Но ведь существует понятие «упущенная выгода», она легко рассчитывается. И это большие деньги.

Но в целом пока ситуацию можно назвать дележом шкуры неубитого медведя. На стадии геологоразведки уверенно говорить о том, что газ есть и сколько его, просто не имеет смысла. Нужно пробурить вначале поисковые скважины, затем — разведочные, если газ будет, начнется опытно-промышленная разработка. Потом вырабатывается 10% потенциала, и только лет через 10 лет можно приступать к разработке месторождения «по-настоящему». Кроме того, на основании предоставляемых в геослужбу отчетов государственная комиссия по запасам может «законсервировать» эти участки, посчитав их стратегическим запасом. Даже если этого не произойдет, тот, кто занимался геологическими исследованиями, имеет всего лишь приоритетное право на разработку и добычу. А решать все равно государству. И шахта Засядько неминуемо столкнется с этой ситуацией.

Но если все так туманно, почему в прессе прозвучала цифра 8 млрд. долларов?

Когда еще велась разведка угольных месторождений, подсчитывались и запасы метана, содержащегося в угле. Отсюда эта сумма.

Что теряет Луганская область в результате передаче участков донецким разработчикам?

Прежде всего, новые рабочие места. Ведь даже на обыкновенной вахте при бурении одной скважины задействовано, как минимум, 30-40 человек. Пока же многие специалисты теряют квалификацию или вовсе уезжают из области. Какой уж тут кадровый потенциал!

Кроме того, каждая область заинтересована в развитии своих предприятий. У нас же сегодня, увы, очень многие попросту «лежат». К примеру, «ВостокГРГП» — главное геологическое предприятие Луганска, с немалым потенциалом — большой лабораторией, где выполнялась масса анализов, другими службами. Сегодня оно стоит — директора сняли, геослужбой назначена комиссия. А ведь это предприятие стратегического значения — в общеукраинских масштабах! И мы не имеем возможности пользоваться его потенциалом.
Я на 100% уверен, что теперь все необходимые анализы, геофизические и другие исследования будут проводиться не в Луганской области. А наши предприятия как «лежали», так и будут «лежать».

Безусловно, надо учитывать и налоговые вопросы: если бы мы занимались разработкой, деньги бы поступали в бюджет области. Плюс при проведении полноценной геологоразведки выигрывают местные советы — это ведь инфраструктура, развитие. В нашем угольном регионе многие поселки до сих пор не газифицированы, а это реальная программа газификации.

Ваше предприятие поставило точку на участках, ставших «камнем преткновения»?

Вовсе нет, скорее, многоточие. По большому счету, для полноценной разработки нужны объединенные усилия.

Кроме того, есть простые вещи. Существует геоконтроль — подразделение геослужбы, наблюдающее за выполнением программ по геологоразведке. В них четко сформулированы объемы работ на каждый год действия лицензии. И ежегодно проводятся очень серьезные проверки. Если работы не ведутся или ведутся не в полном объеме, геоконтроль сначала приостанавливает действие лицензии, потом направляет материалы в геослужбу, и в комитете принимают решение об аннулировании лицензии или приостановлении ее действия.

Так что пусть дончане пробуют на этих полях поработать. Я не уверен, что у них сегодня есть силы и средства, чтобы начать масштабное бурение. Но попытка не пытка.

Как будет дальше? Время покажет. Предынфарктного состояния у нас нет, поскольку есть другие участки, огромный фронт работ — на 10 лет вперед. А там, даст Бог, газ пойдет — будем добывать, двигаться дальше.

Как я уже говорил, неизвестно, будет ли на спорных участках добыча газа, есть ли он там. Но даже если будет, для добычи нужна отдельная лицензия, которую необходимо приобретать через аукцион. В этом случае уже через Постановление Кабмина, отдельным порядком не предусмотрено. Без аукциона можно обойтись только при наличии соответствующего имущественного комплекса по переработке газа. Если на наших площадях будет добываться газ и стоять станция по его подготовке, мы будем иметь преимущество в праве разработки и этих участков — уже как месторождений. Конечно, это дело не одного дня и не одного года.

Если шахта Засядько захочет, она сможет пользоваться нашими станциями по подготовке газа. Будем через себя «прогонять» — Украина же получает деньги за транзит газа. Вот и мы будем брать за подготовку. Это бизнес, так что никакие варианты сотрудничества не исключаются.

Марина Савинова, «ОстроВ»

 





 



ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: