Вверх

На прошедшей неделе западные СМИ продолжали писать об эскалации конфликта на востоке Украины. Однако настроения и симпатии заметно сместились. Вслед за растерянностью и страхом, злостью на Россию за разжигание войны и скрытое участие в ней, горячей поддержкой Украины, а потом и очередной усталостью от нее пришли обвинения уже в адрес самой Украины.

Как отметили в немецкой Die Zeit, "эскалация в Авдеевке наступила не внезапно. Она предвещалась, как и в других местах. Об этом сообщали журналисты, предупреждала ОБСЕ. Несколько месяцев в этом промышленном регионе стреляли с наступлением темноты, обе стороны испытывали друг друга и все сильнее приближались к линии разграничения. До тех пор, пока между ними не осталось всего 50 или 100 метров. Пока ситуация не накалилась. Эту ситуацию можно бы было разрешить — если бы на это была политическая воля".

"Логично, что возобновление боев на востоке Украины некоторым образом связано с предшествовавшим ему за девять дней до того политическим событием — инаугурацией Трампа как президента США, — писал американский Foreign Policy. — Но влияние избрания Трампа на баланс войны и мира на Донбассе имеет двоякий эффект. Президентство Трампа подстегнуло не только российскую агрессию, говорят аналитики. Киев тоже становился все менее склонным к компромиссу по мере того, как у него накапливалось все больше сомнений относительно политики Вашингтона касательно этого конфликта".

"Киев показывал пальцем на Россию как на виновницу недавнего возобновления боев, и есть ряд свидетельств, поддерживающих его позицию, — продолжается эта статья. — За три дня до новой вспышки войны Александр Мотузяник, пресс-секретарь украинского министерства обороны, предупредил о российском военном наращивании вдоль границы с Украиной в Ростовской области РФ; на следующий день Россия оповестила Постоянный совет ОБСЕ о возросшем риске эскалации конфликта на Донбассе. Пока что, в отличие от предыдущих масштабных столкновений, свидетельств об участии солдат регулярной российской армии в текущих боевых действиях нет. Но продвижение Киева также внесло свой вклад в новое разжигание войны. Начиная со своего последнего отказа от политики разведения сторон прошлой осенью, Украина совершала все более частые вторжения в "серую зону" — никем не контролируемую территорию между правительственными и сепаратистскими войсками вдоль линии фронта, за которую сражались обе стороны после подписания первого провалившегося мирного соглашения в сентябре 2014 года. С недавних пор сепаратисты начали сами вторгаться на ничейную территорию. В результате серая зона на востоке Украины стала очагом напряженности: во многих местах вдоль линии фронта всего несколько ярдов отделяют правительственные войска от поддерживаемых Россией сепаратистов".

В Foreign Policy констатировали, что общественное мнение в Украине против "болезненных компромиссов" вроде Минских соглашений. Вслед за обществом, радикализировались и политики, так что в Украине больше не осталось "партии мира": всем нужна война. "Все это показывает тревожную картину того, чем может стать война на востоке Украины без вовлеченности Вашингтона — и коалиции, которую он возглавлял — в мирный процесс. Бывший вице-президент Джо Байден, который отвечал за украинский вопрос в Вашингтоне и регулярно общался с Порошенко, играл сдерживающую роль в подавлении более воинственных импульсов Киева и сохранении его приверженности Минскому соглашению. В настоящее время большинство наблюдателей в Вашингтоне и где-либо еще встревожены недавним всплеском насилия и научены смотреть на происходящее как на ободрившийся Кремль. Но бои на востоке Украины сложны и движимы внутренними факторами точно так же, как и внешними", — заключают в американском издании.

Профессор Ричард Саква из Школы политики и международных отношений Кентского университета, чья книга об украинском конфликте вызвала ранее критику в украинских академических кругах как односторонне пророссийская, в письме в The Guardian и вовсе написал, что "Москва отчаянно пыталась сохранять донбасский конфликт замороженным и сдерживала различных боевиков от ответа. В последние недели с нарастающей тревогой мы наблюдали, как украинские войска продвигались за демилитаризованную линию разграничения по стратегии "хватай и держи". Это было признано заместителем министра обороны Украины Игорем Павловским, когда он заявил, что "шаг за шагом… наши ребята продвигаются". Силам повстанцев на Донбассе нечего выигрывать от возобновившегося наступления, но в конце концов они были вынуждены ответить".

Комментируя недельной давности текст этого британского издания, в котором вина за возобновление ожесточенных боев на Донбассе возлагалась на Россию, Саква писал: "Тревожит, что Guardian, похоже, имеет воодушевление очернять Путина и дискредитировать нынешнее российское правительство. Это помогает только подрывать "либеральный международный порядок", который, кажется, не в состоянии поддерживать те ценности, которые он провозглашает, и который порождает сейчас конфликт, вместо того, чтобы искать компромиссные решения".

"Санкции должны быть сохранены"

Тем не менее, что касается ЕС, то на прошедшей неделе "главы дипломатических ведомств Европейского Союза в понедельник пообещали сохранить санкции против России за дестабилизацию раздираемой конфликтом Украины, несмотря на замешательство из-за планов президента США Дональда Трампа относительно организации его отношений с Москвой. Решившие больше не ждать ясного послания из Вашингтона, министры иностранных дел стран ЕС сообщили, что их экономические санкции должны сохраниться до тех пор, пока президент России Владимир Путин не начнет выполнять свое обещание содействовать перемирию на востоке Украины и гарантировать, что тяжелое вооружение отведено от пограничных территорий. Ответственная за внешнюю политику ЕС Фредерика Могерини подчеркнула, что ЕС никогда не признает российскую аннексию в 2014 году Крымского полуострова и настояла, что все стороны должны уважать Минское мирное соглашение, направленное на прекращение боев на востоке Украины между правительственными войсками и поддерживаемыми Россией сепаратистами. "Я не могу сказать, какова позиция в этом вопросе руководства США, но я могу сказать, какова позиция в этом вопросе европейцев", — отметила Могерини", — сообщила The New York Times со ссылкой на The Associated Press.

"Эскалация боевых действий на востоке Украины произошла на прошедшей неделе, убив как минимум 36 человек, включая гражданских, и ранив десятки, — говорилось далее в этом сообщении. — Свыше 9800 человек погибли с начала войны в 2014 году. ЕС ввел ряд продлеваемых экономических санкций против России в июле 2014 года. Они включают экономические и дипломатические меры, как отмену встреч на высшем уровне, запрет на въезд и заморозку активов людей, связанных с аннексией Крыма или обвиняемых во влиянии на нарушение территориальной целостности Украины. Некоторые из этих мер были продлены в декабре до 31 июля. "Великобритания будет настаивать на том, что повода для облегчения санкций нет, есть все основания для поддержания давления на Россию", — сказал британский министр иностранных дел Борис Джонсон. Министр иностранных дел Литвы Линус Антанас Линкявичюс описал события на востоке Украины как "сверхнепредсказуемые". "Это может вспыхнуть в любой момент, — сказал он. — Санкции должны быть сохранены, это как минимум. Мы не видим никаких оснований смягчать их или пересматривать. Мы не видим улучшений"".

Но в то же время украинский писатель и поэт Сергей Жадан в статье для Neue Zürcher Zeitung, очевидно, чувствуя перемену настроений на Западе, написал, что "если посмотреть со стороны, как развиваются отношения между ЕС и Украиной, не избавиться от неприятного впечатления, что Украина должна воевать на двух фронтах. Референдум в Нидерландах, ухудшение отношений с Польшей, постоянные попытки некоторых европейских политиков снять санкции с России, отказ отменить визовый режим для украинцев — все это подрывает отношения на равных и разочаровывает. У Украины уже давно нет никаких иллюзий. Здесь совершается коренная перемена в установках: мы поняли, что в нынешней ситуации, с войной, оккупацией и изменением геополитических условий, мы предоставлены сами себе. Мы поняли и постоянно осмысляем заново, что такие понятия, как демократия и достоинство для многих жителей ЕС давно стали чем-то абстрактным, чем-то в прошлом, что как-то еще, может быть, связано с политологическими исследованиями, но не с реальной жизнью".

Напоминая о событиях трехлетней давности, когда на Майдане в Киеве "борьба против власти объединила демократов и консерваторов, националистов и либералов", Жадан писал, что "Европа была контрпроектом всему тому, что олицетворяло постколониальность, постсоветскость и лояльность Путину. Европа против советского наследия, Европа против реабилитации сталинизма, Европа против российского шовинизма".

По ту сторону линии фронта

Убийство в Донецке главаря незаконного вооруженного формирования "Сомали" Михаила Толстых, известного под позывным Гиви, западные СМИ также не обошли, конечно, вниманием. Как говорилось в сообщении The Associated Press, опубликованном на сайте The New York Times, "убийства высокопоставленных военачальников на украинском Донбассе начались в мае 2015 года с подрыва харизматичного Алексея Мозгового. Рядовые сепаратисты и местные жители сообщали о росте российского влияния на этой территории летом 2015 года, когда Москва попыталась, по-видимому, обуздать полевых командиров, некоторые из которых, очевидно, вышли из-под контроля, совершая убийства и насилия в отношении мирного населения".

"Само существование неконтролируемых военачальников вроде Гиви поддерживало упорный отказ украинского правительства вести переговоры с теми, кого оно рассматривало как террористов, — говорилось также в этом сообщении. — Гиви и другие полевые командиры, которые были убиты за последние два года, открыто издевались над военнопленными и участвовали в том, что можно назвать военными преступлениями. В то время как неуправляемые военачальники погибали вследствие взрывов автомобилей, руководство контролируемыми повстанцами частями Донецкой и Луганской областей оказалось скорее в руках бюрократов, связанных со свергнутым президентом Виктором Януковичем, уроженцем Донбасса, чем у военачальников, которые возглавляли восстание. В отличие от убитых полевых командиров, донецкие бюрократы считаются менее радикальными и более склонными к торгам с Киевом".

При этом в Die Zeit подробно рассказали о том, почему с некоторых пор западные журналисты не рассказывают о положении дел на неподконтрольной Украине территории из первых уст. Корреспондент немецкого издания пишет, что она и те из ее коллег, которые освещали конфликт с его ранних стадий, больше не получают аккредитации в "республиках".

Так, "чтобы работать ближе к фронту, нам сначала нужен был только простой, невзрачный бумажный документ, который служил аккредитационным удостоверением. Через несколько недель от нас вдруг потребовался некий штамп в нашей аккредитации. Затем военная аккредитация стала обязательной. Потом нас иногда заставляли указывать весь маршрут перед тем, как нас пропустят на территорию боевых действий. Проверка сепаратистскими спецслужбами занимала несколько дней, но нам все еще всякий раз давали аккредитацию. Однако в ноябре 2015 года все вдруг изменилось. Мы стояли на последнем украинском блок-посту на пути в Донецк. Оттуда мы сделали последний телефонный звонок, который должен был предупредить противоположную сторону о нашем приезде. Однако внезапный ответ от сепаратистов был: "Нет! Вы не можете въехать. У вас нет аккредитации. Точка". Никакого объяснения, никакой причины, никакой возможности вмешаться".

"Мы просили о помощи ОБСЕ, — продолжает корреспондент Die Zeit. — Кто-то там сказал, что многие западные журналисты сталкивались с той же проблемой. Там также сказали, что с тревогой наблюдают, как эта территория становится изолированной. Они ничего не могли с этим сделать. Мы не сдавались. Потому что, как уже было сказано, это было чрезвычайно важно для нас — сообщать об обеих сторонах. Мы позвонили в офис Die Zeit в России. Есть ли у нас какие-то контакты в Москве, которые могли бы что-то сделать? Такие люди есть, мы это знаем. Но звонок оказался бесполезным. Правительство, которое отрицает вовлеченность в войну, не может быть помощником".

"Так что мы остались на фронте, но на территории под контролем украинской армии. Как результат, теперь мы сообщаем только об одной стороне, то есть, о том, что происходит на территории, контролируемой Украиной. Мы не могли писать об арестах и пытках на сепаратистской территории. О произволе, экспроприациях, стрельбе по гражданским объектам с украинских позиций, о злости живущих там людей на украинское правительство. В самопровозглашенных "народных республиках" нет никого, кто был бы ответственным за запрет на въезд и нарушение договоренных обязательств — а в Киеве есть. Требования и давление ничего не могут достичь на сепаратистской территории — а в Киеве могут. Злоупотребления есть и там, и там. Но когда президент Украины опубликовал список людей, которым запрещен въезд, включавший ряд журналистов, международный протест был такой огромный, что на следующий день список был переделан. В этом разница. В Украине есть государство, на которое можно возлагать ответственность. На сепаратистской территории — нет. Так что там происходит?", — задаются риторическим вопросом в немецком издании.

Обзор подготовила Юлия Абибок, "ОстроВ"


МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: