Вторник, 21 августа 2018, 06:551534823734 Написать нам Реклама на сайте Мобильная версия English

Вверх

Оперная певица и экс-депутат Госдумы РФ Мария Максакова уже более года живет в Украине. И в ближайшем будущем связывает свою жизнь с Киевом. После трагической гибели ее мужа – Дениса Вороненкова, она активно занимается музыкой, и уже скоро впервые выступит на сцене Национальной оперы. В интервью «ОстроВу» Мария Максакова рассказала о своих украинских корнях, как намерена помогать одаренным детям, о профессиональном прорыве и почему не хочет возвращаться в Россию.

- После переезда в Киев Вы создали Фонд для поддержки одаренных детей в области музыки. Чем конкретно занимается эта организация?

- Сейчас мы работаем над тем, чтобы создать виртуальное пространство – социальную сеть, где между талантливыми детьми и их почитателями будет осуществляться живое общение. Главное отличие этой соцсети - возможность оказать ребенку персональную помощь. Подчеркиваю – помогать не Фонду, а конкретному юному таланту, у которого будет свой расчетный счет. Уже есть банки, которые согласны работать с нами по этому вопросу. Одаренные дети - это будущая элита Украины. Ведь они способны не просто освоить игру на каком-либо музыкальном инструменте, а делают это выдающимся и даже виртуозным образом, занимаясь с раннего детства по 5-6 часов каждый день. Безусловно, это очень целеустремленные дети, которые, если и не будут музыкантами в дальнейшем, то станут великими пассионарными людьми.

- На странице Фонда в Фейсбуке периодически выкладываются видео выступлений юных талантов. Кто-то ими уже заинтересовался, чтобы помочь?

- Сейчас еще идет доработка портала, где у каждого участника – ребенка будет своя персональная страница. Предусмотрено, что еженедельно будут проводиться конкурсы, зрительское голосование. И непосредственно тогда заинтересованные люди смогут общаться с ребенком и помогать ему. Параллельно дети присылают нам сейчас свои конкурсные работы, которые мы смотрим и выкладываем в Фейсбуке. При этом мы обращаем внимание на количество лайков, комментарии, то есть реакцию общественности. Это учитывает Наблюдательный совет Фонда при отборе участников.

- Есть ли ограничения по количеству конкурсантов?

- У нас ограничений нет. Но нам необходимо отобрать такой контент, который будет интересен тем, кто захочет в дальнейшем помочь ребенку. Мы не берем всех детей, которые хотят заниматься музыкой. Выбираем одаренных в академическом вокальном искусстве ребят. Допустим, я приезжаю во Львовскую музыкальную школу имени С.Крушельницкой. Логично, что почти у всех ее воспитанников гораздо более высокий уровень, чем у их сверстников из обычной школы, и именно они попадают к нам на портал. Выбираем лучших. К тому же, мы заинтересованы и в том, чтобы портал имел знак качества.

- Но ведь бывает так, что ребенок усердно занимается, но не встретил, как говорится, своего педагога, который помог бы ему раскрыться в полной мере.

- Если мы видим, что ребенок действительно одаренный, но в силу каких-то причин было упущено время, то для этого у нас есть наставники. Молодые украинские исполнители, которым от 21 до 30 лет, и они готовы брать под свою опеку юные таланты и помогать им. Это один из видов помощи на портале. Пока это профильная музыкальная сеть, но надеюсь, что в дальнейшем география сфер деятельности расширится.

- Сейчас Вы работаете в Академии руководящих кадров культуры и искусств Украины. Сколько студентов у Вас занимается?

- Двое. Это не очень много. Но вопрос не в этом. Можно усердно заниматься с двумя студентами и добиваться хороших результатов. А можно иметь класс, как у меня был в Российской академии музыки имени Гнесиных, - 20 человек. Да, многие из них добились успехов. Но при таком количестве студентов все равно возникают приоритеты: кто-то более старателен, и педагог начинает ему уделять больше внимания, а другой студент, наоборот, более пассивен. Я считаю, что педагог по вокалу может заниматься три раза в неделю со студентами не более семи человек.

- В украинских профильных вузах (академии, консерватории) очень мало внимания уделяется актерскому мастерству. И когда выпускник приходит работать в оперный театр, у него начинаются сложности. Вы согласны с этим?

- Это повсеместное явление в вузах, и не только украинских. Почему создала в свое время свою школу Галина Вишневская? Она понимала, что если в консерватории студентов научили хотя бы звукоизвлечению, технике, то актерских навыков для работы на сцене у певцов почти нет. И в Москве она создала свою школу в 2002 году. Еще в советские времена действовали оперные студии. Сейчас этого нет, поскольку требует больших затрат: нужны деньги на студенческие постановки, содержание оркестра минимум из 30 человек.

- Для того чтобы выпускать профессионалов, необходимы оперные студии при вузах?

- Конечно, но это требует соответствующего финансирования, что сейчас проблематично.

- Многие оперные певцы, особенно молодежь, уходят в эстрадный вокал, пытаются показать себя на различных ТВ-проектах, шоу. Насколько это губительно для карьеры певца?

- Думаю, это зависит от цели исполнителя. Если он хочет добиться чего-то в оперном мире, то это, наверное, не очень хорошо. Ведь оперная публика весьма ревнива, и обратного хода в карьере может и не быть. Пробуя себя в разных жанрах, в том числе на эстраде, вы рискуете оттолкнуть вокальную академическую среду. Если же исполнитель очень талантлив и уже добился значительных успехов, то он может позволить себе петь эстрадные песни. Но это, как правило, редкие случаи.

- Как Вы думаете, что мешает продвижению оперных певцов в Украине?

- Сейчас наиболее благоприятная ситуация, сложившаяся за последние годы в Украине. Потому что, во-первых, Министерство культуры возглавляет Евгений Нищук, который, будучи блестящим артистом, продолжает играть в театре. Он знает все тонкости профессии, всю изнанку этой среды. Поэтому сейчас, как никогда, у всех театров появился большой шанс для развития. Во-вторых, он молод и ему не чужды проекты креативной и талантливой украинской молодежи, стремящейся реализовать свои идеи. То же самое могу сказать и о Диане Поповой, возглавляющей департамент культуры в Киеве. Они постоянно фонтанируют интересными проектами.

Но еще мало времени прошло – только три года. Сейчас только закладываются рельсы, и дай Бог, по ним поезд поедет в нужном направлении. Сложность еще и в том, что не хватает денег для реализации креативных идей и проектов.

- Вы видели спектакли с участием Евгения Нищука в театре им. И. Франко?

- Я смотрела очень много его работ, но в Youtube. Надеюсь, что скоро получится увидеть и в театре.

- Каковы сейчас Ваши приоритеты в творчестве?

- Сейчас много времени занимаюсь с прекрасным педагогом, равного которому в моей жизни еще не было, - народной артисткой СССР и Героем Украины Марией Юрьевной Стефюк в Национальной опере Украины. Она - замечательная женщина и уникальная личность! Мне ее порекомендовали главный режиссер Анатолий Соловьяненко и гендиректор театра Петр Чуприна. И Мария Юрьевна своим волевым решением лишь за два урока настояла на том, чтобы я начала петь в более высоком диапазоне. Я отказалась от своих старых партий (несмотря на то, что до этих пор в моей карьере все шло успешно) и занимаюсь с педагогом над новыми партиями. Считаю, что такой профессиональный прорыв для меня как чудо, за что я безгранично ей благодарна. И уже скоро на сцене оперного театра буду исполнять партию Оксаны из оперы «Запорожец за Дунаем» и Дездемоны в «Отелло». А потом уже будут новые планы на будущий сезон.

- В одном из интервью прозвучало, что Ваша знаменитая бабушка - оперная певица Мария Максакова тоже выступала в свое время на сцене Киевской оперы. Это действительно так?

- Мне пока не удалось найти прямое подтверждение этому факту. Я узнала, что в «Комсомольской правде» от 1 апреля 1935 года была опубликована информация о том, что проходил концерт. Но думаю, если он и был, то вероятно, в здании филармонии.

А насчет оперного театра пока никаких данных нет. Зато с уверенностью могу сказать, что мой дедушка – Максимилиан Максаков (который и положил начало нашей династии) родился в Черновцах.

- Вы совсем недавно влились в коллектив киевской оперы, не ощутили ли Вы конкуренции в театре?

- Думаю, это преувеличено. На самом деле, если руководство театра, так сказать, не стравливает между собой исполнителей, и каждый из них занимает свое место и имеет репертуар, то проблем нет. Единственный момент, когда обостряется конкуренция – в борьбе исполнителей за премьерный спектакль, когда они доказывают дирижеру, кто из них достоин выступать на премьере. Но это происходит во всех театрах. А если говорить о репертуаре, то у каждого певца есть свой график, и я не вижу смысла, кому и зачем конкурировать.

- Среди артистов балета всегда напряженная ситуация в этом плане.

- Возможно, ведь у них и цена жертвенности для профессии выше. Артисты балета соблюдают более строгий режим жизни – это касается и питания, и физических нагрузок. Оперный певец, безусловно, придерживается определенного режима, есть свои нюансы. Например, невозможно чисто физиологически петь в полный голос более двух часов в день. А конкуренция среди певцов в театре, как правило, минимальна. В этом смысле более уместно говорить о взаимовыручке. В Мариинском театре, где я проработала 8 лет, мы всегда друг друга страховали: если кто-то не может петь в своем спектакле, то просит замену. И каждый идет друг другу навстречу. И так должно быть везде.

- Вы скучаете по Мариинскому театру?

- Нет. Потому что мне более интересно в профессиональном плане петь в той тесситуре, в которой сейчас пою. Если вы думаете, что в Мариинском театре я не мечтала о каких-то более высоких партиях, то это не так. Да, на тот момент мне хотелось исполнить партию Доны Эльвиры (сопрано) в «Дон Жуане». И я не видела для себя к этому никаких препятствий – у меня пограничный голос, и я смогла бы это сделать. Кстати, ничто не помешало блестяще исполнить эту партию обладательнице меццо-сопрано - Кристе Людвиг. А сейчас у меня есть возможность реализовать свои стремления на сцене Киевской оперы. И я этим наслаждаюсь.

- С переездом в Украину гастрольная деятельность за границей как-то изменилась?

- Скорее, изменилась в связи с тем, что я отказываюсь от предлагаемых низких вокальных партий. Думаю, что через некоторое время все уже свыкнутся с тем, что у меня другой репертуар, и будут новые предложения.

- В последнее время Вы активно ведете свой видеоблог. Почему решили его создать?

- Если вас используют бесплатной артисткой в различных шоу (на российском ТВ), где снимают по 5-6 передач ежемесячно, то это надоедает. Поэтому решила создать первоисточник – видеоблог, где я буду говорить от первого лица все, что думаю, и сколько хочу. Российские СМИ продолжают что-то выискивать уже из видеоблога, но это другой вопрос. Но видеоблог – это контент, который создаю я сама как автор. Хотя продолжают приезжать какие-то засланцы или шпионы, представляясь журналистами украинского телеканала, пытаются взять эксклюзив. Мы это быстро разоблачаем

- А как реагируете на негативные комментарии? Вы читаете их?

- Читаю, но возможно, все не успеваю увидеть, поскольку негативные высказывания, которые являются лишь низкопробной риторикой, удаляются. Если пользователь выражает свою скупую примитивную мысль в хамской манере, то кому это нужно? Это неинтересно ни по форме, ни по содержанию. Я не против критических комментариев, если они отличаются остротой мысли.

- Как появилась идея исполнения украинских песен в оригинальных аранжировках, которые представлены в блоге?

- Желание петь украинские песни у меня уже давно созрело. Но я не до конца понимала, как реализовать это неординарно и со вкусом. Приходили многие поэты, композиторы и предлагали эстрадные песни, но в таком случае теряется уникальность. И появился Сергей Жоров (продюсер), который нашел аранжировщика Александра Матиенко. И мы начали записывать песни в студии.

- Исполнение украинских песен помогает в изучении языка?

- Звичайно. Коли я приїхала до Києва, то спочатку нічого не розуміла, що кажуть люди. А після того, як я почала розуміти, що вони говорять, то ще півроку не могла говорити українською мовою.

- Спеціальні уроки брали з української?

- Так. З викладачем більш-менш розумієш граматику, фонетику мови, але все одно це не замінює живого спілкування. І тому я просила всіх, щоб вони спілкувалися зі мною лише українською.


- Планируете ли Вы получать украинское гражданство?

- Я получила вид на жительство, что, фактически, дает необходимые мне права для жизни. Когда, согласно законодательству, истечет определенный срок, смогу получить гражданство.

- В августе прошлого года к Вам приезжал Андрей Малахов для записи интервью. Вы сейчас поддерживаете связь с российскими коллегами?

- Да, но это 3-4 человека из всей страны. В основном, это ярые оппозиционеры, которые всегда ими и были. Они уже пострадали от действующего российского режима. Сейчас там общество погружено в страх. Риск того, что тебя в любую минуту могут достать щупальца силовых структур, очень велик. И, конечно, у людей есть страх оказаться в тюрьме.

- Ваши знакомые в России рассматривают возможность переезда в Украину?

- Думаю, да. Но они из категории скорее реваншистов. Хотя, если кто-то решит переехать, то я только «за». И я согласна с Ильей Пономаревым в том, что людям, которые хотят перейти на сторону добра, необходимо дать возможность максимально развернуться в этом направлении. При этом нужно обязательно проверять этих людей, чтобы не приютить завербованных дважды обманщиков. Но если объективно человек всю свою жизнь следовал определенным идеалам, то ему здесь надо дать шанс для развития. Тем более, это, как правило, люди-интеллектуалы, с определенными финансовыми возможностями.

К сожалению, произошедшее в моей жизни, убийство Дениса, говорит о том, что российский криминалитет достанет где угодно: мол, даже не суйтесь, везде отыщем и добьем. И в этом смысле нужно создавать в Украине соответствующие условия для безопасности. Знаю, что народный депутат Украины Антон Геращенко инициировал законопроект о программе защиты свидетелей. Аналогичный механизм действует в европейских странах и США. Он призван защитить тех людей, которые, рискуя собой, способствуют становлению здорового общества.

- Насколько справедливо запрещать российским артистам въезд в Украину из-за посещения оккупированных территорий?

- Думаю, это вопрос совести каждого артиста. Им же не запрещают выступать на территории Российской Федерации. Речь идет об оккупированной земле, из-за чего на сегодня мы имеем огромный военный конфликт, где уже погибло более 10 тысяч людей. И когда вы идете по аэропорту «Борисполь», вглядываетесь в портреты погибших, то я не понимаю, как после этого можете поехать туда и выступать. Правильно, что это как-то урегулировано на законодательном уровне.

Когда я еще была депутатом Госдумы, то всех принудительно заставляли ехать в Ялту на конференцию. Я отказалась. Это выбор каждого.

- В каком случае Вы готовы и хотите ли вернуться в Россию?

- Я очень хочу увидеть своих старших детей. Но на данный момент — это невозможно. Все что я могу сейчас - дожидаться, когда они станут достаточно взрослыми, чтобы приехать ко мне. А говорить о поездках в Россию можно будет, только когда произойдет деэскалация конфликта, - и моего личного, и между государствами, что, по сути, одно и то же, т.к. они имеют общие корни - считаю для себя немыслимым.

Собственно, я 10 месяцев ощущаю эту травлю на себе, а государство Украина живет в этом состоянии 4 года. Мне ужасно сложно, а стране – в разы тяжелее.

Вообще - не хочу. Хочу дождаться, когда мои старшие дети станут достаточно взрослыми, чтобы приехать ко мне.

- Киев уже стал родным городом?

- Я его очень полюбила. Если бы раньше, будучи в России, я сказала бы хоть одно плохое слово об Украине, мне совесть не позволила бы приехать сюда.

Сейчас здесь я воспитываю ребенка, уже думаю, где он будет учиться. Да, связываю с Киевом свою жизнь в ближайшем будущем.

- А что Вас вдохновляет?

- Децентрализация. В Украине есть очень много сильных и креативных людей, способных развивать страну, появляется возможность маневра в этом отношении. Есть понимание того, что только три ветви власти, а не одна, могут служить надежной опорой для фундамента построения демократического общества. И это нужно укреплять. В украинском обществе есть запрос и понимание внутренней демократии.

Во-вторых, есть личная ответственность за свою семью, за происходящие события в стране. Поэтому это и есть основа построения демократического общества. Навязать демократию принудительными мерами невозможно, поскольку это стремление рождается внутри каждого гражданина. У людей в сердце зажигается огонек, и они тысячами приходят на Майдан – никто не сгоняет их туда. В России это невозможно, любые попытки протеста сразу же заглушают. В этом существенное отличие от Украины. И мне близка демократическая модель общества. И здесь, в Украине, где она создается, я чувствую себя гораздо лучше, нежели в России. Самое главное – это верховенство закона в любом демократическом обществе. И начинать надо с себя – уважать и исполнять закон.

Беседовала Ирина Голиздра, "ОстроВ"



ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: