Вверх

Email друга*:
Ваше имя*:
Ваш email*:



12 июня в центре Киева состоялся Марш равенства за права ЛГБТ-сообщества. По разным оценкам в акции приняли участие от 1 до 2 тысяч человек. При этом для обеспечения правопорядка было привлечено около 6 тысяч сотрудников полиции.

Накануне проведения Марша ряд националистических организаций ("Правый сектор", Организация украинских националистов) призывали отказаться от его проведения, угрожая устроить "кровавую кашу". Их угрозы остались только угрозами. Марш прошел спокойно и провокаций удалось избежать.

О том, насколько сложно было организовать такое мероприятие, откуда брались средства на его финансирование, а также о соблюдении прав ЛГБТ-сообщества в Украине, в интервью "ОстроВу" рассказала организатор Марша равенства, общественный активист Руслана Панухник.

- Давайте поговорим про Марш равенства, который прошел в Киеве 12 июня. Он оправдал ваши ожидания?

- Я очень довольна, как в этом году прошел Марш равенства. И немаловажным факт – довольна уровнем коммуникации с полицией, и городскими властями. Мы учли все ошибки прошлых лет и постарались спланировать это событие как можно раньше и качественнее. Работа над Маршем велась около полугода. Мы также подготовили отличных волонтеров, которые справились со своей задачей. Конечно, были моменты, которые хотелось бы к следующему Маршу учесть и избежать. Но в целом, считаю, что мы хорошо справились.

- Одни называют это шествие Маршем равенства, другие – гей-парадом, третьи – прайдом. Как все-таки правильно? И в чем была основная идея?

- Киев Прайд 2016 – это неделя различных мероприятий, которая началась 6 июня и закончилась Маршем 12 июня. Марш равенства – это одно из событий в рамках прайда. Мы это не называем парадом, потому что в данной ситуации мы еще не дошли до той стадии, когда можно что-то праздновать (что и подразумевает парад). У нас есть много проблем, суть которых мы хотим донести до общества. Мы хотели показать, что ЛГБТ-сообщество существует и у него есть определенная поддержка. В этом году основной темой Киев Прайда и Марша была "Право на безопасность". В нашей стране практически каждый гражданин чувствует отсутствие безопасности, а представители ЛГБТ – вдвойне.

- В идеале Марш равенства должен перерасти в парад?

- Я думаю, что да. Мы все должны стремиться, чтобы каждому человеку было комфортно жить в Украине, и разные меньшинства могли праздновать свое присутствие в этом обществе.

- Организация безопасности и порядка на Марше строилась на прошлогоднем опыте? Несмотря на секретность, в которой готовился Марш в 2015 года, было совершено нападение радикально настроенных лиц, и тогда несколько человек получили ранения.

- Этот Марш был в своем роде экспериментальным, потому что до этого у нас еще не проводились подобные массовые и открытые ЛГБТ-мероприятия. Работу полиции и план безопасности мы строили, исходя из наших представлений "как это будет работать", или "как это должно работать". Поэтому была пропускная система, рамки, осмотр сумок, вещей и так далее. Были даже случаи, когда людей не пропускали на Марш. В следующий раз я бы добавила больше пропускных рамок, так как очереди были большие.

- Любой желающий мог принять участие в Марше в этот раз?

Конечно. Все, кто соблюдал правила (не носил с собой колюще-режущие предметы и другие запрещенные вещи) и, кто не вел себя агрессивно, мог принять участи в Марше.

- Кто в результате принял участи в Марше?

- На Марш пришли 7 народных депутатов (Сергей Лещенко, Мустафа Найем, Светлана Залищук, Алексей Мушак, Мария Ионова из "БПП", Елена Кондратюк из "Батькивщины", Виктория Пташник – внефракционный депутат, - "ОстроВ"), около сотни представителей дипломатического сообщества и иностранных гостей. Участвовали представители ЛГБТ-сообщества, члены правозащитных организаций, обычные люди. В этом году мы получили колоссальную поддержку от гражданского общества Украины. Было очень много представителей не только правозащитных организаций, но и тех, которые выросли из инициатив Майдана (организации, помогающие воинам АТО, переселенцам и тому подобное). В этом году в Марше также приняли участие люди с инвалидностью. Это большой шаг вперед для нас. И я особенно переживала за их безопасность, но они все равно решили прийти, и все прошло отлично.

- Местная власть помогала в организации Марша равенства?

- Я очень довольна с коммуникацией и сотрудничеством как с киевской властью, так и с правоохранительными органами.

- Никто из них не отговаривал от проведения Марша или о его переносе?

- Такое было. Все хотели его перенести. Но это все процесс.

- Можно подробнее?

- В прошлом году мы исходили из опыта проведения подобного Марша в 2014 году. Тогда нам пришлось его отменить, потому что полиция не смогла гарантировать безопасность. Поэтому, в 2015 году нам пытались говорить, чтобы мы не проводили Марш. И нам стоило многих усилий, чтобы доказать, что мы ничего отменять не будем. В этом году исходящий тезис был о том, что Марш состоится в любом случае, поэтому разговоры велись только о месте и времени его проведения. Это был долгий процесс. Нас отговаривали от центра Киева, предлагали снова прошлогоднюю локацию на Оболонской набережной (спальный район Киева, - "ОстроВ"). Затем настаивали на закрытости мероприятия – участие только по спискам. Даже предлагали перенести дату проведения Марша в последний момент.

- А кто именно это все предлагал? Представители местной власти или полиции?

- И те, и другие. Я уже точно не вспомню, кто и что именно предлагал.

- Кто является организатором Марша?

- У нас есть организационный комитет "КиевПрайд". Это не отдельная организация, а 10 индивидуальных активистов, которые отвечали за отдельные сферы деятельности. Есть департамент Марша, который только им и занимался, это три человека.

- Расскажите, сколько было потрачено средств на проведение Марша равенства и откуда они брались?

- Мы сейчас только подводим итоги и в скором времени будет опубликован открытый финансовый отчет. Но я хочу сказать, что Марш как отдельное событие не требует большого финансирования. Это очень рискованное мероприятие, и доноры не хотят ассоциироваться с тем, что может случиться. Поэтому в этом году у нас была очень сложная финансовая ситуация. Мы искали деньги под конкретные мероприятия. Например, мы собирали средства для организации и проведения тренингов для волонтеров, которые в итоге выделила международная организация "ILGA-Europe". Мы также сделали краудфандинг (сбор средств через интернет, - "ОстроВ"), благодаря которому мы смогли собрать достаточно денег, чтобы оплатить проезд и проживание волонтерам во время Марша.

- И все-таки, какие источники финансировали  Марш равенства?

- Часть финансирования нам дали международные организации "Front line defenders", "ILGA-Europe" и "InterPride", а также, это средства, которые были собраны через интернет.

- Были ли выделены средства из государственного или местного бюджетов на организацию Марша?

- Нет. Скорее всего, средства были затрачены только на мобилизацию полиции. Но точных цифр я не знаю, перед нами не отчитывались по этому поводу.

- Я думаю, это очевидно, что какие-то средства из бюджета все-таки были потрачены для обеспечения правопорядка во время проведения Марша равенства. На этот счет есть много критики о том, что в нынешней экономической ситуации в Украине, когда идет война, нецелесообразно тратить лишние деньги на такие мероприятия. Что Вы можете ответить на этот счет?

- Вечером того же дня был футбольный матч Чемпионата Европы, и я думаю, что государство также потратило много денег на это. Давайте быть честными: или мы во время войны отменяем все и не проводим ничего, или прекратим эту избирательность, особенно в теме, которая касается прав человека. А так получается, что у нас одни люди имеют право собираться, а другие – нет. Мы выступаем за равенство.

- Этот Марш неоднократно называли "пиром во время чумы" объясняя это тем, что в Украине идет война и сейчас не время для веселья и парадов...

- Это не праздник, нам пока нечего праздновать. Это мирная правозащитная демонстрация, и это право каждого человека мирно собираться. В прошлом году основной тезис Киев Прайда и Марша был "Права человека - всегда ко времени", потому что и сейчас, и тогда много критики было из-за того, что идет война и не время это проводить. Но это снова сводится к избирательности и подмене понятий. Марш "Азова", который был недавно в Киеве, ко времени? Никто не говорил, что он не ко времени. Это касается и марша "За традиционные семейные ценности", различных крестных ходов и так далее. Права человека – универсальны и фундаментальны для всех и каждого. Поэтому мы не в праве определять, что ко времени, а что нет. Если мы не будем их соблюдать в кризисных ситуациях, тем самым мы будем порождать авторитаризм и показывать нашей власти, что можно упускать что-то, оправдываясь сложностями.

- Марш охраняли около 6 тысяч сотрудников полиции. Целесообразно ли в воюющей стране задействовать такое количество силовиков для порядка шествия? Противники Марша писали, что лучше бы этих сотрудников отправили в зону АТО или другие неспокойные регионы.

- Для меня это нелогичный аргумент. Эти люди были на своей работе. Они занимаются охраной общественного порядка. Конечно, их привезли из близлежащих регионов, которые, я думаю, не пострадали в этот день. Но если мы сейчас всех сотрудников правоохранительных органов отправим АТО, то я даже не представляю, что будет твориться здесь, в тылу. Охрана общественного порядка – это важная часть работы сотрудников правоохранительных органов. Это не те люди, которых специально вывезли из АТО охранять общественный порядок в Киеве.

- Давайте поговорим в целом о соблюдении прав и свобод ЛГБТ-сообщества в Украине. За последние годы эта ситуация как-то изменилась?

- Я думаю, что изменилась. В 2013 году у нас еще стоял в повестке дня законопроект 8711, который являлся калькой российского закона о запрете гей-пропаганды. А в конце 2015 года Верховная Рада внесла поправку в Трудовой Кодекс, согласно которой запрещается дискриминация при трудоустройстве по признакам сексуальной ориентации и гендерной идентичности. Я считаю, что это положительный знак. Существует также принятая Национальная стратегия по правам человека до 2020 года и план действия к ней. Там предлагается разработать механизмы для легализации в Украине однополого партнерства, законодательство о преступлениях на почве ненависти. В документе говорится также о тщательной работе с государственными чиновниками, полицией и другими социальными группами в образовательном плане и так далее. Мне кажется, что с привлечение общественных организаций и гражданского общества, Кабмин сможет воплотить эту стратегию максимально эффективно.

- А что Вы можете сказать о восприятии представителей ЛГБТ-людей в обществе?

- Что касается восприятия ЛГБТ-людей в обществе, то я могу об этом судить по прайду. По сравнению с прошлым годом – поддержка растет. Многие люди понимают, что такое права человека и толерантность, что мы все разные, но являемся одним обществом и нужно жить вместе без насилия. Поддержка также растет благодаря нашим праворадикальным оппонентам, которые не понимают контекст и их заявления "о кровавых реках" провоцируют людей на отторжение. Многие вышли не за ЛГБТ, а против насилия. Все уже устали от этого. Мы живем в стране, в которой проблемы постоянно решаются насильственным путем.

Нас стали поддерживать больше публичных людей. Я понимаю, что это все политика и это не всегда их личные убеждения, и я вижу, что прайд становится для них пиаром. Только если раньше это был черный пиар и грязь, то сейчас все наоборот: они приходят, чтобы показать, какие они толерантные и как они относятся к правам человека и равенству.

Я считаю, что мы идем в направлении принятия ЛГБТ-сообщества, толерантности и равенству. Общество уже давно к этому готово.

Еще один большой положительный момент в этом году – это заявление Украинской православной церкви Киевского патриархата, где они призвали участников и противников Марша воздержаться от насилия. Я думаю, что это заявление им далось не очень легко.

В недавнем интервью "ОстроВу" лидер "Азова Андрей Билецкий, говоря об ЛГБТ-сообществе, отметил: "Есть упорные бойцы с геями, которые собираются раз в год на сходку и устраивают борьбу. Существует другая группа людей, которые считают права геев самой важной проблемой в стране. Они достойны друг друга. Они все соберутся и проведут свои бои. Я думаю, что общество не должно зацикливаться на этом". Как для лидера националистической организации, это достаточно мягкая и нейтральная позиция в отношении ЛГБТ-представителей. Вы считаете, что это политика или в головах людей действительно что-то меняется и проясняется?

- Я уверена, что это и первое, и второе. Не все могут так быстро поменять свое мировоззрение. Мне кажется, что если этих людей можно связать с политикой, то это политика.

- Если рассматривать ситуацию с соблюдением прав и восприятия ЛГБТ-людей по регионам Украины, то существуют ли различия?

- Ситуация в регионах хуже, чем в Киеве. И дело не в том, что там люди хуже. Наша централизованная система породила то, что центр – более развит и имеет больше ресурсов, чем регионы. И я надеюсь, что реформа о децентрализации как-то исправит эту ситуацию. Но пока регионы находятся в более депрессивном состоянии, чем центр. Там не хватает ресурсов, поэтому там все идет медленнее и сложнее. Конечно, где-то есть инициативные группы и организации, которые этим занимаются и это уже большой прогресс. Например, есть подобное киевскому мероприятию – это Одесса Прайд, который проходил в прошлом году и планируется в августе 2016.

- В каких регионах Украины представители ЛГБТ-сообщества чувствуют себя более безопасно?

- Я считаю, что ЛГБТ-людям опаснее всего открыто высказывать свою позицию в аннексированном Крыму и оккупированном Донбассе. А все остальные регионы Украины имеют свою специфику, где все зависит от ситуации. Я считаю, что везде можно что-то делать, просто нужно искать методы работы под каждую область. Большие города, конечно, более спокойно принимают ЛГБТ-людей. И чем меньше город, тем более он традиционен и тем сложнее там "открыться". Но я бы общество и людей не делила по регионам. Нельзя забывать, что где-то больше влияет церковь (на Западе), где-то (Восток) – Россия.

- Как обстоят дела с соблюдением прав и безопасностью ЛГБТ-людей на оккупированных территориях Крыма и Донбасса?

- Там все сложнее всего, потому что украинская власть и законодательство там не имеет полной силы. Наши коллеги, и я в том числе, занимались исследованием того, как там обстоят дела у ЛГБТ-сообщества. И выяснилось, что на тех территориях все молчат, боятся говорить. В Крыму, например, действует российское законодательство, в том числе и так называемый закон "о пропаганде" и тому подобное. В "ДНР" и "ЛНР" было несколько редакций Конституции, и в самой первой было очень много про запрет ЛГБТ. Но эта редакция пробыла недолго в открытом доступе и впоследствии эти пункты убрали.

Люди, которые там живут или уехали, говорят о том, что лучше молчать. Там уже нет мест, куда ходить и организаций, которые могли бы собирать ЛГБТ-людей. Поэтому, сообщество очень разрозненное, и все сидят по домам. С одной стороны, нет конкретных зафиксированных случаев о нарушении прав ЛГБТ-сообщества, но с другой стороны, есть свидетельства того, что там происходит беспредел в этой сфере.

Мы проводили интервью у ЛГБТ-людей, которые оттуда выехали, и я не скажу, что основная причина их переезда – это преследования из-за их ориентации. Они в основном выезжают, потому что там стреляют. Большая проблема была для трансгендерных людей. У них в документах вклеены другие фото, и им было тяжело объяснять, что к чему. Я знаю, что им было сложно даже выехать из Донбасса. В будущем, кстати, у нас планируется второй этап этого исследования.

- Есть мнение, что проведение противоречивого Марша не будет способствовать реинтеграции оккупированных территорий. Вы согласны с этим?

- Я так не считаю. Я не думаю, что авторитарное государство, которое ущемляет права человека, диктует, что правильно, а что нет, которое не дает выбора своим гражданам, будет успешным и развиваться. Люди на оккупированных территориях должны понять, что для них важнее: непонятные тезисы о сепаратизме или права человека и равенство. Мне когда-то показывали исследование о том, как влияет поддержка и реализация прав ЛГБТ на экономику страны на примере других государств. И там показан большой прирост развития экономики.

- Дискриминация представителей ЛГБТ в Украине: в чем она проявляется?

- Если мы уйдем от того, что ЛГБТ-люди не могут спокойно пройтись по улице, держась за руки или обняться в публичных местах…то есть моменты, которые действительно ущемляют права. Например, усыновление детей партнера или партнерши (когда один из родителей является биологическим), или, когда кто-то из биологических родителей умер и ребенка не могут оставить партнеру и отдают его в детский дом. Это также вопрос наследства после смерти партнера, медицинские аспекты, когда партнера не допустят в реанимацию и не разрешат ему принимать жизненно важные решения. Многие говорят о том, что это можно сделать, сходить к юристу, оформить дополнительные документы и так далее. Во-первых, это дополнительные расходы. Во-вторых, это усложняет людям жизнь. В-третьих, это несправедливо, потому что есть часть людей, которые априори имеют эти права, а есть те, кому нужно еще за них попотеть. Это неправильно.

В Украине также нет законодательства о преступлениях на почве ненависти. Когда представители ЛГБТ заявляют в полицию, что на них напали из-за их ориентации, то там просто насмехаются над этим или отказываются регистрировать этот факт. Иногда даже запугивают и шантажируют, что позвонят на работу и все расскажут, тем самым отговаривая от написания заявления.

- Я знаю, что в прошлом Вы занимались вопросами, связанными с внутренне перемещенными людьми. Вы можете провести некую параллель в ущемлении прав переселенцев и ЛГБТ-людей?

Проблемы ЛГБТ-людей и переселенцев в Украине очень схожи. Это все про права человека. С одной стороны, над головой никто не стоит и кнутом не бьет, но с другой стороны, когда необходимо что-то оформить, нужно делать кучу дополнительных бумажек, куда-то ходить. То есть делать то, что обычным украинцам делать не нужно.

- Насколько безопасно сегодня в Украине быть открытым геем или лесбиянкой?

- Это зависит от того, что мы понимаем под безопасностью. Если сравнивать Уганду и Украину, то у нас безопаснее. А если сравнивать США и нашу страну, то наоборот. Представители ЛГБТ в Украине сталкиваются с рядом трудностей. Сложности могут возникнуть даже на эмоциональном уровне с родными, которые не могут это принять.

У меня, например, нет никаких сложностей, у меня все хорошо. Я не сталкивалась ни с чем таким, что я не могла бы пережить. Человек просто адаптируется. Если мне пишут что-то негативное в Фэйсбуке, то я не обращаю на это внимание.

- Вы бы призывали скрытых представителей ЛГБТ-людей открываться и заявлять вслух о своей ориентации?

- Я считаю, что чем больше людей будет открытыми, тем больше общество будет видеть, что среди них есть ЛГБТ-люди, которых они хорошо знают, с кем они работают, учатся, которые не оправдывают их стереотипы о кожаных трусах и боа. Тогда общество будет проще относиться ко всему этому, проще принимать разнообразие и быть толерантными. Чем больше публичных людей сделают каминг-аут (coming-out - открытое или публичное признание своей ориентации, - "ОстроВ"), тем будет проще дальше работать. Но я не могу никого призывать или заставлять. Это должно быть решение каждого человека.

- На Ваш взгляд, почему так мало публичных людей в Украине совершают каминг-аут?

- В Украине всегда принадлежность и поддержка ЛГБТ использовались как черный пиар. И нужно было быть очень отважным человеком , чтобы сделать каминг-аут. Я думаю, что в последующие годы в Украине будет больше публичных людей, которые открыто заявят о своей принадлежности к ЛГБТ-сообществу.

- Как Вы считаете, когда украинский политик сможет заявить вслух о своей нетрадиционной ориентации?

- Я уверена, что это будет. Это сложно прогнозировать. Я, например, никогда не думала, что мы сделаем огромный шаг вперед и проведем в этом году успешный и безопасный Марш равенства. Поэтому, все может быть. Но я буду надеяться, что в ближайшем будущем украинский политик сможет вслух заявить о своей принадлежности к ЛГБТ-сообществу.

- Наше общество будет готово поддержать таких людей на выборах?

- Я думаю, что да. Я бы поддержала.

- Какие еще мероприятия планируются в будущем в поддержку ЛГБТ? Каким Вы хотите видеть Киев Прайд 2017?

Я думаю, что уже в июле мы начнем планировать Киев Прайд 2017. Мероприятие, конечно, занимает всего неделю, но мы готовим его почти год. Мы хотим укреплять наши победы, сделать Марш более открытым и массовым. В идеале хочется, чтобы было более безопасно, но с меньшим привлечением полиции.

Беседовал Владислав Булатчик, "ОстроВ"



Последние видео-новости

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: