Вверх

Email друга*:
Ваше имя*:
Ваш email*:



— Наша цель — смена так называемой политической элиты, а на самом деле барыг и отбросов общества, которые контролируют Раду, Кабинет министров…

Бывший президент Грузии и теперь уже бывший глава Одесской областной государственной администрации Михаил Саакашвили быстро поднялся к трибуне в заполненном зале и начал без лишних вступлений. Эмоционально и с сильным волнением, он не говорил, а выкрикивал каждое предложение своей речи.

За его спиной молча стояла дюжина молодых людей, которых он позже представил как свою команду, не назвав ни одного по имени. Еще сколько-то человек расселись в зале среди журналистов.

Саакашвили объявил о создании собственного политического движения и войне со старыми политиками и олигархами. Местами в своей речи он напоминал Юлию Тимошенко — особенно когда произносил слово "олигархи". Чтобы быть убедительным, экс-глава Одесской ОГА постарался надавить на все болевые точки украинского общества: кроме олигархов и разочарования в действующей власти, тут были и вступление в ЕС, и война с Россией, и персональная ненависть, которую многие в Украине испытывают к президенту РФ Владимиру Путину.

Президента Украины Петра Порошенко Михаил Саакашвили обвинил в препятствовании его работе в ОГА.

— Его администрация все время моей работы в Одессе занималась грубым саботажем работы нашей администрации. Чего стоит только тот факт, что трое из четырех моих заместителей не назначались целых шесть месяцев. Шесть месяцев! Вы представляете что-нибудь подобное по отношению к другой администрации? — Возмущался он.

Дальше известный своим горячим темпераментом бывший президент Грузии переключился уже на журналистов — и потом снова на олигархов:

— Кто из вас не играет в игры олигархов? Кто не играет в грязные игры политиков? Я хочу сказать медиа прямо в глаза: каждый день со всех каналов льются на нас потоки…

Сидя в первом ряду прямо напротив Михаила Саакашвили, в глаза ему в это время смотрел корреспондент грузинского телеканала "Рустави-2", до сих пор лояльного экс-президенту.

— Вчера канал Коломойского напал на меня с полного размаха, — продолжал Саакашвили. — Я очень счастлив, что Коломойский на меня напал! Не хватало еще, чтобы какой-то Рабинович, старый прохиндей, и Коломойский меня хвалили! Вы должны себя спросить: Рабинович и Коломойский больше любят Украину, или я? Я, по-моему, единственный из украинских политиков, кто имеет только одно гражданство — украинское.

Ссылаясь на свои "источники", экс-глава Одесской ОГА утверждал, что нападки на него стали результатом договоренности между Петром Порошенко и Игорем Коломойским, которому пригрозили национализацией "Приватбанка".

Михаил Саакашвили готовился к этому выступлению. Кроме "группы поддержки" в виде пришедших с ним молодых людей и тбилисского "Рустави-2", в какой-то момент, сразу после прозвучавшего из зала вопроса о новом президенте США, на экранах слева и справа от экс-президента Грузии появилось видео с выступлением Дональда Трампа.

Трамп выступает с трибуны, Саакашвили, на тот момент еще лидер Грузии, сидит за столом. Оригинального текста речи не слышно, в украинском переводе крупный американский бизнесмен и будущий президент США хвалит Саакашвили как выдающегося реформатора. Полэкрана занимают крупные буквы украинских субтитров. Похоже на то, что видео нашли и оформили специально к пресс-конференции Саакашвили.

Вопросы к бывшему руководителю Одесской области идут, как по сценарию: все о его новом политическом проекте. Микрофон, бывший сначала в конце зала, после третьего вопроса появляется на первом ряду, в руках корреспондента "Рустави-2". Тот интересуется, не боится ли Саакашвили идти в оппозицию в Украине, рискуя стать жертвой политического преследования, как в Грузии. Тот отвечает, что его защитит украинский народ. Но затем несколько меняет тему:

— Все намеки на то, что я приезжий… Президент Порошенко позволил себе это в течение двух-трех дней. Надеюсь, что у него нет какой-нибудь финансовой договоренности с Иванишвили (крупный российско-грузинский бизнесмен; в 2012-2013 гг. — премьер-министр Грузии; основатель коалиции партий "Грузинская мечта" — главной противницы партии Михаила Саакашвили. — "ОстроВ"), я не хотел бы, чтобы президент до этого опускался… У меня есть тоже свои источники… Но я что хочу сказать. Он говорил, что я приезжий. Я приехал в Киев учиться из Грузии приблизительно в то же время, когда он приехал из Молдовы. И он, и я — мы приезжие. Он гражданин Украины, но и я — украинец.

Точно так же получилось с вопросом о людях, которых Михаил Саакашвили намерен принять в свое политическое движение. Повторив, что это не будут люди из власти или из бизнеса, но не назвав ни одного имени, Саакашвили в очередной раз переключился на давних противников — теперь снова на "Приватбанк":

— Когда мы придем к власти, мы вкладчиков защитим, этот банк разграбленный, я уверен, будет национализирован, а его владелец будет отвечать по всей строгости закона. Сядет в тюрьму. Когда мы будем у власти. Чтоб никто не сомневался. Я слов на ветер никогда не бросаю. Коломойский будет сидеть. При моих связях таких как он я достану и из Швейцарии, и из Малайзии. И всех других тоже.

"Коротко" не получилось

Пока Михаил Саакашвили рассказывал о своих связях и Игоре Коломойском, мне удалось перехватить микрофон. Для высокого парня в свитере, то ли сотрудника Украинского кризисного медиа-центра (УКМЦ), где проходила пресс-конференция, то ли человека из команды Михаила Саакашвили, который ведал этим устройством, это явно означало нарушение какого-то установленного порядка. Через моего соседа, тоже пришедшего с экс-главой Одесской ОГА, он попросил отдать микрофон ему. Я пояснила знаками, что сделаю это, как только задам вопрос. Тот согласился.

Вопрос был не о будущем, а о недавнем прошлом Михаила Саакашвили. Его администрация трижды нарушила закон о доступе к публичной информации, не дав ответов на запросы "ОстроВа". Все запросы касались проживавших в Одессе переселенцев, начала я. На слове "переселенцы" у Саакашвили что-то сработало.

— Может, вы коротко можете сказать? — Перебил бывший глава Одесской ОГА.

— Нет, не могу.

Я действительно не могла — речь шла об истории, тянущейся уже четыре месяца.

— Не можете — тогда извините. Садитесь — и давайте другой вопрос.

— Нет, давайте я продолжу.

— Нет, я здесь не для того, чтобы вас слушать. Я здесь не для того, чтобы "засланного казачка", засланного олигархами…

— Вы здесь для того, чтобы вам задавали вопросы.

— Коротко.

— Я продолжаю. Один запрос касался переселенцев…

— Коротко!

Все этот время заведующий микрофоном то ли от УКМЦ, то ли от Саакашвили, пытался этот микрофон забрать. Я сделала шаг вперед и вправо, вглубь рядов кресел, где сидели другие люди, и ему пришлось оставить свои попытки. Тогда, после очередного "коротко" со стороны Михаила Саакашвили, микрофон попросту отключили. Я продолжала говорить.

— Один из вопросов касался долга санатория "Куяльник" перед областной администрацией…

— Коротко!

— …я просила предоставить расчеты по этому долгу…

— Хорошо, дайте закончить!

Бывший глава администрации в этот момент, очевидно, понял, что ему есть, что ответить и на эту тираду. Микрофон снова заработал.

— И мне не был предоставлен ответ. Я отправляла также запрос в Министерство экономического развития, и мне подтвердили, что и им от вас такие расчеты не пришли. Но ваши чиновники постоянно ссылались на долг в 11 миллионов. Исходя из этого — два вопроса: почему вы нарушали закон о доступе к публичной информации и почему вы не предоставили эти расчеты, чтобы погасить долг санаторию и оставить там переселенцев-инвалидов?

Едва дав выговорить последние слова, Саакашвили вставляет:

— Вы это таким драматическим голосом сообщили, что мне…

— Я прошу вас ответить на мой вопрос, а не комментировать его.

— Тогда вы сами отвечайте — я уйду. Что значит не комментировать, а ответить?

Бывший глава Одесской области уже не нервничал, а пытался острить. Кто-то в конце зала послушно засмеялся, но смех получился искусственным.

— Я прошу вас ответить на вопросы. И я не засланная, простите.

— Извините, — Саакашвили внезапно смягчился. Кажется, это происходило с ним всякий раз, когда речь заходила о Грузии. — А вы знаете, что в Грузии, когда дело касалось беженцев, после войны в 2008 году… Послушайте меня внимательно. Мое правительство сделало самую быструю программу в истории. Мы построили несколько десятков тысяч домов за два месяца.

— В Украине идет уже третий год война, — тут экс-президент Грузии снова перешел на крик. — И не у меня надо спрашивать, почему эти беженцы на улице! Не у меня надо спрашивать, почему нет у них жилья! Не у меня надо спрашивать, всем плевать на них! Хотите адрес? Отсюда в 500 метрах находится Кабмин Украины, дальше в 150 метрах находится Рада, через дорогу, а дальше находится администрация президента. И все очень просто. В любой стране о беженцах и перемещенных лицах заботится правительство. Когда у нас будет свое правительство, у каждого перемещенного человека, у каждого беженца будет свой дом. Не будет этих санаториев. Не будут они по углам где-то ютиться. У каждого будет дом. Я не говорю это как обещание. Я это сделал в своей жизни. Мы дали каждому беженцу из Абхазии войны 1992 года собственную квартиру. Я дал каждому беженцу из Цхинвали собственный дом, со всеми удобствами. И когда наша сила будет у власти, у каждого перемещенного насильно человека будет квартира, во-первых, а во-вторых, я уверен, мы обеспечим условия, чтобы им не приходилось больше уезжать из оккупированных территорий — чтобы эти территории больше не были оккупированными.

Рассказ экс-президента Грузии был правдой только наполовину. Люди, чьи дома были разрушены в результате пятидневной войны 2008 года, действительно получили новое добротное жилье в рекордные сроки.

Но значительно превосходящие их числом беженцы начала 90-х годов из Южной Осетии и — особенно — Абхазии до сих пор составляют многотысячную очередь на получение квартир. За четверть века у этих людей уже выросли дети, которые на тех же условиях, как вынужденные переселенцы, претендуют на квартиры от государства.

Это означает, что люди, предоставление жилья которым не было в приоритете — не инвалиды, не ветераны грузино-абхазской войны, не многодетные семьи, — едва двигаются в своей очереди, уступая место новому поколению абхазских ВПЛ.

Но на пресс-конференции Михаила Саакашвили имело значение только то, что он так и не ответил на вопрос об 11 миллионах долга, якобы накопленного ВПЛ украинскими. Я снова встала:

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Это ответ? Это ответ. До встречи.

Я снова спросила о долге "Куяльника". Микрофона у меня уже не было, поэтому слышно было плохо. Кто-то в моем же ряду начал громко и монотонно хлопать в ладоши, чтобы заглушить слова. В то же время слева выросла девушка в синем платье, которая до начала пресс-конференции перемещалась по залу от одного человека к другому, очевидно, готовя участников команды к появлению Михаила Саакашвили. Не назвав своего имени, она представилась пресс-секретарем экс-главы Одесской ОГА.

— Для того, чтобы поучать и апеллировать такими фактами, как то, что мы нарушаем закон и мы на что-то не отвечаем, главное, научитесь правильно составлять запросы, — заявила она, агрессивно надавив на слове "правильно".

— Это первое, — чеканила она ледяным голосом, чувствуя поддержку "своих" и явно наслаждаясь тем, как публично и перед шефом отчитывает "засланного казачка". — Второе: У нас просто нет денег, а Маша Гайдар, вы знаете, она не выезжала из этого санатория. Если бы у нас были деньги, которые не выдало правительство, мы бы перекрыли этот вопрос!

— Вы четко знаете, что Маша Гайдар… — пресс-секретарь Саакашвили тянула "Маааша", "выезжааала", "перекрыыыли", явно ощущая себя в этот момент очень важной, в притихшем зале, но выглядя совершенно по-детски. Я попыталась взять у нее микрофон. Потной ладонью она схватила меня за запястье. Стало противно. Продолжать попытки добиться ответа не было никакой возможности. Я вернулась в свое кресло.

Последующие вопросы не выходили за рамки "сценария".

Вечером 11 ноября Украинский кризисный медиа-центр опубликовал на своем сайте заявление , в котором сотрудники УКМЦ писали, что "огорчены очередным случаем, когда предварительно анонсированная тема пресс-конференции меняется без предупреждения УКМЦ и превращается в политическую агитацию за отдельное движение. Учитывая количество журналистов, которые пришли освещать это событие и поставить вопрос господину Саакашвили, сотрудники УКМЦ не остановили пресс-событие. Представители СМИ имели возможность поставить вопросы. На содержание ответов и манеру общения спикера с журналистами УКМЦ не имеет влияния".

Чего не было в этом тесте, так это объяснения выключенному микрофону.

"Неправильные" запросы

Единственной целью появления корреспондента "ОстроВа" на пресс-конференции Михаила Саакашвили была надежда получить хоть какой-то ответ на вопросы, которые мы ставили перед Одесской ОГА с июля 2016 года. Михаил Саакашвили, как и сотрудники его администрации, предпочел не отвечать. Возможно, они еще передумают.

Ниже мы публикуем документы, на основании которых ставили вопросы: информационный запрос "ОстроВа" в Одесскую ОГА; "промежуточный" ответ, подписанный заместительницей главы ОГА Соломией Бобровской, за которым так и не последовал ответ окончательный; "факсограмму", опубликованную одесским интернет-изданием "Таймер", в которой Министерство экономического развития в очередной раз напоминает Одесской ОГА о необходимости предоставить расчеты для погашения долга перед областными санаториями за проживавших там переселенцев; ответ Минэкономики на запрос "ОстроВа" с подтверждением подлинности "факсограммы" и отсутствия расчетов от Одесской ОГА по состоянию на 17 октября 2016 года.


 

Юлия Абибок, "ОстроВ" 

 



Последние видео-новости

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: