Вверх


… «Кири – ку – ку.

Царствуй, лежа на боку!»

А. С. Пушкин, «Сказка о золотом петушке»

Вот уже несколько дней тема подписанного недавно меморандума о сотрудничестве с Таможенным Союзом (ТС) составляет предмет острого обсуждения политико-политологического сообщества Украины. Как и другие горячие темы, она рискует довольно быстро сойти на нет в условиях характерной украинской апатии. Между тем подписание означенного документа демонстрирует симптоматичную черту политического режима, правящего в Украине – его неспособность к полноценной интеграции ни на западном, ни на восточном направлении.

Опыт нейтральных стран

В нейтралитете как таковом, ничего плохого, конечно же, нет. В Европе издавна существует группа государств, которые считаются нейтральными. Этот статус был приобретен ими в силу особенностей исторического пути и, нередко, являлся результатом баланса, достигнутого сверхдержавами. В истерзанной давними конфликтами и мировыми войнами Европе нейтральные государства по понятным причинам пользуются заслуженным авторитетом и обычно имеют высокий международный престиж. При В. Януковиче «внеблоковый» статус провозгласила и Украина. Однако, что на самом деле означает нейтралитет по-украински? Правильно ли понимают смысл нейтралитета во властных коридорах? Для ответа на этот вопрос обратимся к опыту европейских нейтралов.

Австрия. Республика, территория которой ранее составляла срединную часть обширной европейской сверхдержавы, в 1938 г. была поглощена фашистской Германией в форме т.н. аншлюса. Во избежание в дальнейшем ситуаций, заключающихся в усилении австрийским довеском германской военной мощи, после Второй мировой войны державы-победители (СССР, США, Великобритания, Франция) восстановили Австрийскую государственность именно как независимую и нейтральную, что зафиксировано в соответствующем Государственном договоре (май 1955 г.) и в конституционном законе о постоянном нейтралитете (октябрь 1955 г.). При этом Австрийская республика активно участвовала в интеграционных процессах, происходящих на Европейском континенте: еще в 1960-е гг. она стала членом ЕАСТ (Европейской Ассоциации Свободной Торговли), а в 1990-е годы вошла в ЕЭС. Не входя в блок НАТО, Австрия ныне является органичной частью управленческих структур Евросоюза и европейской экономики.

Люксембург. Строго говоря, это государство было нейтральным еще до того, как стало полностью независимым: статус «вечно нейтрального государства» Люксембургу был предоставлен на Лондонской конференции 1867 г. (кстати, при деятельном участии российской дипломатии), а полная независимость от Нидерландов наступила лишь в 1890 г., с прекращением личной унии. Итак, «Великое герцогство» возникло на политической карте изначально как нейтральное, как бы призванное служить небольшим буфером между двумя сильными соседями – Германией и Францией. В обеих мировых войнах его нейтралитет был грубо нарушен Германией, после чего Люксембург пошел по пути европейской и евроатлантической интеграции, став членом и НАТО (1949 г.), и ЕС (1957 г.), а также ряда других интеграционных объединений экономического характера (например, БЛЭС – Бельгийско-Люксембургский экономический союз; Бенилюкс).

Швеция. Подобно Австрии, Швеция - бывшая европейская сверхдержава. Некогда она владела обоими берегами Балтики, стратегически важными устьями судоходных рек Северной Германии и целым рядом немецких княжеств. Шведское великодержавие прекратилось с Ништадским миром 1721 г., по которому была потеряна большая часть присоединенных ранее территорий. В I и II мировых войнах Швеция придерживалась политики нейтралитета. Несмотря на провозглашенный нейтралитет, страна стала членом ЕАСТ, а позже - ЕС, в числе участников которого пребывает и в настоящее время. Шведская экономика с момента вступления в ЕС почти всегда демонстрировала хорошие или отличные результаты, а шведская крона являлась и является одной из надежных мировых валют.

Швейцария. «Вечный нейтралитет» Швейцарии был закреплен на Венском конгрессе (1815 г.) и подтвержден Версальским договором (1919 г.). Эта страна являет собой, пожалуй, самый последовательный и даже радикальный вариант нейтралитета, поскольку весьма долгое время избегала не только каких-либо военных союзов, но и членства в ООН. Однако следует сказать, что Швейцария, даже когда не входила в ООН, тем не менее, участвовала в работе большинства ее специализированных организаций, особенно экономического характера, а также участвовала в работе ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития). Швейцария наряду с Австрией и Великобританией в свое время вошла в ЕАСТ, а ныне широко взаимодействует с Евросоюзом в области экономической политики и свободного перемещения граждан (вспомним общую для Швейцарии и ЕС Шенгенскую зону).

Как видим, нейтральный, внеблоковый статус ряда европейских стран касается именно военной, максимум – военно-политической сферы, но никак не экономики или свободы перемещения. В экономическом же отношении нейтральные страны Европы давно и успешно подключились к основным европейским интеграционным объединениям, в рамках которых они давно защищают свои национальные экономические интересы и извлекают разнообразную выгоду. Между тем в Украине, похоже, реализуется модель именно экономического нейтралитета – некоего новейшего и при этом противоестественного с точки зрения экономики чиновничьего изобретения, все более превращающего нашу страну не то в изгоя, не то в своеобразный заповедник отживших технологических укладов с памятниками коммунистическим вождям посередине...

А нейтральна ли Украина в экономическом смысле?

Впрочем, явление экономической самоизоляции и замкнутости, или автаркия, известно давно, а некоторые режимы, вроде коммунистического албанского или северокорейского, практиковали политику автаркии десятилетиями. Однако там экономика была, действительно, в силу ряда причин отрезана от мирового хозяйства. Так ли обстоит дело в нынешней Украине?

Для того, чтобы уйти от чисто литературных аргументов, в рамках которых всегда есть риск выглядеть голословным, я использую показатель, давно применяемый в экономических расчетах для количественного определения степени открытости экономики той или иной страны внешнему миру или, если сказать точнее, степени участия тех или иных стран в международном разделении труда. Этот показатель измеряется в процентах и рассчитывается как половина суммы экспорта и импорта, деленная на величину ВВП. Чем этот процент выше, тем больший масштаб имеет внешняя торговля на фоне ВВП а, значит, тем выше вовлеченность страны в мировые обменные процессы.

Как следствие, при высокой вовлеченности в торговые процессы выше и зависимость экономики от внешних рынков. В эпоху кризисов такая зависимость может стать уязвимостью, особенно при введении торговыми партнерами квот, сдерживающих пошлин и других ограничений. Чтобы этого избежать, страны, собственно, и создают интеграционные объединения.

Итак, насколько экономика Украины вовлечена в мировые торгово-экономические процессы, и как она смотрится в этом плане на фоне других европейских стран?

Таблица. Степень вовлеченности некоторых стран в мировые обменные процессы.

Страна

ВВП, млрд. евро*

Объем внешней торговли товарами и услугами

Показатель интегрированности в мировую экономику, %

Годовой объем экспорта, млрд. евро

Годовой объем импорта, млрд. евро

Германия

2 238, 4

949, 6

795, 7

39,0

Британия

1 739, 6

313, 8

445, 9

21,8

Франция

1 678, 9

394, 9

459, 9

25,5

Швеция

287, 3

119, 6

112, 4

40,4

Польша

248, 2

120, 5

134, 3

51,3

Австрия

239, 3

115, 1

119, 9

49,1

Румыния

77, 5

37, 3

46, 9

54,3

Украина

125, 3

48, 5

59, 1

42,9

* По странам ЕС - усредненные показатели за период 1999 – 2011 гг., по Украине – за период 2010 - 2012 гг.

При составлении таблицы использованы данные Евростата (Eurostat) и ООН.

Из этой таблицы можно сделать следующие выводы.

Во-первых, степень вовлеченности Украины в мировые обменные процессы не только не уступает аналогичным показателям ряда ведущих стран ЕС, но и значительно превышает их, особенно в случае с такими большими экономиками, как британская или французская, где очень емкий и масштабный внутренний рынок.

Во-вторых, при фактически высоком уровне включенности украинской экономики в мировую торговлю (наш показатель практически одного уровня со шведским или немецким), Украина по-прежнему остается за бортом основных региональных интеграционных объединений, внутри которых можно эффективно защищать свои национальные интересы.

Иными словами, политический режим Украины значительно отстал от реального уровня интеграции украинской экономики в мировую. В этом смысле он чем-то смахивает на извозчика, обученного обращению с лошадьми, но почему-то посаженного за руль вполне современного автомобиля. При этом следует заметить, что свой посильный вклад в такое отставание политических привычек от реальностей экономики внесли команды не только действующего, но и всех предшествующих президентов Украины.

Из сложившейся ситуации теоретически может быть два принципиально различных выхода: либо режим своей некомпетентностью и искусственным изоляционизмом задушит экономику, переведя ее на рельсы некоего украинского варианта чучхе, либо субъекты экономических интересов откажутся от услуг некомпетентного режима. Однако в обоих случаях рано или поздно произойдет приведение в соответствие экономики и политики…

Пока же Украина вместо полноценного членства хоть в западном, хоть в восточном сообществе предпочитает и тут и там некие половинчатые формы: на Западе все время «ассоциируется» (пока что безуспешно), а на Востоке – лишь «наблюдает». При этом даже усеченные формы участия постоянно откладываются на перспективу, а о них 22 года независимости все еще говорят как о неких будущих желательных состояниях. Радость же, демонстрируемая нынешним правящим режимом от того, что его допустили к замочной скважине Таможенного Союза, навевает мысли о его особом извращении – своеобразном геополитическом вуайеризме.

А в это время в экономике Украины…

По данным отечественных и международных статистических институций, май текущего года станет, как минимум, 10-м месяцем непрерывного падения производства в Украине. Одновременно с этим страна испытывает большие финансовые трудности. Их интегральным обобщением становится дефицит государственного бюджета, который значительно вырос с начала года.

Не радует и состояние торгового баланса страны, для которого отрицательное сальдо в последние годы стало едва ли не нормой. Многие предприятия, еще не так давно успешно отгружавшие продукцию потребителям, практически лежат. Небольшие шахтерские города Донбасса нередко напоминают естественные площадки для съемок фильмов в жанре пост-катастрофа. Снижается экспорт. Сокращаются золотовалютные резервы НБУ. Все более возрастает вероятность глубокой девальвации гривны – меры, необходимой для улучшения торгового баланса, но больно бьющей по кошельку значительной части потребителей (прежде всего - покупателей импортных товаров).

Среди важнейших причин такой неблагоприятной ситуации – не только общемировые кризисные процессы, на которые практически нельзя повлиять, но и искусственная самоизоляция Украины. Ведь любые интеграционные объединения – и Запада, и Востока - оставляют чужакам лишь минимальные экспортные квоты и навязывают максимальные таможенные барьеры. Можно, конечно, и дальше продолжать игнорировать этот факт и десятилетиями топтаться в «гордом» одиночестве у замочных скважин богатых соседей. Однако не следует забывать, что оплачивать экономические издержки этого придется, в итоге, простым гражданам.

Евгений Сытник, к.э.н., стипендиат Программы им. Л. Киркланда Польско-Американского Фонда Свободы, специально для «ОстроВа»


Присоединяйтесь к "ОстроВу" в Facebook, ВКонтакте, Twitter, чтобы быть в курсе последних новостей.


ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: