Вверх

Зачем богатым «нищий» углепром? В последнее время «страсти по углю» разгорелись с новой силой. Правительство приступило к наведению порядка в угольной сфере, шахтеры вновь вышли на митинги и угрожают акциями протеста. Посетивший на днях Донецк вице-премьер-министр Украины Николай Томенко заявил, что по продаже кокса и угля в стране сложилась монополия, а одна структура закупает 80-90% всего, добываемого в Украине, угля. По словам Томенко, непонятно кого датирует сегодня государство – «шахтера, который день и ночь работает, рискуя своим здоровьем, или фирму АРС, которая получает прибыль на этом?». В частности он отметил, что у шахтеров уголь дороже 300 гривен никто не покупает, а на рынке его продают уже за 1200 гривен. По мнению вице-премьер-министра, новая программа по развитию угольной отрасли, разработанная правительством будет направлена на улучшение благосостояния шахтеров, а не посредников. Он также отметил, что правительство будет «реагировать, прежде всего, на анализ профсоюзов на ситуацию». Кроме того, по мнению Томенко, подход предыдущего правительства, заключающийся в том, что «чем больше дотаций, тем лучше шахтерам - не то что ошибочный, а, мягко говоря, лживый». По его словам, правительство хочет увидеть, как дотации доходят до реального человека.

Как видим, ситуация развивается в наихудшем для угольных баронов направлении. Следует вспомнить, что в конце прошлого месяца совещание угольщиков в Донецке посетили новые руководители отрасли - министр топлива и энергетики Украины Виктор Топалов и президент Национальной акционерной компании «Уголь Украины» Владимир Новиков, которые поведали об очередном реформировании украинского углепрома. В частности они сообщили, что Министерство топлива и энергетики Украины упразднит созданные им в конце 2004 года госпредприятия «Донецкую угольную энергетическую компанию» («ДУЭК»), «Донецкую угольную коксовую компанию» («ДУКК»), а также «Луганскую угольную компанию». Таким образом, структура угольной отрасли страны обретет почти первозданный вид, то есть тот, что существовал до прошлогодних нововведений.

Не последнюю очередь в этих изменениях сыграли шахтерские профосюзы. В начале прошлого месяца шахтерскую тему на первые полосы газет вывел митинг в Макеевке, на котором собравшиеся требовали скорейшего решения проблем объединения «Макеевуголь», а вернее ликвидации «Донецкой угольной коксующейся компании», в состав которой входит предприятие. По словам представителей профсоюза, в результате проведенного в прошлом году реформирования отрасли и появления на свет такой структурной посреднической надстройки, как «Донецкая угольная коксующая компания», начались перебои в работе угольных предприятий, ухудшилось их финансовое состояние, появилась несогласованность в управлении разными структурными подразделениями.

А накануне, 9 мая председатель Центрального комитета профсоюза работников угольной промышленности Украины (ПРУПУ), народный депутат Виктор Турманов, объявил о решении Президиума профсоюза объявить в отрасли предзабастовочное состояние. В постановлении, принятом ЦК по этому вопросу, отмечается, что предзабастовочное состояние объявляется «в связи с нарушением законодательства о труде, отраслевого соглашения и коллективных договоров». Одной из главных причин объявления предзабастовочного состояния, согласно постановления, стало «непринятие Минтопэнерго мер по выполнению решений примирительных органов по отраслевому трудовому спору между профсоюзом угольщиков и министерством, в частности Минтопэнерго не выполняет обязательства по обеспечению 100% уровня расчетов за уголь». По словам профсоюзного лидера, в среднем за 4 месяца они составили 86,9%, а за апрель – лишь 81%.

Приоткрыть завесу над происходящими в угольной сфере событиями мы попросили людей непосредственно причастных к происходящим в ней событиям.

Николай Волынко, руководитель Независимого профсоюза горняков Донбасса:

Корр. – Чего добивались шахтеры проведением акций протеста?

Н.В. - В середине марта на конференции профсоюза мы постановили потребовать от Минтопэнерго отменить приказ от 18.08.2004 г. о создании ГП «Донецкая угольная коксовая компания» и включении ее в состав ГП «Макеевуголь». Кроме того, конференция потребовала от министра Минтопэнерго И. Плачкова воссоздать ГП «Макеевуголь» как предприятие с единым производственно-хозяйственным комплексом, вернув в его состав ряд предприятий. Конференция также призвала Минтопэнерго и НАК «Уголь Украины» прекратить необдуманные действия по реформированию отрасли и ликвидировать созданные угольные компании. В этом и были главные мотивы акции протеста, а не, как нам приписывали, погашение задолженности по заработной плате, это лишь одна из составных частей наших требований. Новое правительство пошло нам навстречу и частично выполнило требования шахтеров, поэтому профсоюзы приняли решение о приостановке своих дальнейших действий по проведению акции протеста, однако мы будем удовлетворены лишь, когда все оформится юридически. До тех пор, акция только приостановлена.

- Шахтерам постоянно твердят, что их предприятия могут существовать только за счет государственных дотаций. В то же время, ряд крупных финансовых групп стремится приватизировать эту самую неприбыльную угольную отрасль одним наскоком. Возникает закономерный вопрос – действительно ли убыточна угольная отрасль?

- Нас все время стращали, что угольная промышленность убыточна, что не цену на уголь надо поднимать, а увеличивать дотации государства, что никто наш уголь по новым ценам брать не будет и т.п. Дотировать конечно надо, потому, что почти во всем мире производству стратегических видов сырья, от которых зависит безопасность государства, оказывается государственная поддержка. Однако, надо точно знать где и что надо дотировать. Ведь не секрет, что коксохимические предприятия покупают целые объединения. Наш профсоюз проанализировал ситуацию, для чего были привлечены специалисты в угольной отрасли и экономисты. В итоге, выявились поразительные факты. Оказывается, что коксующийся уголь, который известная компания с названием из трех букв закупала у государственных шахт по 300 грн. за тонну, на выходе продавался по 1200 грн. за тонну. Наши, так называемые, компании-инвесторы, которые взяли в аренду Центрально-обогатительные фабрики и выкупили коксохимзаводы, клали в свой карман разницу в 900 грн. на каждой тонне коксуюегося угля. Это нормальная ситуация? Получилось, что сверх-богатые нажили огромные состояния за счет сверх-бедных, то есть все тех же шахтеров и государства. Это то, что касается коксующихся углей. Шахты по добыче знергетического угля действительно не всегда могут приносить прибыль. Но надо разобраться и в этом вопросе. Ведь и здесь имеются примеры, когда частникам выгодно добывать энергетический уголь. Подготовленные к приватизации, выделенные в отдельные компании, шахты – это наиболее богатые по залежам угля предприятия. Если проанализировать систему закупок оборудования и продаж угля на ныне, якобы, неприбыльных шахтах, то вполне может статься, что не такие уж они и пропащие. Если покупать втридорога оборудование «Укруглемаша», вместо того, чтобы брать комплексы действительно выгодные шахтам, то, конечно, же шахты будут убыточными. Шахтеры называют комбайны КПД – «конец проходки Донбасса». Такое оборудование, какое они поставляют и даром не надо. Но во всей отрасли монополия и закупки через одну структуру.

- Считаете ли вы, что разделение предприятий ставило своей целью подготовку наиболее привлекательных объектов к приватизации?

- Несомненно. В «Донецкую угольную коксующуюся компанию» было собрано все самое лучшее, то есть не отягащенные долгами шахты с коксующиимися углями. Несомненно, что компанию готовили под «прихватизацию». 22 июня прошлого года на выездном заседании Кабмина в городе Ровеньки я лично заявил Виктору Федоровичу Януковичу, что нельзя рвать угольные компании, нельзя делить их по территориальному признаку, как по живому порвали Доброполье, Макеевку. От этих действий стали страдать все шахты. Я также сказал, что гасить задолженность по заработной плате за счет снятия денег с себестоимости, за счет экономии на капитальном строительстве также нельзя, от этого проиграет вся угольная промышленность. Заработная плата выплачивалась под взятые шахтами кредиты, а это значит, что предприятиям и Минтопэнерго теперь надо отдавать проценты и собственно кредиты. При этом задолженность по зарплатам полностью так и не была погашена. Поэтому наш профсоюз и начал борьбу против угольных компаний, созданных в период безвластия в стране. Многие мне говорят, что реорганизация займет чуть ли не пол года, однако, я уверен, что люди, которые это заявляют, хотят искусственно затянуть процесс и успеть срубить напоследок побольше денег. Уверен, все можно сделать в течении месяца. Когда нам возражают, что активы предприятий, мол, передавались в компании в течении шести месяцев и вернуть ситуацию в прежнее русло можно за такой же период времени, поверьте, это не так. Активы предприятий передавались в авральном порядке и наиболее ускоренными темпами после 21 ноября, когда люди в Киеве вышли на улицы и появился реальный риск, что ситуация переломится не в пользу понятно какой группы.

- Вы считаете, что приход новой команды во власть сможет переломить ситуацию?

- К сожалению, на мой взгляд, безвластие в угольной отрасли продолжается. Сейчас происходит типичный саботаж, потребители, чтобы не дать поднять цены на уголь грозятся не брать уголь в Украине, хотя я не уверен, что это у них получится. Впрочем, есть и позитивные моменты. Например, решение о том, что продажи угля и закупка оборудования для шахт будут проходить через биржу на открытых торгах – очень правильный шаг. Антимонопольный комитет начал делать вид, что занимается проблемой монополизма в угольной сфере, до этого и вид не делал. То, что новую власть критикуют за поднятие цен и прочие мероприятия, направленные на оздоровление ситуации в угольной промышленности, так это объяснить просто - кусок пирога забирают огромный, сопротивление этому процессу будет оказываться яростное. Но все же хочется надеяться на лучшее. Я всегда говорил, что нельзя стать сверх-богатым за счет бедности остальных. Вот теперь наши «ботаники» и получают результаты. Обижаться им не на кого.

После столь откровенного интервью, исходя из канонов журналистской этики, журналист «Острова» обратился с рядом вопросов к другой стороне, к помощнику генерального директора общества «АРС» по связям с общественностью Алексею Кузнецову.

- На сегодня, от комментариев по вопросу профсоюзных акций протеста направленных на ликвидацию трёх угольных компаний мы воздержимся. Хотя убеждены, что идея специализировано-отраслевой централизации в работе угольных предприятий имела все шансы состояться. Систематизация финансовых потоков, контроль за целевым использованием средств, начало реализации проектов по перспективному развитию шахт, - все эти сверхважные направления деятельности новосозданных компаний несли в себе массу позитива для отрасли. И, наиболее оптимальная, если хотите, реальная возможность выполнить эти задачи была в той структуре управления отраслью, которая изначально предлагалась с появлением трёх угольных компаний. Вопрос уже в том, как это было реализовано на деле, на местах. Несомненно, ошибочно было лишать угольных генералов возможности нормально вести хозяйственную деятельность, оперативно заключать и проплачивать договора по обеспечению жизнедеятельности предприятия (вода, электричество и т.п.). Это перегиб и явные недоработки госсистемы (!) по управлению отраслью. Сегодня же, вместо разумных доработок и усовершенствований, производится полная аннексия достигнутого. Фактически, это возврат в 90-е, с его неструктурированной системой управления, бесконтрольным использованием средств и прочими прелестями. Теперь ещё добавится такое явление как зацикливание многих хозяйственноважных процессов через Киев, где чиновники, хочешь не хочешь, превратятся в статистов бюрократической лавины проблем, и это ещё не лучшим образом может сказаться на отрасли. Жаль, что через митинговые страсти всего на одном из угольных объединений, не были услышаны голоса специалистов, да и шахтёров ряда предприятий, предостерегавших от поспешных решений в очередной раз рушить то, где нужно было шлифовать и шлифовать. Жизнь ещё расставит точки.

- Давайте оперативно в режиме вопрос-ответ. Есть информация, что «АРС» не покупает уголь по новым ценам?

Это неправда. С 17-го марта новым руководством НАК «Уголь Украины» был определен уровень цен на коксующийся уголь (например, марка «К» - 680 грн., «Ж» - 613 грн. и т.д.). По ним мы и работаем. Новые цены за последний месяц уже подтверждены многими сделками. Кто утверждает обратное, либо не имеет фактажа, либо клевещет… «АРС» покупал уголь, покупает и будет покупать при любой погоде, ведь мы, как коксохимики - его непосредственные потребители, некуда с корабля не денемся. Другой вопрос, что рынок расставляет свои акценты, и если металлурги снизили свои потребности в стратегическом для них сырье (коксе) в среднем на 15-18%, то и наши закупки, соответственно, уменьшились в объёмах. Если кто-то из критиков хочет покупать себе уголь домой, впрок, так вперёд, никто не мешает. Мы же прислушиваемся к рынку, с его динамикой, а не плановой обязаловкой.

- Ходят слухи о ваших сверхприбылях. Прокомментируйте.

Снова чья-то деза. В чужом кармане и рубль кажется состоянием. Говорящий о сверхприбылях либо некомпетентен, либо провокатор. И, вообще, где понимание того что такое коксохимия. Это только публика далёкая от производства считает, что коксующийся уголь на шахте погрузили и отвезли металлургам. А посередине между ними, по пути, ведь целая отрасль работает. Высокие затраты на обогащение, а транспортировка ж/д транспортом, а сложный и энергоёмкий процесс, собственно, превращения угля в кокс на коксохимзаводах и т.д. Это не расходы? Это не содержание целой отраслевой инфраструктуры? Да, хотя бы тот факт, что из 1,5 тонн угля получается 1 тонна кокса для спеца многое скажет. Это все равно, что давать цену автомобилю равную стоимости металла в нём, и философствовать на тему сколько же эти машиностроители «наваривают». Не откроем тайну, сказав, что ранее, по отрасли, прибыльность составляла до 30%. Сегодня же, есть устойчивая динамика к сокращению прибыльности осуществляемых на этом рынке операций, что связано, уже в свою очередь, с возможностями металлургов. В себестоимости кокса цена на коксующийся уголь играет не конечную роль, а многие это не берут в расчёт, и поиграв с калькулятором, огульно прикидывают барыши коксохимиков, производя всего лишь одно арифметическое действие.

Говорят, вы контролируете 80% закупок коксующегося угля в Украине. Это правда?

Подобное утверждение сродни с вопросом о сверхприбылях, - слышал звон, а вот откуда он… Большую часть угля заводы покупают по договорам напрямую. Это во-первых. Во-вторых, сам «АРС» покупает только часть угля, и это более чем в два раза меньше озвученной Вами цифры. И, наконец, в чём проблема, в том, что крупнейший украинский производитель кокса и, соответственно, потребитель его сырья (коксующегося угля) закупает значительные объёмы по ценам предложенным государством? Нонсенс. Покупатель виноват в том, что он крупный, оптовый и выгодный покупатель. Это ведь бред. Покупатель берёт уголь по установленным государством ценам (а только за прошлый год цена выросла в два раза), идёт на кредитные уступки, инвестирует в добычу угля, выполняет массу дополнительных функций, и всё это, лишь бы быть с сырьём, не потерять отечественный рынок. И все эти годы, «доброхоты от пустых слов» пытаются найти в этом криминал, как пиратов их волнуют только преславутые сокровища. А ведь заряжены десятки лав, сохранены сотни тысяч рабочих мест, а в отдельных малых городах это обозначает жизней, и многое-многое другое, чем можно только гордиться. В принципе, покупатель угля может и не выполнять не свойственные ему функции. Но тогда, украинская коксохимия уже сидела бы на импортном сырье. Не стоит «АРС» демонизировать, ища в нём только белое или черное, ведь есть многие аспекты его деятельности ставшие основополагающими для развития украинской угольной отрасли. И это неопровержимый факт. Тот кто полагает, что украинское черное золото – это бешеные прибыли, тот глубоко заблуждается. Скорее, серьёзная работа на рынке угля в Украине сродни по аналогии выращиванию винограда или оливок, когда вначале долгие годы занимаешься землёй, селекцией, подбором команды, ухаживаешь и удобряешь, и только на выходе в течении нескольких лет имеешь достойные плоды. Так и тут, годы разработок, вкладывание десятков миллионов, зарядка лав техникой, отработка социальных вопросов и прочее.

И последний вопрос. Каков ваш рецепт для развития отрасли?

На этот вопрос, одновременно легко и сложно ответить. Мы ведь, в первую очередь, не угольщики, а коксохимики, и на рынке угля выступаем как инвесторы от коксохимии, напрямую заинтересованые в развитии шахт добывающих стратегическое для нас сырьё. Глупо изобретать велосипед, ведь успешные для украинских реалий рецепты давно найдены. Это современные проекты под названием «Павлоградуголь», «Краснодонуголь», «Комсомолец Донбасса» и несколько других шахт. Проанализируйте то, что на поверхности, то что позволило им давно перейти в ХХІ век, и многое станет на свои места. А мы всегда открыты к взаимовыгодному (без него ведь никуда!) сотрудничеству. Надеемся, что одна из самых профессиональных менеджерских команд будет восстребована новой властью. «АРС» готов к работе с нашим правительством.

Сотрудник управленческого аппарата одной из донецких угольных компаний, инкогнито:

- Положение дел на угольном рынке становится все хуже. В первоначальном варианте бюджета на 2005 год было заложено 4 млрд. грн. дотаций в угольную отрасль, однако после пересмотра статьи расходов выделено только 2 млрд. Где брать оставшуюся сумму? Правительство решило покрыть ее за счет поднятия цен на уголь, в частности коксующийся уголь, за месяц подорожал с 300 до 450 грн. за тонну. Однако, проблема в том, что покупатель у украинского угля, фактически один, 80% украинского коксующегося угля потребляет группа «АРС». Именно она закупает угли марок «Г», «К» и «Ж» у основных поставщиков — ЦОФ «Дзержинская», «Добропольская», «Октябрьская», «Колосниковская», «Пролетарская», «Селидовская», «Михайловская» и перерабатывает их на заводах группы. И этот покупатель сегодня отказался от закупок угля по новым ценам. Отгрузка ведется лишь с шахты «Южнодонбасской» потому, что уголь на ней низкосерный и нужен Авдеевскому коксохимзаводу, и «Добропольской», потому, что у них обогатительный комбинат прямо завязан на эту шахту. Кокса у упомянутой группы на складах заготовлено много и ситуацию они какое-то время могут подержать в свою пользу, в то время как Минтопэнерго ждать не может, поскольку ему надо ежемесячно платить зарплату шахтерам. Энергетический уголь тепловым электростанциям летом не очень нужен и они также имеют время в запасе. Сегодня уже началось складирование коксующихся углей на склады энергетиков, это нонсонс. Завтра станет вопрос куда складировать энергетические угли. Поскольку уголь не покупается, Минтопэнерго придется брать кредиты на выплату заработной платы шахтерам, а следовательно повесить на себя выплату процентов. Выход из ситуации в том, чтобы сократить расходы, которые формируются из поставок оборудования «Укруглемаша», из поставок «воздушного» леса и несуществующих болтов. К примеру, комплексы, которые покупались до сих пор шахтами за 5 млн. грн., вполне можно приобрести за 2 млн. грн., и при этом лучшего качества. В этом надо искать причину как снизить дотации из бюджета. Ведь ситуация просто бредовая, 51% акций в упомянутых ЦОФ принадлежит ОАО государственной холдинговой компании «Донбассуглеобогащение», то есть государству. Гендиректор в этой компании, Виктор Черкасов, человек «АРСа». Он заключает договора на поставку оборудования для всех пяти предприятий. Таким образом и снимается прибыль. При этом сам «АРС» абсолютно ничем не рискует, поскольку используются государственные мощности и если с ними что и случится, то и ладно, вершки сняты. У «АРСа» ведь своего имущества почти нет. Чем они рискуют? Абсолютно ничем. Предприятия-потребители, такие как Авдеевский коксохимзавод и прочие - собственность других компаний – «СКМ» и иже с ним. Шахты принадлежат государству. Вся машина настроена на то, чтобы рубить деньги с государства и делалается это достаточно эффективно. Сейчас машина заработает еще быстрей, поскольку раньше «хозяева Донбасса» надеялись, что наделают государству задолженности перед шахтами и за это смогут их приватизировать за копейки одним скопом. Сейчас же они понимают, что шахты забрать не удастся и потому идут ва-банк, выгребая все что еще можно урвать напоследок. Если сейчас не предпринять решительных контр-мер, то кризис в отрасли и, как следствие, волна шахтерских забастовок, неизбежны. Донецький клан в этом случае все равно добьется своей цели – раскачает почву под новой властью.

Виктор Топалов, первый заместитель министра ТЭК:

- Отныне весь уголь будет продаваться непосредственно отделами сбыта угольных госпредприятий через аукционы, то есть на открытых торгах. Цена на энергетический уголь будет повышена до 232 гривен за тонну. Будет также продолжаться рост стоимости коксующегося угля. За последние полтора месяца Минтопэнерго подняло цену на 130 грн. за тонну. В течение двух месяцев Минтопэнерго проведет проверку всех угольных объединений, в том числе разберется с поставками материалов и оборудования на шахты, сбытом угля. Для того, чтобы повысить эффективность работы угольных предприятий, а также сэкономить финансы, шахты, которые не могут обеспечить суточную добычу угля хотя бы на уровне 10 тысяч тонн, будут объединены в более крупные предприятия, сами себя они прокормить не в состоянии. Фактически мы вернемся к схеме работы, которая использовалась до дробления объединений на угольные компании. Убыточным градообразующим и другим предприятиям с нерешенными социальными вопросами будет оказана государственная поддержка.

От автора

Как видим, схема работы угольной отрасли, выстроенная за последние годы, довольно мутное образование. Однако, ясно одно – весь механизм был настроен на максимальный уровень получения прибыли донецкими посредническими компаниями, коксохимическими и металлургическими комбинатами, входящими в самую мощную донецкую финансово-промышленную империю. Несомненно, и то, что не настолько уж неприбыльна угольная отрасль, насколько через подконтрольные СМИ ее пытались преподнести общественности, заинтересованные в создании образа нищего шахтера, угольные бароны с целью оправдать огромные суммы, выделяемые из государственного бюджета на поддержку отрасли. Закономерно возникал, например, вопрос – почему частная энергетическая компания «Востокэнерго», и поставляющие на нее топливо опять таки частные шахты «Павлоградугль» и «Комсомолец Донбасса» могут работать рентабельно и приносить прибыль, а государственные шахты нет? Понятно, что упомянутые относительно молодые шахты наиболее богаты залежами угля, но так ли уж убыточны другие, числящиеся сейчас в хвосте уголепрома, шахты Донбасса? На этот вопрос еще предстоит ответить созданной правительством комиссии.

Вадим Новоселов, ЦИСПД



ПОСЛЕДНИЕ СТАТЬИ

ПОСЛЕДНИЕ ВИДЕО

Погода
Погода в Киеве
Погода в Донецке
Погода во Львове
Погода в Симферополе

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер:

влажность:

давл.:

ветер: