Размер шрифта
Торговля детьми – у этого страшного словосочетания, увы, сегодня вполне реальное лицо. Нет, мы не имеем в виду продажу малышей в рабство, (хотя, и эти факты, по заверению ряда общественных организаций и милицейских ведомств, имеют место). Речь идет о «загадочном» процессе усыновления, нормы и правила которого открывают широкое поле деятельности для, желающих поживиться, чиновников. Факты и реальные истории, с которыми автору этой статьи пришлось столкнуться, взяв за пример Донецкую область,– шокируют. Вы знали, что на малышей, находящихся в наших детских домах есть такса? А слышали, что болеющие детки – дешевле? А представляли, что ребеночка можно заказывать заранее? Любого возраста, пола, и даже, выбрав цвет волос? Запросто! 300 усыновлений в год – такой средний показатель по Донецкой области. Скольких детей корысть чиновников лишает возможности обрести семью? – об этом статистика умалчивает…
Также на эту тему
А ты заработал на сына?
2008 год объявлен в Украине годом национального усыновления. Президент Виктор Ющенко в связи с этим делал ряд громких заявлений, обещая упростить данный процесс. Вплоть до того, что забирать малышей разрешат даже одиноким людям. Но, как говорится, воз и ныне там. Правда, в Донецкой облгосадминистрации настроены оптимистично. Говорят, и без законодательных изменений показатели по области растут. Например, из донецкого областного Дома малютки за 10 месяцев текущего года в семьи ушли 58 детей. Тогда как за весь прошлый год – 49.
Но при таких, на первый взгляд, оптимистичных цифрах, стоит спросить, сколько же деток еще не нашли своих родителей? Эти цифры куда внушительнее. Работники приютов и детских домов готовы связывать это с чем угодно, но только не с коррупцией в своей системе. Например, главный врач Дома малютки Вячеслав Висягин уверяет, что чиновникам попросту нет никакого смысла требовать что-либо с усыновляющих семей.
«Дети, находящиеся на полном гособеспечении, - это груз для государства. Усыновляя, человек берет этот груз на себя», - поясняет он. А в подтверждение своих слов рассказывает историю, как в Донецке одной известной, обеспеченной семье помогли усыновить, несмотря на то, что разница в возрасте отца и ребенка не укладывалась в рамки, установленные законом. Но, по решению суда, малыша отдали на усыновление. Интересно, а повезло бы так рядовой семье?
Донецкий адвокат Сергей Салов также считает, что именно финансовое положение будущих родителей становится решающим аргументом для чиновников, при усыновлении ребенка. Но при этом он говорит, что, порою, такая коррумпированность даже идет на пользу ребенку. Да, нарушать закон плохо. Но он, порою, он настолько запутан, противоречив и требует такой волокиты, что родителям проще заплатить.
Речь, например, идет о громком деле, когда медики в Донецкой области принимали роды у девушек легкого поведения. Врачи были практически на 100% уверены, что дамы оставят малышей в роддоме. В такой ситуации врачи доктора приняли решение сказать роженицам о смерти их отпрысков, и отдать новорожденных в нормальные семьи. При этом, оформив документацию таким образом, чтобы никто и подумать не мог, что детки на самом деле родились не в усыновивших их семьях. Естественно, все это делалось не бесплатно. Но хуже ли от этого ребенку? Ведь по закону усыновление этих детей могло бы затянуться на долгие месяцы, а то и годы.
Вот, например, супружеская пара из Донецка Инна и Сергей ждали, пока в базе данных появится новорожденный «отказничок». (А на таких у нас спрос велик – на всю Украину их сейчас всего 511). Но тут позвонила знакомая, сотрудница одного из роддомов Донецкой области, и сообщила, что молодая мама оставила свое чадо на произвол судьбы. Своевременная информация обошлась в 8,5 тысяч гривен – сумму прошлогоднего государственного пособия на новорожденного. Новоиспеченные родители говорят, что им повезло. Мол, в самом Донецке это стоило бы 3 – 5 тысяч долларов. Через месяц им удалось оформить опеку, и только через 10 – стать законными мамой и папой, прождав по рекомендации опекунского совета полгода. При этом отказ от ребенка биологическая мать так и не дала...
Друг этой семьи, по примеру Инны и Сергея, тоже усыновил малыша. Процесс проходил в текущем году в Донецке и обошелся ему, считай, даром – на него легли лишь судебные издержки и «тормозки». Процедура усыновления, с лишением биологической родительницы материнских прав, заняла 3 месяца. «Договориться» быстро и дешево удалось благодаря небывалой настойчивости, личным связям, и тому факту, что… он взял тяжелобольного ребенка с малыми шансами на усыновление. Семье даже выплачивают двенадцатитысячное пособие, которое, конечно, не идет ни в какое сравнение с реальными потребностями по уходу за больным ребенком.
Иностранцы «берут оптом»
А что же делать тем, кому заплатить не чем? Вопрос риторический, как и тот, почему в нашей стране больше процветает усыновление иностранцами? В Куйбышевском районе Донецка, например, на одно национальное усыновление приходится 11 иностранных, в Ленинском – соотношение 1 к 9... А в одном из районов Мариуполя на одно национальное приходится 25 усыновлений иностранцами. По этому поводу недавно даже прошел митинг в Мариуполе, где от власти требовали запретить иностранное усыновление. Мол, добровольно детей в рабство продают. Чиновники уверяют, что жизнь наших малышей за границей тщательно отслеживают. В частности, в течение трех лет зарубежные усыновители регулярно подают отчеты о жизни ребенка в их семье… А есть ли доказательства того, что это действительно так? Да – в виде сухой статистики тех же работников этого аппарата…
Даже, если ничего плохого с маленькими украинцами за рубежом и не происходит, то все равно цифры, говорящие о количестве иностранных усыновлений, заставляют думать о том, что «тарифы» на детей в Украине, для жителей цивилизованных Европейских стран намного доступнее, чем нам с вами. А условия «договора» для них приемлемее, чем на родине…
«Слово к делу не привяжешь»
Несмотря на радужные обещания руководства страны об упрощении системы усыновления, она с каждым годом становится лишь запутаннее и связывается в серьезный коррупционный клубок. Да, за последнее время были приняты два постановления Кабинета Министров (№866, №905), вносящие уточнения в деятельность органов опеки и попечительства и процесс усыновления. В то время как речь идет о необходимости в корне менять эту систему.
Адвокат Салов видит одну из проблем этой системы в том, что « ...требования, установленные законодательством, сейчас завышены. Только поэтому и приходится идти на поклон. Потому что возникают такие объективные трудности, и их нужно решать только за деньги. То есть само законодательство приспособлено к тому, чтобы здесь можно было спекулировать».
Причем коррупция настолько взаимовыгодна и неизбежна, что никто и не требует восстановления справедливости. Начальник Донецкого облуправления милиции Николай Купянский, отвечая на вопрос, знает ли он о фактах незаконной деятельности в процессе усыновления маленьких дончан, однозначно заявил: "Нет, таких фактов в области не зарегистрировано!".
Начальник службы по делам детей ОГА Вера Сагайдак признается, что о таких фактах слышала, но: «слово к делу не привяжешь». Адвокат Сергей Салов говорит, что коррупционные деяния имеют место в 50% случаев, но заявлять о них никто не станет «потому что тогда пойдет обратный процесс. Раз усыновление произошло с нарушением закона, то его надо аннулировать». Пройдя через все круги ада, чтобы стать родителем, ни один здравомыслящий человек не станет подвергать свою семью такой опасности.
Они нанесут ответный удар…
Но даже не так важно, сколько усыновлений произошло с нарушением закона. Важнее – сколько усыновлений не состоялось на почве вымогательства. Ведь не у каждого желающего усыновит ребенка, есть возможность дать взятку. И, если за малышей до 3-х лет готовы выложить неплохие суммы те же иностранцы, то желающих усыновить ребят от 10 лет найдется всего 1-2. В итоге, сирота подрастает в доме ребенка, воспитывается в интернате… А не для кого не секрет, что немалая доля выпускников таких заведений – потенциальный контингент тюрем. Такие страшные последствия влечет за собой «невинное» желание чиновников подзаработать на чужой доброте и детской беспомощности. А политики, которые могли бы принять какие-то меры и переписать закон достойным образом, увы, заняты нелепой дележкой портфелей, не думая, что именно этим детям, которых они сегодня лишили возможности расти в нормальных условиях, завтра предстоит строить жизнь в государстве.
Юлия Козленко, специально для «Острова»
Комментарии
добавить свой комментарий
Проблему следовало бы решать, как минимум так: выяснить количество заявлений на усыновление и количество отказов. А вдруг почти все заявления удовлетовряются? Тогда теме конец. Если есть много отказов, то надо проанализировать их причины. Вдруг они объективны: пьянство или аморальность потенциальных родителей, отсутствие нормальных жилищных условий. Если отказы немотивированы, тогда можно говорить о вымогательстве. Но опираться при этом на множество фактов, а не на воспоминания одной подруги. Необходимо проследить, кому на каком этапе надо платить. Например: за информацию - медсестре, за справку о жилищных условиях - ЖЭКу, за справку о состоянии здоровья - психиатру. За окончательное разрешение - главврачу. Есть такая цепочка или только эмоции и сопли?
Наконец-то хоть кто-то затронул эту тему. А то все воспринимают, как должное творящийся кошмар. Мои друзья тоже столкнулись с вымогательством, пытаясь усыновить ребеночка... Это страшно.
Так и не понял, с какими трудностями сталкивается желающий усыновить? Кому и за что надо платить? Статейка - общие рассуждения о том, что есть подозрения, что за это берут деньги. Кто? Сколько? Что говорят добрым людям, пришедшим в дом малютки без денег? Конкретнее-е-е-е